Главная
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

При реализации проекта используются средства государственной поддержки (грант)
в соответствии с Распоряжением Президента Российской Федерации
от 29.03.2013 г. №115-рп.

Елена Захарова

г. Нижний Новгород

СКОРАЯ ПОМОЩЬ

Рассказ

Вечер пятницы лениво заползал в квартиры. Сидя за кухонным столом, Иннокентий расчленял на тарелке последнюю оливку. Расчленял медленно, аккуратно. Каждый раз, когда нож проходил насквозь, ударяя тарелку, дребезг разрезал тишину. Иннокентий расчленял чёрное тельце, пока то не превратилось в кашицу. Тогда Иннокентий его съел.

За окном пасти фонарей вгрызались в темноту. Светящиеся рты разевали и квартиры в доме напротив. Иннокентий попытался сложить эти светлые опухли на теле ночи в какой-нибудь рисунок, но не смог. Целый день он ждал какого-нибудь знака, но так и не дождался. Поэтому он взял нож и отрезал себе палец. Не весь. Только кончик.


Нет, по пятницам вызовы у нас, конечно, есть. Но почки, печень, сердце у людей начинают сдавать в основном в субботу-воскресенье. Поэтому привычным делом было лежать на койке, пролистывать отчёты и ждать. Серьёзные вызовы мне пока не доверяли, но я надеялся, что скоро всё переменится.

В тот раз позвонили в семь. «Ножевое!» - бодро крикнул я водителю Фёдору, словно мы едем на свадьбу. Фёдор усмехнулся, попросил назвать адрес и надавил на газ, так что я едва не уткнулся носом в эти никому не нужные отчёты. Отбросив их куда-то в сторону, я проверил, на месте ли жгут, бинты, кровь для переливания. А скорая неслась по сонным артериям усталого города.

Раньше я представлял себе, что больница – это сердце, а я несу к периферии – к домам, квартирам – спасительную кровь. Нужно спешить. Скорее-скорее. Едешь и чувствуешь, как за тобой заворожено следят глаза восхищённых домов.

До того как работать в скорой, я торчал в ординаторской. Просиживал штаны в кабинете, едва ли больше этой машины, разгребал справки, делал уколы, ставил капельницы. Меня ещё называли недомедбрат. Но ведь я пришёл в медицину не за этим. Я пришёл спасать жизни. А такая честь выпадала только на долю врачей. Тогда я решил, что стану врачом. Таким, каких я часто видел в кино. На хирурга я не вышел руками, поэтому пошёл на врача скорой помощи, чтобы нестись по улицам, зная, как ты нужен.

Иногда город представлялся мне приёмным покоем, районы – отделениями, дома – палатами. На этот раз пациент был из района пожилых девятиэтажек. Старые машины стояли вдоль дороги, словно ряды нечищеных зубов. Мы быстро нашли кариозную дырку и припарковались.

Я выскочил из машины и побежал к домофону. Федотыч, как всегда, не пошёл, только плеснул мне вслед «Милицейской волной». Обычно он меня одного не отпускал, но на этот раз идти не захотел.

Тридцать восьмая. Вызов. Да, врач. Бегом к лифту. Огонёк показывает «десять». Мчусь по лестнице. Двадцать вторая. Двадцать шестая. Тридцатая. Тяжело дышу. Задыхаюсь от собственной важности. Тридцать восьмая. Звоню – звонок не работает. Стучу. Открывается дверь. Спокойно, без скрипа. Уже с порога хозяин смотрит на меня так, словно это я пациент, а он уставший врач.

Хозяином оказался мужчина лет сорока – пятидесяти (никогда не мог точно определить). Скорее, ближе к пятидесяти. Годы морщинами вгрызлись ему в лицо, седина подъела виски. Мужчина улыбался, но его тонкие губы казались мне ещё одной морщиной. Около минуты я разглядывал это лицо и только потом вспомнил, зачем пришёл.

Наверное, кровотечение не у него, подумал я, но, опустив взгляд, увидел, как на порог капает кровь. Я крепче сжал чемоданчик, уверенно шагнул в квартиру, взял руку пострадавшего и тут же отбросил, словно мне подсунули препарированную лягушку, которой уже незачем помогать. Захотелось послать этого па-ци-ен-та куда подальше и выйти, хлопнув дверью, но кровь продолжала капать, а мужчина - улыбаться. Поняв, что я всё-таки не уйду, он повёл меня на кухню.

Первым, что я увидел, был кухонный стол. Там на тарелке лежал кончик пальца.

- Меня зовут Иннокентий, а Вас?

- Не разговаривайте, пожалуйста, Вы, наверняка, потеряли много крови. Садитесь.

Теперь я смог увидеть лицо хозяина на свету. Оно оказалось бледно-синюшным, словно кто-то убавил яркость на телевизоре. Тут всё в порядке: типичный окрас пациента после кровотечения. Но мужчина вёл себя не как пациент, а как хозяин, к которому наведался незваный гость.

Гость уселся за кухонный стол. Мужчина внимательно смотрел, как я копаюсь в чемоданчике, а потом сел напротив.

- Нужно поехать в хирургию, там пришьют.

- Не надо, спасибо, - улыбнулся хозяин.

- Как скажете, - ответил я. Этого па-ци-ен-та я уговорить не собирался.

Но обработать порез было нужно. Обычно я делал это на автомате. Предотвратить попадание инфекции. Асептическая повязка. Всё как в учебнике. Но теперь я больше думал о том, куда деть глаза. И следующая страница учебника, которая всегда возникала перед глазами, теперь расплывалась, будто на неё что-то пролили. Нужно вкалывать анаболик? Коагулянт? А мужчина продолжал улыбаться.

- А всё-таки как Вас зовут?

- Кирилл.

- Означает солнце. Вы, Кирилл, как солнце, ко мне сегодня зашли.

От хозяина не пахло ни алкоголем, ни сладковатым дымом. Это первое, что я стал замечать во время выездов.

- Врачи, они ведь все как солнце. Что бы мы без вас делали?

В конце концов, я вцепился взглядом в стол. Ни крошки, ни пятнышка, словно его долго и мучительно отскабливали.

- А у самих и времени пожить нет.

Я мельком взглянул на Иннокентия. Улыбка ни капли не изменилась, словно уголки его губ были приколоты невидимыми булавками.

- Пожить-то, конечно, хочется. Но у Вас долг. Миссия, можно сказать.

Я понял, что закончил перевязку, только когда Иннокентий поднялся из-за стола, подошёл к плите и поставил чайник. Мне всё больше казалось, что не я примчался на вызов, а меня пригласили в гости.

- Знаете, мне пора, - сказал я, но даже не встал из-за стола.

Иннокентий повернулся ко мне и как будто удивлённо поднял брови.

- Я знаю, что у Вас в это время нет вызовов, - продолжал Иннокентий, открывая холодильник. – Хороший вы всё-таки человек, Кирилл.

Я скривился. Иннокентий кивнул. Чтобы не слушать, не слышать его, я стал смотреть вокруг: в этой квадратной кухоньке троим было бы уже тесно. Казалось, её специально делали, чтобы вести беседы с глазу на глаз.

- Знаете, Кирилл, хороших людей днём с огнём… но врачи всё же лучше большинства.

- Бред, - буркнул я. Иннокентий снова кивнул.

Он вытащил из холодильника колбасу и начал делать бутерброды. Я хотел встать, выйти или хотя бы отвернуться, но продолжал смотреть на его руки. Виновато и заворожено, будто на однокрылую муху, пытающуюся выбраться из лужицы.

- Сыру?

Я замотал головой.

- Так вот, врачи – удивительные создания. Ночи напролёт не спят ради людей, которых видят в первый и последний раз в жизни. Кофе, чай?

- Кофе.

- Неправильно, - сказал Иннокентий и поставил на плиту кастрюлю. – Сначала надо поесть. Вам ведь и поесть некогда. Всё для людей.

Я невольно кивнул и тут же выругался про себя. Теперь я старался смотреть на стол. Ни крошки. Только бутерброды и обрубок пальца.

- А вы, как спасатели, мчитесь через весь город. И хорошо если спасибо скажут.

Я снова кивнул и снова выругал себя. Я не хотел показывать, что он прав. Но ведь так оно и было. Я вцепился пальцами в столешницу, чтобы встать и уйти. Хотя бы попытаться.

- И тут уже следующий вызов, не успеваешь дух перевести. А иногда, бывает, сидишь полночи, клюёшь носом, а заснуть нельзя. Вот и тянетесь к кофе.

Иннокентий надел варежку-прихватку и снял с плиты суп. Чайник грелся на медленном огне и до сих пор не засвистел.

- А почему вы решили стать врачом? – спросил Иннокентий, улыбнувшись чуть шире.

Он взял половник, налил суп в тарелку и поставил её передо мной. Я испуганно посмотрел на суп, будто тот мог ответить раньше меня. Тогда я быстро его съел, успокоился и взял бутерброд.

- Понятно. И вы туда же, - протянул Иннокентий, словно сумел расслышать ответ в моём хлюпанье.

Засвистел чайник.

- Чай, кофе?

- Кофе.

Иннокентий улыбнулся и налил в кружку заварку, потом кипяток. Я выпил залпом, ничего не сказав. Иннокентий продолжал стоять у плиты ко мне лицом. С кончика забинтованного пальца на меня смотрело красное пятнышко.

- Вам бы самому чаю. Вы же столько крови потеряли. И палец давайте я Вам ещё раз перевяжу, - не дожевав бутерброд, забормотал я, будто вспомнил, зачем пришёл. Изо рта у меня, словно свора незваных гостей, на стол посыпались крошки.

Иннокентий всё-таки налил себе чаю и сел напротив.

Вдруг в кармане завибрировал телефон.

- Вызов?

Я кивнул. Иннокентий встал первым, сгрёб со стола посуду, положил в раковину и пошёл в коридор. Я пошёл следом, пытаясь понять, что произошло за последние полчаса.

- До свидания, Кирилл. Заходите, если будет время.

Я кивнул и поспешно вышел. Над лифтом светилась какая-то цифра, но я не мог разобрать какая. Я помчался по лестнице. Быстро, как только мог. Выбегая из подъезда, я пытался себя убедить, что спешу на вызов.

Обычно Фёдор спрашивал, как всё прошло, а на этот раз только странно улыбнулся. Я зажмурился и протёр глаза. Казалось, теперь в каждой улыбке мне будет видеться Иннокентий. Фёдор надавил на газ. Мы поехали на новый вызов. Спасать чью-то жизнь. Я беззвучно засмеялся, прикрывая рукой рот. Когда смех кончился, я сел на пол. Под руку попался отчёт. Я открыл его и стал внимательно читать, как будто увидел в первый раз.

Был всё ещё вечер пятницы. Иннокентий закрыл дверь, медленно прошёл на кухню и вымыл посуду. Бинт намок, и по нему расползлось грязно-коричневое пятно. Иннокентий стёр крошки со стола. На нём ничего не осталось, кроме тарелки с обрубком пальца. Иннокентий взял его и пошёл в зал. Там, в самом центре большого круглого стола стояла шкатулка. Иннокентий открыл её и положил обрубок внутрь, где тот встретился ещё с семью.

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Захарова Елена

Родилась в г. Чкаловск (Таджикистан) в 1991 г. Учится в НГЛУ им. Добролюбова. Участник XII Форума молодых писателей России и Совещания молодых писателей СПМ (2012). Живёт в Нижнем Новгороде....

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

МИР УСЫХАЕТ ДО ОТРАЖЕНИЙ В ОКНЕ… (Поэзия), 152
СКОРАЯ ПОМОЩЬ. (Проза), 142
ХОД. (Проза), 136
ХОРОШИЙ БУХГАЛТЕР. (Проза), 136
В ДОМЕ НЕДАВНО ПОГАС ЗВУК… (Поэзия), 128
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru