Главная
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

При реализации проекта используются средства государственной поддержки (грант)
в соответствии с Распоряжением Президента Российской Федерации
от 29.03.2013 г. №115-рп.

Андрей Насонов

г. Краснодар

«В ЭТОМ ГОРОДЕ МОРЕ СО ВСЕХ СТОРОН…»

* * *

чернеющая кость куста
на белой кости снега-снега
а белый-белый день устал
смешался с серым-серым небом
и отовсюду провода
парк – трансформаторная будка
как разберёшься здесь, когда
здесь в черно-белом никогда
какого цвета будет
проводок,
за которым та черта
иль не черта!

* * *

Всё-таки ты ухватил поэзии кус
на цветастом развесистом древе жизни.
А может то был только куст
жизни. Личный маленький кустик,
слегка украшенный нехитрым искусством
слова.
И ветром не сломан.

Зеленел листвой, цвёл,
увешивался плодами,
вытягивался, ветви плёл
и прозревал дали.

И дошёл до конца…
До следующего кольца…

БУДУЩЕЕ

Распрекраснейшее время
песня до сих пор нова...
Ты прикатишь в настоящее,
ты прибудешь, наконец.
Будь доватор иль новатор,
из прекрасного далёко
наш надежнейший гонец.

Время точное как выстрел,
ты везёшь апокалипсис,
кинув нам благую кость.
А мы здесь в тоске острожной
тянем календарный листик.
Ты вези к нам осторожней
вдруг там что-то не сбылось.

Плодороднейшее время,
чернозёмец, а не супесь,
на неумолимую свою
педаль давь.
Приближаясь издалече,
ты всё ручкою нам машешь.
Знаем, что когда наступишь -
это будет навсегда.

Из цикла «Анапа»

АНАПА

Приближаясь к тебе, я вижу,
как набухают соски твоих метео-обсерваторий
на взгорье,
а на загорелом от заката море,
тает лодочный след очередных лав-стори.

Сиденья твоих маршруток
зацелофанены,
защищены
от вечномокротрусых отдыхающих,
от тех, у которых мои древнейшие карефаны,
в прислуге, школьные ещё товарищи...

Они наполнили город, словно инопланетные зомби.
Счастливые, белокожие,
плавательные шлемы,
дыхательные трубки,
перед самым приземлением,
успевшие раскрыть зонтик
и упокоить
у живой воды
белые трупики.

А ты всё ширишь
Вавилон свой пляжный,
крутой замес
языков, телес и полотенец.
И неважно кто они -
все придут и лягут,
среди них исчезнет,
краснокнижный твой
туземец.

* * *

В этом городе море со всех сторон.
Это море людское - языков и тел.
Нас привезёт маршрутка, зане паром,
к берегу, обрывающемуся в высоте.

Мы сорвёмся в море, как с привязи,
из окна и оживём в этой живой воде.
А ты водица возьми нас и принеси,
и посели на время в вечности и пустоте.

Голоного: стопою и пальцами,
ощупывая каждый камень в пути к воде,
скинем на берегу свои панцири,
самые крепкие по модЕ.

Неизвестной науке босекомой мелочью,
впаянные в тягучий янтарь волны,
мы останемся здесь,
как забытый кофтец в примерочной,
не подошедшие, тишиной полны.

* * *

Исписанный мелко лапками чаячьими,
мятый пятками, словно неудавшийся лист...
Как я хочу вернуться туда, отчаянно,
лишь бы был - ятый год, но мешает лишь...

Но мешает свист времени, постоянный
свист, завывание радиочастотной пурги,
из далёкой, уже погибшей Вселенной.
Камешек утонул, остались только круги.

Только круги - расширяющаяся жизнь твоя.
То, что было тогда, кануло в незнакомое...
И ты, как совершившее вынужденный вояж
сухое, серо-коричневое насекомое,

удивлённо застыл на шелестящем песке,
мелко исписанном лапками чаячьими,
мятом пятками, словно неудавшийся лист...

* * *

Корабль идёт по курсу,
команда сходит с ума.
Они много лет не в курсе,
почему их жизнь тюрьма.

Почему столетья плывут они
на обратной стороне Земли,
где вместо дневного огня огни,
обманчивые, как земля
на обратной стороне Земли.

Что же - за гроб плавучий –
короб, шкатулка с секретом?
Но знает шпангоут плакучий,
привязанный к курсу крепко,

почему бегут корабли,
почему не кончается шторм.
А ты, матрос, не боись, ковырни
свою внутреннюю темноту,
что темнее подземных штолен!

И зашевелится внутри червячок,
и все червячки вокруг,
и улыбнётся друг, морячок –
безгубым оскалом труп.

Так держи свой курс коробок,
костями побрякивай бренными,
чтоб голова, скользнувшая о сернистый бок
дала прикурить… Победная

песнь твоя с матерком
мастерок-матрос врывается
с утренним бризовым ветерком
на материк, и кончается…

А корабль идёт по курсу,
паруса и ванты во вкусе,
команда сходит с ума,
но не может сойти с корабля.

* * *

Ничком в траве
посредине зноя.
Много неба
цикорий и цокот
различных крылатых
хрящевых и хрустящих
пронзающих звуком
нательное далее тело.
И кажется, сверлят мозг.
Разбирают тебя,
чтоб в тебе разобраться.
Осталось много лишних
винтиков шпунтиков.
Муравей оттащит к себе скуку,
червяку понравилось чувство
езды в метро,
земляная оса забрала
несколько сочных страхов.

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Насонов Андрей

Родился в 1978 году в п. Уташ Краснодарского края, проживает в Краснодаре, закончил Кубанский госуниверситет, биофак. Член литературно-театральной группы «Пункт Приёма». Участник 5-ого Форума молодых писателей России. Печатался в журналах: «Звезда Черноморья», «Дарьял», «Футурум Арт»« и коллективных сборниках: « Голоса надежды», «Высокий бал», «Между весной и вечностью», «Край городо...

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

В ЭТОМ ГОРОДЕ МОРЕ СО ВСЕХ СТОРОН… (Поэзия), 142
СТИХИ. (Поэзия), 047
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru