Проза
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

Выпуск подготовлен при финансовой поддержке
Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества государств – участников СНГ

Нина Александрова

г. Екатеринбург`

ПОТУСТОРОНЕЕ

Рассказ


В деревне была церковь, когда-то переделанная в музей атеизма. Потом атеизм закончился, ее начали переделывать обратно, да так и забросили. Церковка стояла - облепленная прогнившими строительными лесами, с осыпающейся краской. Приезжали периодически ее восстанавливать какие-то не то студенты-истфаковцы, не то просто охочая до эзотерики молодежь из стройотрядов, и копошились пару месяцев среди кирпичного крошева, гнилых балок и цементной пыли. Но тоска этого богом забытого места брала свое, пафос затухал, смутная молодежь уезжала, а церковка оставалась стоять как стояла: обезглавленная, осевшая, издыхающая. Конечно, пришли епархия сюда какого-нибудь молодого энергичного батюшку, глядишь, закипела бы работа, церковь бы восстановили - но кому она была нужна в этой полумертвой деревне. Все, кому было дело до каких-нибудь богов, сами нашли к ним дорогу и научили их говорить с собой.

Безымянная старуха жила в церковном подвале. К ней часто ходили за каким-нибудь трансцедентальным советом, ее приглашали отпевать покойников и порчу снимать - в основном приезжали из области: всякие хиппи, оплывшие тетеньки неопределенного возраста да заикающиеся некрасивые девушки в платочках. Старуха никому не отказывала - всех встречала радостно, слушала молча, усмехалась как-то странно. А потом шептала каждому на ухо ответы на вопросы, заданные и незаданные. И хиппи, и тетеньки, и девушки сразу менялись как-то неуловимо и потусторонне, и молча уходили и больше их никогда не видели.

Потом приезжали новые - автостопом или на пазике из райцентра. Неуверенно оглядывались по сторонам, шарахались от тощих деревенских собак, стучались в закрытые ворота и спрашивали, где найти бабушку, которая всем помогает. Местные молча показывали пальцем на разваливающуюся церковь.

Старуха обычно встречала гостей еще на дороге, страшная, какая-то раздутая, с тонкими, сухими, паучьими руками и ногами, она молча щурилась на свет, улыбалась и жестом приглашала к себе. В церковный подвал не вело никакой лестницы, в стене просто зияла дыра и земляной пол под уклоном вел вниз, почти в нору с низким земляным потолком и грубыми деревянными лавками. На одну старуха усаживала гостей, на другую садилась сама и слушала.

В деревне к старухе относились безразлично. Каждый ее житель обитал в собственном потаенном мире и обитатели соседних миров для него были все равно, что тени. С ними можно было даже говорить при желании, но все равно как-то односторонне; оставались они ненастоящими, не до конца материальными.

Так и шла жизнь: тайная, странная, молчаливая. Иногда кто-нибудь из деревенских вдруг начинал тосковать и маятся и уходил в темный сырой, всегда осенний лес - на поиски чего-то неназываемого.

А когда выпал первый снег - наверное, в конце октября - в деревне появилась девушка Таня. Светленькая, худенькая, с чахоточным румянцем, она приехала из краевого центра - тоже за советом к старухе.

Та встретила ее на дороге к церкви и когда пошли в подвал, вдруг сказала:

- Тебе уезжать не надо, тебе умирать скоро.

Таня ничего не ответила, а когда они пришли в землянку, просто легла на лавку, накрылась кофтой и заснула, не закрывая глаз.

Таня осталась жить в церковном подвале, старуха ничего ей не сказала и выгонять тоже не стала. Чем ближе было к зиме, тем раньше старуха вставала - чуть ли не на рассвете - и сразу уходила куда-то, а возвращалась только ночью. Поначалу Таню это пугало, но потом она привыкла и полюбила быть одна. Гуляя по деревне, она встречала местных, погруженных в потустороннее и со временем переняла их потаенный образ жизни и стала воспринимать их как тени. Большую часть дня Таня лежала в подвале на лавке и смотрела в земляную стену, и ей открывались небывалые картины и вся ее новая жизнь.

Ночью возвращалась старуха и они с Таней сидели рядом и вместе молчали.

Когда навалилась зима, Таня вдруг полюбила гулять: она расчищала снег, почти заваливший за утро - после старухиного ухода - лаз в подвал и шла по единственной деревенской улочке прямо. Дома заканчивались, начинался лес, потом поле, потом снова лес; дорога исчезала, засыпанная снегом, зимой здесь никто никуда не ходил - но Таня все равно шла дальше и дальше.

Однажды она забрела на незнакомую опушку - куда ни глянь, всюду расстилалось снежное поле и то там, то здесь из земли торчали темные острые уголки - изломанные буквой «л». Таня не сразу догадалась, что это кладбище. Могилы и деревянные кресты занесло и только отсыревшие голбцы, прикрывающие надписи на крестах от дождя и снега, были едва видны.

Тане на кладбище понравилось, уютно и покойно было. Люди там окончательно ушли в свои миры и перестали быть даже тенями, от этого становилось особенно хорошо.

Девушка сидела на снегу, между черных голбцов и думала, что нынешние, наземные, жители деревни почти ничем не отличаются от этих, бывших, которые лежат в земле. Не цепляются за жизнь, не гонятся за суетным, путешествуют по своим мирам - в мертвых полусгнивших домах. Мир был правильным и последовательным.

Во время одной такой прогулки по кладбищу, Таня издалека заметила какую-то процессию - темную, неторопливую. Не приближаясь и не удаляясь - двигалась параллельно горизонту цепочка людей. Странные они были, не погруженные в миры и на тени совсем не похожие. Отчетливые и реальные - сразу ясно нездешние.

Таня полюбовалась на них издалека и пошла обратно в деревню.

Старуха уже вернулась в подвал и сидела, поджав ноги на лавке. Когда Таня вошла, старуха ей потусторонне так улыбнулась и Таня сразу поняла, что видела на кладбище мертвых.

- Хочешь, расскажу тебе сказку? - вдруг спросила старуха и, не дождавшись ответа, начала - В одной стране жил принц – это было очень давно. Принц хороший был, подданные его любили потому, что верили, что принц - это воплощение бога на земле. Да и сам принц тоже в это верил. И поэтому всегда поступал правильно. Однажды отец, по навету жены выгнал его из дворца, жить в лесу, и принц подчинился и много лет жил в землянке вместе со своей женой. И он никогда не обижался на несправедливого отца, не ругал злую судьбу - потому, что знал - вся жизнь в этом мире - ненастоящая; лишь игра, а настоящая жизнь – там, после смерти, она начнется, когда все, что должно и правильно будет сделано – и вот там вот будет и радость, и свобода, и любовь, и истинное – божественное – воплощение в далеких неведомых мирах. После смерти отца принц вернулся из изгнания и стал мудрым и справедливым правителем. Народ любил его за правильность и верность древним законам. А однажды по стране поползли слухи о том, что жена принца не почитает мужа и изменяет ему – и принц прогнал жену, хотя очень сильно любил ее. Ведь нужно было поступать правильно в этой, ненастоящей жизни. В изгнании жена принца скоро умерла, но он утешал себя тем, что она уже радуется своей настоящей счастливой жизни, а он, в меру своих сил, помог ей. Принц прожил много-много лет и чем старше становился, тем сильнее желал умереть- старуха замолчала и снова улыбнулась.

Таня посмотрела на эту улыбку и все поняла, но все равно спросила:

- А что же было потом?

- А потом принц состарился и умер. И умирал он спокойным и радостным оттого, что его настоящая жизнь вот-вот начнется. А в ту секунду, когда умер - понял, нет никакой настоящей жизни и божественной оболочки нет и даже собственного бессильного тела нет - потому, что его уже несут на погребальный костер.

И это было так страшно и так тоскливо, что принц захотел заплакать, но не было у него больше глаз и слез тоже не было. И он отправился в единственный существующий, в единственный реальный мир, чтобы прожить там свою смерть.

Старуха замолчала и посмотрела вверх - и Таня тоже подняла глаза - через дыру в стене церкви видно было, как падает тихими крупными хлопьями снег.

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Нина Александрова

Родилась в 1989 г. Окончила Уральский государственный университет им. Горького, филолог. Издавалась в сборниках "Танец листопада", "Общага", "Жеста о мечте"; в альманахах "Песочный век", "Поэтическ�...

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

ПОТУСТОРОНЕЕ. (Проза), 112
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru