Главная
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

При реализации проекта используются средства государственной поддержки (грант)
в соответствии с Распоряжением Президента Российской Федерации
от 29.03.2013 г. №115-рп.

Иола Малюгина

г. Железногорск (Красноярский край)

УЧЕНИК ВОЛШЕБНИКА

(Отрывок из романа)

В самом сердце Восточных Земель, в полудне езды от того места, где сходятся торговые пути и стоит городок Сек-Мадер, находится небольшая деревенька. Самая обычная на вид, да и на содержание тоже, за исключением того, что в часе пути от нее стоит среди зеленой равнины высокая башня, принадлежащая одному из самых сильных Волшебников королевства Дезда-Дримор. Башня эта издали кажется тонкой лучиной, будто лишней посреди спокойствия цветов и хлебов. Вблизи же строение подавляет своим величием и излучаемой силой, и всякому, будь то простой люд или волшебник, становится не по себе. Такова ее защитная магия, наведенная хозяином. Лишь для посвященных – Волшебника и двоих его учеников – Башня выглядит приветливой и светлой. Только они трое видят сквозь чары, что стены Башни сложены из камней цвета тумана, а стекла в высоких окнах-бойницах сверкают обилием ярких красок витражей, крышу же венчает длинный шпиль и покрыта она ярко-зеленой черепицей.

У Башни, можно сказать, есть разум. Она может сотворить лишнюю комнату по желанию хозяина, а может искривить пространство так, что, несмотря на то, что от входной двери до жилых помещений под самой крышей, около сотни лестничных пролетов, хозяин преодолеет лишь один из них и окажется у входа в покои.

Башня дышит. Башня ворочается, поскрипывая дверьми и ставнями окон, скрежещет камнями, и, чихая, стряхивает пыль с поддерживающих балок. Башня охраняет своих жильцов. И Башня же защищает их сны от кошмаров. Но не сегодня, в ночь, когда одной из них, Ученице Волшебника Майе, во снах явилось видение прошлого или будущего.

* * *

Майя резко села в постели. Сердце ее бешено колотилось в груди, норовя вырваться наружу, в горле пересохло, а в глазах стояли слезы, которые все-таки покатились по щекам.

Выбравшись из постели, девушка накинула на плечи плащ, чтобы не выходить на кухню в одной ночной рубашке – там могли оказаться Магистр Арсений или Каль.

Но в кухне никого не было. Более темные очертания мебели, в темноте ночи казались неизвестными чудовищами. Но Майя не боялась их. Пожалуй, Башня была единственным местом, где Майя чувствовала себя в полной безопасности.

Налив черпаком из бочки ледяной воды в большую кружку, Майя щелчком пальцев заставила распахнуться наружные ставни одного из окон. Каменный пол под окном залило рассеянным лунным светом, преломляющимся в разноцветных стеклышках витража. Цветные пятна рассеялись по полу причудливым изображением.

Не обращая внимания на привычную картину, Майя уселась за стол и закрыла лицо руками. Сейчас бы посоветоваться с Калем, но он спит, утомленный вчерашним испытанием. Совсем недавно Каль перестал быть Учеником Волшебника и стал Ищущим Имя. Это значило, что все, чему Магистр мог научить юношу, тот уже узнал, и теперь должен внести в Магию что-то свое, а также найти для себя Имя. Магистра Арсения звали Шестилапом. Имя свое он заработал, когда избавил небольшую северную деревеньку от кровожадного монстра с шестью лапами. Монстр был порождением магии свихнувшегося коллеги Арсения.

Иногда и такое случалось. Магия – искусство изменять пространство с помощь слов, искусных иллюзий, и желания людей определенного склада ума и внутреннего строения. К сожалению, не все, имеющие другое, отличное от обычных людей строение (магия текла по их венам наравне с кровью) могли справиться с другим видением мира. Способность искривлять пространство по собственному желанию часто приводила к беспробудному пьянству, как способу отвлечься, или же к сумасшествию от осознания свалившейся ответственности и возможностей. На самом деле, быть Волшебником не так-то просто. Нужна железная крепость и воля, потому что, подчас, выворачивая реальность наизнанку, маг оказывался не готов к тому, что видел. Изнанка почти всегда была другой…

Но что-то Майя отвлеклась. С нею всегда так: когда нужно думать о том, о чем вовсе не хочется, что ее пугает, она начинала размышлять на отвлеченные темы, или вспоминать увлекательные рассказы Магистра Шестилапа.

В общем, вчера Магистр официально нарек Каля Ищущим Имя и отрекся от него, как от Ученика. Самой Майе до звания Ищущей было еще как пешком до неба: она училась у Волшебника всего третий год. А Каль на прошлой неделе подсчитал, что учится уже больше пяти лет и ему скоро исполнится восемнадцать, Майе же недавно стукнуло шестнадцать. И уже прошло почти три года с тех пор, как жизнь Майи круто поменялась, о чем ей и напомнил сегодняшний сон-видение.

* * *

Майю и не звали Майей до того рокового дня, когда Первый Советник его величества Дориана Третьего, убил своего короля и занял его трон. Жена покойного короля, Камилла, отказалась быть новой королевой советника, и потому тоже была казнена. Что касается их дочери, принцессы Миноры, то та исчезла, едва опустился топор палача на шею ее несчастной матери-королевы. Так появилась Майя.

Майе было тринадцать лет, когда пришлось бежать. С самого раннего детства, королева-мать учила маленькую Минору, как именно нужно бежать, если что-то случится. В отличие от своего супруга-мечтателя, королева Камилла понимала, что верить людям Королевского Двора – дело неблагодарное, и каждый из них предаст брата, ежели представится такая возможность. Лишь из-за предусмотрительности матери, Майе удалось бежать.

Продав кое-что из прихваченных из дома реликвий, неглупая маленькая принцесса убралась подальше от столицы. Что делать дальше, она не знала. Королева считала, что ее дочь найдет свой путь, но она ошиблась с возрастом. Несмотря на то, что в возрасте Майи было принято выдавать замуж и женить, дети все равно оставались детьми. Майе пришлось быстро, буквально за день, повзрослеть и смотреть на вещи более трезво, но ума и способностей ей это не прибавило. Девочка жаждала мести, но не понимала, каким способом можно ее осуществить. Она ничего не умела делать руками, разве только что вышивать, и понимала, что очень скоро деньги кончатся, и она умрет от голода, и тогда некому будет отомстить за потерянный трон.

Майя направилась на восток, в край, именуемый Блаженной Землей, понимая, что только там ее русые кудрявые волосы, ярко-синие глаза и очень светлая кожа не будут бросаться в глаза. Блаженная Земля была местом, куда попадали лишь те, кто действительно в этом нуждался. И никто из посторонних людей или преследователей не мог перебраться через горную гряду, кольцом окружавшую земли Блаженных. Также сложно было их покинуть единожды оказавшимся там. Никто толком не знал, что происходит на этой земле, оттуда возвращались единицы, но все они говорили, что там лучшее место для тех, кому больше ничего не светит в жизни. Девочку не пугало то, что даже те, кто, по словам вернувшихся, очень хотел покинуть Земли, не мог этого сделать. Майя отчего-то была уверена, что у нее все получится.

От восточных, свободных земель, Майю отделяли четыре дня пути по землям королевства Дезда-Дримор.

В первую же ночь в трактире у Майи украли сверток с вещами и деньги, а также лошадь. У девочки остались только пара серебряников и горсть медяков, но и они закончились к вечеру следующего дня, потому что, чем дальше от столицы, тем ниже были цены в трактирах, но девочка, не привыкшая ходить быстро и долго, далеко не продвинулась, она часто останавливалась, чтобы восполнить силы.

На четвертый день Майя добралась до ближайшей фермы затемно и попросилась на ночлег, пообещав отработать.

Хозяйка отнеслась со скептицизмом к ее словам, а вот ее муж был добрее. Как-то так получилось, что у них Майя осталась на несколько месяцев. Хозяйка научила ее ткать на станке, кормить кур, готовить, убирать, стирать. Работая, как ломовая лошадь, недосыпая и просто валясь с ног от усталости, Майя еще и ткала по вечерам, в надежде хорошо продать ткань и заработать денег, чтобы отправиться на восток. Но пока что, сжав зубы от боли в кровавых мозолях, она всего лишь отрабатывала свое питание и крышу над головой.

Знала бы она, как изменится ее жизнь! На четвертый месяц ее пребывания на ферме, одним душистым осенним вечером к хозяину заглянул высокий и статный старик в лазурном плаще. Правда, стариком он казался только издалека. На лице его, и правда, было много морщин, но фиалковые глаза были ясными, в медно-каштановые волосы только недавно закралась седина, а четко очерченные губы выдавали сталь характера. Майя решила про себя, что мужчине пришлось рано постареть, ввиду сложной и ответственной работы или большой потери. Судя по тому, как обрадовался хозяин, они были знакомы не первый год. Сев в предложенное хозяином кресло, человек как-то разом еще больше постарел: нахмурился, расслабился. Он выглядел очень усталым.

Хозяин, дядя Вален, как он попросил Майю его называть, (или Валенок, как часто звала его жена), гнал какое-то адское пойло в подвале под сараем, и попросил Майю прикатить бочонок, заведя разговор с гостем.

С трудом, но девочка доставила бочонок, а сама незаметно спряталась за шторой и наблюдала за странным гостем. Через пару часов ноги затекли, и девочку начало клонить в сон, потому что беседа была не интересной. Поначалу они обсуждали политику, поменявшуюся ситуацию в королевстве, надвигающуюся войну, а потом перешли на поголовье скота, урожай винограда и налоги.

Майе было поначалу интересно узнать вести из столицы, где правил сейчас неверный Советник Шмоль, но она слишком устала сегодня. Едва не уснув, она пошатнулась и оступилась. Естественно, ее услышали. Гость резко обернулся, пробормотал что-то и в штору, за которой скрывалась Майя, полетел огненный шар!

Девочка вскрикнула, и закрыла глаза, заслоняясь руками.

Хозяин охнул. Стало тихо-тихо. Майя приоткрыла один глаз, затем второй. И обнаружила, что огненный шарик ласкается к ней, как живой котенок, скользит по коже, не причиняя вреда. Вскрикнув, Майя отшатнулась, вскинула ладонь, отталкивая огонек, но он просто втянулся в ее кожу, согрев изнутри все тело и уничтожив усталость.

- Откуда ты знаешь магию? – вопросил гость, поднимаясь с кресла. Сейчас он снова не выглядел стариком.

- Я… ни откуда… я не знаю! – попыталась оправдаться напуганная Майя.

- Да оно и видно, – гость неторопливо достал из кармана уже набитую трубку, щелкнул пальцами по ней, и табак заалел. – Валик, я забираю девочку. Детей с таким явным даром сейчас ищи-свищи. Чего за нее хочешь?

- Да так забирай, Сеня, – удивленно отозвался хозяин, – придется нанять, наверное, кого-то, подспорье-то было знатное.

- Да никуда я с вами не поеду! – запротестовала Майя.

- А тебя и не спрашивают. Вы, молодежь, не понимаете, что использовать в юности надо все, чем располагаешь, иначе к старости будете жалеть. К тому же, у тебя разве нет причин стать сильнее? – старик лукаво ей подмигнул. – А, Минора?

- Что? Откуда вы знаете? – Майя опешила.

- Да был у папки твоего на пиру лет пять назад. Ты еще стишок читала на табуретке, – старик смотрел куда-то вдаль, попыхивая трубкой и улыбаясь. – А потом с нее сверзнулась.

Майя покраснела.

- Это был последний пир, на котором я выходила к гостям, – прошептала Майя. Воспоминание всплыло перед глазами, вспомнились лица матери и отца. Не проходило ни дня, чтобы Майя не думала о них. Вот и сейчас она всхлипнула и разрыдалась.

- Так она что, графиня какая-то? – спросил хозяин, припоминая что-то об обычаях проведения пиров.

- Бери выше, - Волшебник выдохнул дым. – Принцесса она. Королева законная.

- Ох-ёх… - выдохнул хозяин, проводя рукой по лысеющей голове, и съезжая с кресла на колени.

- Да подымись ты, - передернул плечами Волшебник, – разве эта может завоевать трон? Народ-то ясное дело, пойдет за ней, уж больно им не нравятся новые порядки. А вот хватит ли у нее сил держать страну и удержать свое место? Сейчас уж точно не хватит.

Майя размазала слезы по лицу, с усилием прекратила рыдания.

- Если вы Волшебник, тогда помогите мне! – крикнула она.

- Нет, – произнес Волшебник.

Майя приоткрыла рот от удивления. Отказ ее шокировал.

- Ты сама завоюешь свое место. Я возьму тебя в ученицы, – Волшебник продолжил дымить трубкой, как ни в чем не бывало.

У девочки закружилась голова. Она растерянно посмотрела на свою руку, в которой не так давно исчез огонек. Ей и раньше, бывало, огонь от свечей или искры огня в камине, не причиняли вреда. Но она об этом не задумывалась, просто выбрасывала факты из головы. А оказывается, она имеет предрасположенность к волшебству… Волшебству!

- Я согласна, - подумав, сказала Майя. Она твердо посмотрела в улыбающиеся глаза Волшебника.

- Ну, тогда, - Волшебник поднялся в полный рост, лазурный плащ и полуседые каштановые волосы растрепал невидимый и неощутимый ветер. Фиалковые глаза наполнились внутренним золотистым светом. – Я, Арсений, именуемый Шестилапым, Волшебник, беру в ученицы Минору из рода Дриморов, именуемую Майей, и да будет человек мне свидетелем, а Магия - соглядатаем! Имени не даю, дабы его дали!

Появившийся в его руках посох с овальным синим камнем, оплетенным веточками, на верхушке, высек из каменного пола искры. Майя с восторгом наблюдала за творившимся на глазах действом. Не заметив, когда успела подойти, она протянула руку и коснулась посоха. Тут же Шестилап обхватил ее тонкую ладонь и произнес витиеватую фразу на северном наречии. Девочку наполнило тепло и удивительная струящаяся по телу наравне с кровью сила. Она несмело улыбнулась своему Учителю.

- Собирай вещи, Майя, - ухмыльнулся Шестилап, глубоко затянулся табаком и выдохнул колечко дыма. – Мы отправляемся в Башню.

Через час она уже покидала ферму вместе с Волшебником. Добирались они до Башни целых три дня. Майя, наслышанная и начитанная о волшебниках, думала, что он мгновенно перенесет их в свое место обитания, но Шестилап блаженно прищурился на солнце и заявил, что не прочь прогуляться.

Они шли куда-то на юго-восток. Майя, при дворе имевшая пятерку по географии, помнила, что в той части провинций королевства, куда они направлялись, одни необитаемые болота, да деревеньки соляного промысла, где люди темнокожи от грязи, чрезвычайно бедны и голодают. Какого же было ее удивление, когда мимо них стали проплывать цветущие и густо засаженные посевами поля, большие деревни с красивыми резными домиками и белые, счастливые люди, здоровающиеся с волшебником и машущие из окон.

- Соляной промысел – наше прикрытие. Взял с этих крестьян обещание, что прикрываться будут им, и тогда жить будут хорошо и в достатке. Если бы твой папаша, земля ему пухом, знал, что мы вовсе не бедны, то дани бы драл, мама рудная. А так, с соли солью и берет. Хотя, люди все равно меня побаиваются. Бывает, с бодуна разбудят крестьяне, так в такую ярость впадаю, что… - волшебник смерил взглядом Майю и махнул рукой. – Маленькая еще. Рано.

Впервые увидев Башню, Майя ужаснулась. Уходящая куда-то в небеса массивная конструкция подавляла своим величием. А впервые увидев уходящие в высоту, в темноту ступени, коих, казалось, было бесконечное количество, Майя уже решила отказаться от становления волшебницей.

Она прошла семь пролетов довольно бодро. Потом дыхание начало сбиваться, становилось все тяжелее, голова кружилась, ноги подкашивались. Но шагающий рядом пожилой волшебник, который даже не страдал одышкой, вызывал стыд и упрямство. К тридцатому пролету Майя сдалась и опустилась на ступени.

Волшебник, ухмыляясь, присел рядом и снова достал трубку.

- Когда я возвел эту башню с помощью магии, я сдался на восьмом пролете, а ведь мне тогда было чуть больше двадцати. Ты молодец, упертая. Это хорошее качество. Но только если упрямство не ослиное.

Спустя примерно час, подъем, наконец, закончился. Шестлап неторопливо шагал рядом с обливающейся потом девочкой и безмятежно улыбался, думая о чем-то своем, волшебном.

Ноги у Майи подкашивались и были как ватные, голова кружилась. Она с завистью смотрела на спокойного Учителя, пока пыталась отдышаться на узкой площадке, на которой, кстати, была всего одна дверь, тяжелая и темная.

Шестилап толкнул ее и вошел. Майя последовала за ним. Они оказались в просторном помещении с темным потолком. Меньше всего оно напоминало кухню, но это была именно она. В углу был сложен огромный очаг с вытяжкой, и прямо сейчас на открытом огне, на нем что-то варилось. Пахло не очень. В другом углу, под окном, стоял стол, рядом огромная бочка, с висевшим на борте черпаком. Далее висели несколько полок, сплошь беспорядочно заваленных посудой, которая громоздилась причудливыми кривыми стопками, не иначе, как благодаря магии. Под полками, на полу, кривыми высокими колоннами лежали книги – огромные, древние фолианты, коих в Королевской библиотеке было-то, всего раз-два и обчелся, и хранились они в лучших условиях. А тут, дюжины три, не меньше, и никакого уважения…

Из-за одной из трех дверей, находившихся в противоположной стене, вышел юноша, худой, светлокожий, с двумя освежеванными тушками зайцев в руке и окровавленным ножом в другой.

- Доброе утро, Мастер, – поздоровался он и, как ни в чем не бывало, шмякнул зайцев на стол, разбрызгав вокруг алую густую кровь, и ушел к котелку. Майя поморщилась. Она, конечно, на ферме у дяди Валена видела и не такое, но это не отменяло того, что ей все еще было противно и жалко животных одновременно.

- Каль, это Майя. Она стала моей Ученицей, – сообщил Волшебник, с интересом заглядывая в горшочки, в изобилии стоящие на столе.

- Ты меня-то ничему до сих пор не научил, чего же ждать, когда нас будет двое? – Каль пожал плечами и добавил в котелок какие-то специи, шкаф с которыми притулился в углу рядом с очагом.

- Ты бы поколдовал, может оно вкуснее будет? – с надеждой спросил Шестилап, тоскливо смотря в сторону котелка.

- Нет, – жестко отрезал Каль.

- Ладно, ладно. Нет, так нет… - пробурчал Волшебник и скрылся за одной из дверей, тихо шелестя лазурным плащом. Майю удивляло, как часто за непродолжительное время Арсений Шестилап может меняться от глубокого непосредственного старика, до уверенного и сильного волшебника, только начинающего стареть.

- Комнаты наверху, за средней дверью. Только их всего две. Моя, и Шестилапого, – Каль подошел к Майе и оглядел ее с ног до головы. Он был выше девочки на целую голову.

- А где я буду жить? – робко спросила Майя.

- С Магистром, где же еще?

Майя в ужасе замотала головой. Каль едва заметно ухмыльнулся.

- Пошли. Чего-нибудь придумаем.

Майя подозрительно сдвинула брови, но Каль уже отвернулся и пошел к дверям.

- Комната достаточно большая, можно на две разделить. Я завтра заложу стену, – Каль с тоской оглядел широкую, но скудно обставленную комнату с тремя узкими полукруглыми бойницами, застекленными цветными яркими витражами с волшебными животными. Свет в комнате, несмотря на темный потолок, был мягкий и рассеянный. Солнечные лучи, дробясь в цветных стеклышках, падали на пол.

- Ты ведь учишься волшебству. Ты мог бы произнести заклинание, и посреди комнаты возникла бы стена,– Майя опустила сверток с вещами на близко стоящие высокие стопки книг.

- И ты туда же, – Каль сказал это без эмоций, спокойно. Он сунул руку в карман и достал соломинку, которую сразу же принялся пожевывать, сдвинув в угол рта. Он сутулил плечи, но все равно был выше Майи на полголовы. – Магия - это не товар и не средство, призванное холить твою лень. Магия – это высшая субстанция, которую только способны породить пространство и время. Данная не правильным людям, она только губит их, а также тех, кто случайно оказался поблизости. Магия – это сила. Это оружие добра в борьбе со злом. И ты не имеешь права использовать ее не по назначению.

Взгляд Каля, серо-зеленых, светлых глаз, был непоколебим и напоминал камень, драгоценный идеально-твердый камень. Майя ни у кого раньше не видела таких глаз.

- Но… пока мы шли, волшебник сказал мне, что все волшебство, и доброе и злое, началось от хаоса и когда-нибудь к нему и вернется. Олицетворение хаоса – человек. Следовательно, ему, и только ему, решать, как использовать то, что принадлежит ему по праву.

- Я знаком с его теорией, – поморщился Каль. Он вдруг наклонился и выдернул книгу прямиком из середины стопки, но высоченная кипа даже не шелохнулась. Он протянул ее Майе. – Здесь обе эти теории. К сожалению, сторонников верной очень мало. Волшебники тоже люди, а люди ленивы.

Майя с трепетом взяла огромный фолиант, погладила кожаную обложку, отстранившись от мысли, кому раньше могла принадлежать эта кожа, и посмотрела на Каля.

- Верной – это твоей?

Юноша усмехнулся и повел плечом. Все стопки книг, находящиеся в комнате, поднялись в воздух и перелетели к кровати, сгрудившись вокруг нее неприступной стеной. Из воздуха с негромкими хлопками и снопами зеленоватых искр, возникали каменные серые кирпичи и складывались в стену, разделившую одну большую комнату на две поменьше. Майя наблюдала за представлением, приоткрыв рот и широко распахнув глаза. А ведь Каль даже руки не поднял! Едва стена достигла потолка, в ней образовался арочный проем, таким образом отделив комнату Каля от будущей комнаты Майи. Юноша и девушка стояли прямиком в арке, и Майя никак не могла совладать с собой.

- Ух, ты! – наконец выдохнула она. Каль презрительно хмыкнул и ссутулился.

- Я показал тебе, что так можно. Но проблема в том, что используя магию на такие, в сущности, бытовые вещи, ты расходуешь потенциал вдвое больше, чем, если бы ты варила магическое снадобье огромной силы или создавала бы артефакт или волшебное животное. Шестилап только плюнет, такая стенка на пустом месте возникнет. И ему не грозит потеря сил, потому что, если ты не знала, то он единственный Волшебник Первого ранга в Дезда-Дриморе. Второй по силе на континенте. А всего равных ему – десять, и зовутся они Благословленными Магией. Учитель как-то сказал мне, что мои способности пока что едва дотягивают до Четвертого ранга. Но я не унываю, потому что Четвертых в Дезда-Дриморе всего около полусотни.

Майя слушала нового знакомого, затаив дыхание. Не может быть! Так мало и вместе с тем так много! Да и Магистр Арсений… получается, она попала в Ученицы сильнейшему Волшебнику королевства! Теперь ясно, почему тот присутствовал на королевском пиру.

- А я? – с восторгом спросила Майя. – Как определить мой уровень?

Каль окинул девочку задумчивым взглядом.

- А что ты сделала такого, что он взял тебя Ученицей? Я упал с дерева и замедлил свое падение. Фокус уровня восьмого или девятого.

- Я поймала огонек, - смущенно призналась девочка. – Магистр бросил в мою сторону огненный шар, штору, за которой я пряталась, мгновенно спалило дотла, даже запаха не осталась и пепла, а огонек впитался в мою руку, - осмотрев ладонь, она показала ее Калю и, подняв глаза, имела удовольствие наблюдать ошарашенную мордашку юноши.

Он некоторое время тяжело дышал, хватая ртом воздух. Затем прокашлялся и, внимательно оглядев руку девочки, ткнул пальцем в центр ее ладони. Хмыкнул.

- Ты наверняка и понятия не имеешь… Но, так и быть, просвещу, - Каль выпрямился, возвышаясь над девочкой. – Поймать огненный шар Волшебника Первого ранга порой не под силу даже другому Волшебнику Первого ранга. А поглощение огня кожей – считается утерянным искусством. Поздравляю с началом пути, Истинная Повелительница Огня.

Юноша склонился в пояс и замер так. Майя несколько секунд недоуменно и смущенно разглядывала склоненную спину, после чего вспомнила уроки этикета.

- Я принимаю твое поздравление, Каль, Ученик Волшебника.

Несколько белых искр вспыхнули между ребятами и погасли.

Юноша выпрямился и снова ссутулился.

- Но это не значит, что я буду относиться к тебе с уважением или почитать тебя. Если ты, конечно, не заслужишь этого.

Раздались неторопливые одинокие хлопки. Юноша и девочка резко повернулись к лестнице. Магистр Арсений улыбался, глаза его светились озорством.

- Молодцы, - произнес он. – Хотя обычного потенциала Волшебника в Майе пока что уровня до шестого. Но все имеет тенденцию развиваться. Так что вперед!

Каль фыркнул, скрылся в своей комнате и вышел оттуда с тремя толстыми книгами.

- Об Огне и его Повелителях, - коротко бросил он и прошел мимо Арсения на кухню.

- Не обижайся на Каля, он всегда такой, - улыбнулся старик. – Добро пожаловать, Майя.

* * *

К чему этот сон-воспоминание?

Пустая кружка из-под ледяной воды с тихим стуком опустилась на стол.

Майя потерла глаза, откинула за спину спутанные кудрявые волосы. Сердце уже практически перестало выстукивать бешеный галоп и сбитое после кошмара дыхание восстанавливалось. Для Майи воспоминания о первых месяцах жизни после смерти родителей, были настоящим кошмаром. Девочка пыталась держаться, но по ночам все равно скатывалась в слезы и истерику. Она осталась совсем одна, в большом и страшном мире, без поддержки и любви. Тяжелая работа поначалу тоже была кошмаром, это потом Майя втянулась.

Больше всего на свете ее пугали перемены. И именно это ей сулил сон-воспоминание о грандиозной перемене в ее жизни. Что может случиться? Ищущей Имя ей ее не стать минимум пару лет. Магистр был доволен ростом потенциала Майи, но говорил, что если потенциал все еще растет, значит, он не вырос. Каль уже практически достиг своего максимума – Третий ранг. Теперь, после становления Ищущим, он должен это доказать, причем так, чтобы его признал Совет Благословленных Волшебников.

Щелчком пальцев очистив и высушив кружку, Майя убрала ее на полку, и вернулась в спальню. За стенкой почти неслышно сопел Каль, доносился из-за другой стены храп Магистра. Майя накрылась одеялом с головой, но еще долго смотрела в темноту широко распахнутыми глазами.

* * *

Утром выяснилось, что запасы провизии в кладовке подошли к концу. Майя уткнулась в косяк лбом и легонько стукнулась несколько раз – идти в деревню по жаре с больной головой совсем не хотелось. Наоборот, хотелось закутаться в одеяло и поспать еще, минимум, дня три. Но жизнерадостный и пышущий энергией Каль желания бывшей принцессы не разделял. Магистр Арсений отбыл по важным волшебным делам и должен был вернуться к вечеру. А к его приходу Майя и Каль должны были приготовить ужин. Поэтому, вытащив из сарая на нижнем этаже башни телегу и сотворив иллюзорную лошадь, ученики Волшебника отправились в путь.

Каль, сидя рядом с Майей на повозке, нудно бурчал на свою любимую тему – как плохо использовать магию в бытовых целях. Даже для того, чтобы сотворить полуматериальную иллюзию, без которой юные волшебники добирались бы до деревни гораздо дольше, и телегу бы пришлось тащить на себе.

Майя дремала, завесив уставшие глаза кудряшками, которые немного скрадывали яркий солнечный свет. Ночью она не выспалась, терзаемая предчувствием беды, но и сейчас уснуть не должна была – Майя поддерживала иллюзию. Ни ее, ни Каля мастерства не хватало, чтобы оставить без присмотра статичную иллюзию. Сказывалось отсутствие опыта.

Повозка дотащилась, тем временем, до вершины холма, и вдали показалась небольшая деревушка Шим.

Каль прищурился на солнце.

- Рынок должен уже скоро закрыться, надо было раньше выезжать, - недовольно сообщил он. Майя скосила взгляд на хмурившегося соседа.

- Не надо было снова устраивать сцену перед выездом. Если бы ты потащил повозку на себе, мы бы добирались еще дольше.

Каль замолчал. Майя тоскливо оглядела друга и отвернулась. На самом деле, Каль всегда страдал от своей веры. То, на что можно было затратить пару секунд и особо не мучиться, Каль выполнял, подчас, обливаясь потом и несколько часов кряду. К примеру, затаскивание покупок на жилой этаж Башни, которое юным волшебникам еще предстоит. Если, конечно, Башня не будет в хорошем настроении и не сократит путь до одного лестничного пролета, как она всегда делает для Магистра.

Каль немного ошибся в подсчетах – торговля начала бы заканчиваться только через пару часов, а в данный момент шла довольно оживленно. Деревня Шим имела около пары сотен домов и небольшой рынок на центральной площади. Магистра Арсения и его Учеников местные жители знали в лицо и даже здоровались с Волшебником за руку. Ко всему прочему, одежда Волшебников располагала к узнаванию – Благословленные магией волшебники были одеты в лазурные мантии, а их ученики носили лазурь на плаще и ослепительно белый на капюшоне, как символ пустых голов, в которые будут вложены знания. Каля, вставшего в полный рост в повозке и Майю, дремавшую, опираясь на посох Волшебницы, окликали из окон домов, приветствуя, спрашивая о Магистре. На пятом таком вопросе, Майя встрепенулась и посмотрела на такого же напряженного Каля – они оба были в полной уверенности, что Учитель решает проблемы местных жителей – укрепляет постройки, лечит, разрешает споры, и решает прочие мелкие и крупные бытовые проблемы. Несмотря на свою силу, ранг и статус, Арсений не загордился, он прекрасно понимал беспомощность крестьян в некоторых вещах, и примерно пару раз за месяц помогал жителям окрестных деревень.

Если не это, то куда исчезал Магистр последние несколько недель подряд?

- Позже, - одними губами произнес Каль. Майя согласно кивнула. Если бы их услышал кто-то из местных жителей, слух быстро распространился бы по всей территории, которую опекал Волшебник и начались бы одни сплошные проблемы с напуганными крестьянами.

Остановив повозку посреди рыночной площади, юные волшебники отправились вдоль рядов с товарами. Остановившись у знакомой молочницы Марты, Майя достала кошель. Выставляя привычные продукты, которые каждый раз брала Майя, женщина с интересом спросила:

- А где ваш Магистр?

- Как где? – Майя отсчитывала деньги, опустив голову и зажав посох подмышкой, - Южными деревнями занят, там случилось что-то, он уже третий раз туда отправился. Я не спрашивала, не знаю. Калю помогала, Магистр его в Ищущие посвятил.

- Ого, - женщина восхищенно посмотрела на Каля, торгующегося с мясником в соседнем ряду. – Значит, скоро Каль станет настоящим Волшебником?

- Да, - Майя передала деньги, - Третьего ранга.

- Ого! Молодец, паренек, – Марта поставила рядом с горшочками со сметаной, творогом и сливками еще один с топленым молоком. – Вот, вкусненького, а то совсем вас, наверное, Магистр загонял? У тебя вон, черно под глазами.

- Да нет, я просто новое заклинание хочу создать, чтобы с кудрями управляться, - Майя заправила за уши непослушные, вьющиеся колечками пряди, которые тут же упали обратно на лицо. – Эксперименты пока не удаются, не понимаю, что нужно. А пока работаю, увлекаюсь и забываю спать лечь. А также забываю уложить Магистра и Каля. Они даже поесть забывают, если я не напомню.

Торговка покачала головой.

- Сложное это дело, волшебником быть.

- Зато весело, - Майя улыбнулась и аккуратно составила горшочки, кувшинчики и кадочки в котомку, после чего пробормотала несколько слов, направив на нее посох. Камень на вершине сверкнул голубым светом, и заклятие статичности закрепило предметы. Теперь, даже если котомку перевернуть, ни молоко, ни сметана не прольются.

Марта каждый раз с интересом наблюдала за этим действом, и выдохнула, когда Майя небрежно забросила котомку на плечо.

- Монеты? – Майя приподняла бровь.

Марта тут же пересчитала сумму, переданную Майей, затем, сжав кулак, опустила его в стоящее на прилавке ведерко с водой. Вытащив мокрую руку, она пересчитала монеты и кивнула.

- Подделок нет.

Основная и непреодолимая проблема созидательной магии – любой сотворенный волшебником предмет – иллюзия, а иллюзию, сотворенную волшебством легко разрушить всего одной каплей воды. Вода, каким-то непостижимым образом, лишает созидательную магию сил. Именно поэтому Повелителей Воды уничтожали первыми, когда давным-давно шла война против Волшебников. Закончилась, она, разумеется, победой магов, но сколько знаний, магических существ и артефактов было тогда уничтожено! Маги договорились с людьми о мире и с тех пор существовали в симбиозе. Однако привычка не доверять магам, прошла сквозь века и была неискоренима. Любой торговец всегда держал рядом воду, чтобы проверять золото и серебро на подлинность.

- Хорошо. Спасибо, Марта, - Майя солнечно улыбнулась и отправилась дальше, за специями и зелеными травами.

Встретились они с Калем у повозки по прошествии почти часа, закупившись на долгое время и наболтавшись с крестьянами. Иллюзорный конь все это время стоял неподвижно, и пугал бы своим равнодушием, если бы крестьяне не привыкли уже к такому зрелищу.

Едва груженая повозка покинула пределы деревни и поднялась на ближайший холм, Каль нарушил тишину.

- Люди сетуют на то, что Магистр их забросил. Я сказал, что он разбирается с восточными деревнями, там участились набеги разбойников.

- Я сказала, что деревни южные. Но что там происходит, не говорила. Сказала, что не знаю. Как думаешь, где Мастер все-таки пропадает? – Майя посмотрела на задумчивого Каля.

- Понятия не имею. Может, в Совете? Но…

- Что-то случилось, Каль, - Майя перебила и пересказала другу свой сон, опуская подробности своей прошлой жизни. Магистр, когда только признал Майю ученицей, предупредил, чтобы ни одна живая душа, даже Каль, не знал о том, что она законная королева Дезда-Дримора. – Это означает перемены. Причем кардинальные. Мы… Нас что-то ждет. Не обязательно плохое, - поспешно добавила она.

- Не обязательно хорошее, - криво ухмыльнулся Каль.

На сухую дорогу упала первая дождевая капля. Повозка тут же накренилась, оставшись без лошади.

Каль спрыгнул, накрыл провизию плотной тканью и набросил ярмо на плечи. Майя слезла, накинула плащ с капюшоном и пошла рядом.

Дождь, между тем, превратился в ливень. Юные волшебники медленно шли по дороге, поскальзываясь и утопая в жидкой грязи, но не останавливались и не сетовали на судьбу. Спасения от дождя, к сожалению, не было ни у кого. Все навесы и укрытия, которые могли создать Волшебники, относились к магии иллюзий, и, следовательно, разрушались водой. Замкнутый круг.

Единственный плюс был у Майи. Она, как Повелительница Огня, могла мгновенно, одним прикосновением, высушить ткань и согреть человека.

До Башни оставалось меньше половины пути, когда дождь начал слабеть. Майя высушила покрывало, прикрывавшее продукты, себя и Каля. Мелкие моросящие капельки не промочили бы все насквозь, а идти стало значительно легче.

Ненадолго остановившись передохнуть, Каль испытующе посмотрел на Майю.

- Дождь был вызван магически, - с нажимом сказал он.

- Ты думаешь, это я? – удивилась девушка.

- Нет. И это не Магистр, - серьезно сказал юноша. – Что-то происходит, Майя. У этого дождя нет вкуса, он - порождение Магии.

- Но кто и зачем? – Майя оглядела небо. Туча, большая, свинцово-серая, висела прямиком над ними, захватывая все окрестные поля и Шим.

- Спросим Магистра, когда вернется, - Каль, хмурый, мокрый, похожий на встрепанного воробья, снова поднял ярмо и набросил на плечи. На руках уже давно кровоточили мозоли, кожа шеи была натерта и саднила, но юноша не проронил ни слова.

Майя вздохнула, заметив проскользнувшую гримасу боли на лице друга. Холодный и безразличный снаружи, внутри Каль был страстным упрямцем, и ни за что бы выдал истинное положение дел, даже если бы с утра он бы потом не разогнулся.

Через пару часов Каль и Майя добрались-таки до Башни, и Майя, под укоряющим и печальным взглядом Каля заколдовала все свертки и котомки с провизией и те устремились под потолок. Погладив теплую пульсирующую стену башни, Майя прошептала просьбу, и живое строение откликнулось, сжало пространство до одной ступени. Ученики, тепло поблагодарив свой дом, поднялись по короткой лестнице и принялись ловить провиант, дрейфующий под потолком.

Следующие несколько часов прошли в приготовлении снадобий и мазей для повреждений, заработанных Калем, уборке комнат (несмотря на то, что Майя и Каль были Учениками Арсения, его волшебное «шестилапое» величество не гнушалось использовать ребят как средство для уборки помещений) и приготовлении ужина.

Легли юные волшебники спать уже за полночь, так и не дождавшись своего Мастера.

- Он сказал, что прибудет к вечеру, – сказала Майя, замерев в дверном проеме комнаты Каля.

Тревога, растущая с каждым часом, не оставляла девушку.

- Выпей успокоительного настоя, - посоветовал Каль, листая тяжелый фолиант. – Он вернется. Помнишь, в прошлом году он пропал на несколько дней? В итоге оказалось, что это была пьянка в честь рождения сына одного из его друзей. Мы просто зря волновались. Уверен, что и сейчас подобная ситуация.

Майя передернула плечами, ничего не ответила и ушла к себе.

Каль отложил фолиант и посмотрел в окно, но взгляд его был направлен внутрь себя. На самом деле Ищущий Имя волновался едва ли не сильнее, чем Майя. Он жил с Волшебником куда больше, чем она, и Арсений успел за это время стать для мальчика-сироты семьей.

* * *

От грохота заложило уши, спиной Майя ударилась об острые камни, так, что дыхание сбилось и девушка не могла несколько секунд вздохнуть, ночная рубашка мгновенно промокла от крови из царапин, оставленных осколками… А сверху что-то стучало, страшным грохотом, сотрясалась земля, падали с потолка мелкие камешки и комья земли. Майя ничего не видела, вокруг была только чернота. Было страшно, ужас сковал по рукам и ногам, и волшебница не могла себя заставить ясно мыслить.

Вскоре все закончилось, и наступила мертвая, давящая тишина.

Навалился холод, ощущение тоски и потери, дрожь, боль, мерный гул крови в ушах. Ощутилась влажность на спине, под носом и на щеках, железистый привкус во рту, резкая боль в затылке. Где-то далеко завыл дикий зверь.

Раздался громкий, в наступившей тишине, хриплый кашель.

- Майя! Майя, ты где?!

Голос Каля ворвался в перепуганное сознание, и волшебница открыла глаза. Это не помогло, поскольку темно было, хоть глаз выколи.

- Майя, ну же! Ты здесь, я знаю! – в голосе Каля звучала паника. – Мне ногу придавило, - уже тише сказал он.

Майя с трудом, застонав сквозь зубы, перевернулась на живот и поднялась на четвереньки.

- Каль, - голос, хриплое карканье, с болью вырвался из горла. Дышать все еще было больно, каждый вдох давался с трудом.

- Майя! Ты жива, - он облегченно выдохнул. – Создай свет, это в первую очередь. Во вторую…

- Заткнись, - девушка, хрипя, перебила его. Болело все, было холодно и мокро. В голове мутилось от недостатка воздуха, и боль в ушибленном позвоночнике растекалась змеями по всему телу, не давая связно мыслить. Но Майя понимала, что вылечить их обоих может только она, и ей нужно было собраться.

Каль замолчал.

Поднявшись на колени, Майя сжала руки в кулаки и призвала магию внутри себя к кончикам пальцев.

Мягкий мерцающий свет, собравшийся в небольшой шарик между ладонями, заставил плотнее сжаться веки, но вскоре волшебница привыкла к нему. Майя, открыв глаза, осмотрелась. Они находились в подвале Башни, это было неоспоримо - по углам лежали кучи хлама, который был не нужен, но выбросить было жалко. В стене в неровном свете видны были очертания двери, которая выведет их в поле в нескольких метрах от Башни. Майя уже поняла, что сработал защитный механизм Башни, но поверить в это… Нет, пока что у нее не было для этого сил. С трудом поднявшись и усилием воли нагревая свое тело, запуская процесс ускоренной регенерации – самолечения, Майя перебралась через упавшие с потолка каменные блоки и оказалась рядом с Калем.

Да, ногу ему, действительно, придавило. Причем крупно.

- Сломана? – спросила Майя, собирая немного энергии, чтобы призвать посох Волшебницы.

- Больно. Но, по-моему, нет, - Каль тяжело дышал. На лбу и груди выступил пот. На нем не было уже рубахи, она валялась рядом, изорванная и окровавленная. Майя закусила губу, но сосредоточилась и, прикрыв глаза, нащупала связь с посохом.

Полтора года назад Магистр отправил Майю в лес, искать дерево для посоха Волшебницы. Каль, в отличие от Арсения и Майи, в дереве родственную стихию не видел, поэтому выплавил себе кольцо из металла - проводник магической силы. Майя же несколько дней бродила по лесу, прежде чем сумела почувствовать зов дерева. Это оказался изящный тонкий ясень, дриада которого подарила Майе ветку. Получив дерево, девочка отправилась к рудникам, где призвала особым способом камень – большой не ограненный топаз, и с ним вернулась в Башню. Магистр помог своей ученице расписать древко нужными рунами и напитать его магией, помог огранить камень и заставить ветку прорасти, чтобы оплести топаз, и помог связать посох с магией девочки, чтобы навсегда сделать его продолжением руки Майи. И где бы Майя ни была, посох всегда должен был откликаться на зов и переноситься к хозяйке.

Вот и сейчас в темноте подвала замерцали голубоватые искры, и через несколько секунд Майя сжала руки на древке посоха Волшебницы.

- Поднимись, - Майя направила конец посоха на каменный блок, придавивший ногу Каля и усилием воли приподняла его. Ищущий Имя тут же откатился в сторону, и блок, более не удерживаемый слабой после регенерации и испуга Майей, рухнул на пол.

Перестав чувствовать острую боль, Каль сумел сосредоточиться и призвать свое кольцо, которое, по идее, не должен был снимать никогда, но, тем не менее, снимал, когда готовил или делал уборку. Потому что иногда непроизвольно применял магию во время своих занятий, и это выводило его из себя.

На исцеление друга у Майи, уже полностью здоровой, ушло много времени. Нога у Каля не была сломана, но ушиб был серьезен. Если бы Майя не была волшебницей, Калю пришлось бы остаться калекой без ноги.

Здоровые, но грязные, усталые и замерзшие, юноша и девушка, с трудом открыв дверь, по подземному ходу выбрались наружу. Каль прикрыл за ними люк, на крышке которого цвела целая клумба, и присыпал края землей, чтобы не было так заметно со стороны.

Занимался рассвет, окрашивая небо в серо-розовые тона, в лесу неподалеку щебетали птахи. Светлые облака неторопливо плыли по небу, роса пополам с туманом осела среди густой высокой травы. Легкий ветерок ласкал спутанные кудри и лицо Майи, по которому текли слезы, когда она смотрела на груду темных, закопченных каменных блоков.

Девушка стояла, обхватив себя за плечи. Посох парил в паре дюймов над землей рядом с ней. Каль остановился возле нее, глубоко вздохнул, и, сжав зубы, пошел вперед, замерев лишь возле кучи камней, бывших еще вчера вечером его домом. Он не мог в это поверить.

- Ну и что нам теперь делать? – Каль тяжело опустился на один из валунов и пнул соседний здоровой ногой.

Майя вскинула опущенную голову. Ее лицо было вымазано в слезах, смешавшихся с пылью, грязные кудряшки бросали на лицо размытые тени. Если бы Каль в эту минуту смотрел на подругу, он испугался бы чувств, пылавших в ярко-синих глазах.

- Башня спасла нас, - прошептала она. Каль резко кивнул, не поворачиваясь.

- Надо вытащить одежду, деньги, а потом идти туда, где нам помогут, - продолжила Майя, успокаиваясь, а точнее просто загоняя болезненные и мешающие мысли вглубь разума. Очищение сознания – это было первое, чему научил Майю Магистр Арсений.

- Где такие дураки?! – Каль обернулся и посмотрел на подругу. – Всё! Нет ничего больше! И никто нам не поможет.

- Надо найти Магистра. Для этого нужен кто-то из Совета, так? – не дожидаясь ответа, Майя продолжила, - Второй Благословленный нашего королевства живет в Северном Пределе, в Холодном городе, что на границе с Призрачным Кольцом, горами, окружающими Блаженные Земли.

- Почему Призрачное Кольцо? – вдруг спросил Каль.

Майя замолчала от неожиданности.

- Потому что они высокие, насколько хватает глаз, и уходят в облака, там всегда туманы, идет снег и дуют ветра. Там холодно, - уверенно ответила она, вспоминая пресловутую дворцовую географию. – А еще все, кто приходит с мыслью попасть в Блаженные земли, не могут приблизиться к ним. Горы словно отдаляются с каждым шагом вперед. Есть легенда, что Земли создал могущественный древний волшебник, когда началась война против магов. Изначально в Земли попадали только волшебники, ищущие защиты, но потом они перестали туда идти, оставаясь на границе с горами, в Холодном городе, а в Земли стали уходить обычные люди. Там особая магия, древняя, забытая, и безгранично сильная, - а это было уже из уроков истории. Этот предмет принцесса не любила, поэтому запомнила только самое интересное.

- Ясно, - Каль криво ухмыльнулся и отвернулся. Майе даже показалось, что поспешно, потому что у него повлажнели глаза.

- Дойдем до реки, приведем себя в порядок, - продолжила девушка. – Ты грязный, я, подозреваю, выгляжу не лучше. И пойдем в Холодный город.

- Нужны деньги, - буркнул Каль сдавленным голосом.

- Сколько найдем – все наше. А дальше подумаем… Каль? Вставай.

Майя подошла к другу и сжала его плечо в безмолвной поддержке.

Каль мелко дрожал, низко опустив голову.

- Арсений… что с ним? – сглатывая слезы, спросил он. – Ты ведь читала, Башня… она… умирает, когда умирает ее Создатель.

Майя ощутила, как снова защипало глаза. Сжав в руке посох, она направила его на груду камней больше человеческого роста и принялась призывать нужные вещи. Методичное занятие хорошо отвлекало ее от пасмурных мыслей, а вскоре к ней присоединился и Каль с покрасневшими глазами. Когда волшебники закончили, солнце уже поднялось над верхушками деревьев.

Майя стояла вплотную к осевшей немного из-за их действий, куче камней. Ладонь девушки лежала на одном из каменных блоков. Майе казалось, что она слышит слабую пульсацию.

Через несколько минут пальцы осторожно укололо, и Майя едва не рассмеялась от облегчения. Башня была жива. Это значило, что Арсений Шестилап тоже жив, но очень ослаблен магически, и, возможно, ранен.

- Все обязательно будет хорошо, родная, - тихо произнесла Майя, поглаживая камень и отдавая немного своей магии. У девушки закружилась голова от магической слабости, и похолодели пальцы ног и рук. – Ты только держись. И защити наши книги и вещи Магистра. Мы обязательно вернемся.

По останкам Башни прокатилась волна мелкой дрожи. Она просела еще ниже – видимо, перенесла вещи в подвальное помещение.

- Спи, - Майя погладила напоследок теплый камень и медленно осела на землю, отключаясь. Каль едва успел подхватить подругу, чтобы она не ударилась снова головой.

* * *

К вечеру две фигуры в обычных дорожных плащах покидали «соляные болота» по дороге в столицу.

И Майя и Каль провели несколько часов в напряженном мрачном молчании, но это было, скорее неизбежностью. Они оба были угнетены случившимся, а еще растеряны, потому что не знали врага в лицо и понятия не имели, где сейчас их Учитель и что с ним.

Лазурные плащи с белыми капюшонами пришлось вывернуть на коричневую изнанку, поскольку обычным людям путешествовать по дорогам королевства было безопаснее, чем ученикам волшебников. Посох волшебницы Майе пришлось замотать тряпкой, чтобы не виден был топаз, и привязать за спину. Каль повернул свое кольцо черно-белым камнем вниз.

Денег, после подсчета, оказалось не так уж и много – крупную сумму они потратили на запас провизии вчера, а теперь вся она была погребена под завалом. Хотя, хлеб, сыр, немного овощей, фруктов и вяленого мяса ребята вытащили и взяли в дорогу.

Ночь опускалась на королевство медленно, обволакивая густыми сумерками поля посевов, берег речки Майдерки, окутала сумеречным туманом темнеющую впереди громаду леса. Цветочно-медовый и хлебный запахи сменились густым ароматом ночных цветов. Но ни Майя, ни Каль, казалось, даже не заметили этого. Каль был хмур и сер от усталости, магического истощения и горя, и Майя, с затянутыми в тугой пучок, чтобы не видно было кудри, волосами, выглядела не лучше. Волосы она, кстати, затягивала потому, что по ним ее легко могли опознать как особу королевских кровей – у простолюдинов волосы не вились. Это сулило лишние проблемы, так что Майя решила не рисковать. А сейчас от напряжения и натянутости болела и чесалась голова.

На ночь юные волшебники остановились в неприветливом, но лишь до тех пор, пока не занялось пламя костра, лесу, а поутру, с рассветом, продолжили путь. К полудню четвертого дня вдали показались тонкие шпили королевского дворца.

* * *

- Денег хватит кому-то одному на ночлег, - Майя подсчитала монеты и перевела взгляд на кусающего губы друга. Каль задумчиво наблюдал за повозками, тянущимися из города в окрестные деревни. День клонился к вечеру, волшебники сидели у стога сена неподалеку от дороги и решали, обойти им столицу, или все же задержаться там.

- Денег до Холодного города не хватит. Охотиться мы не умеем, - Каль перевел взгляд на подругу. – Давай наймемся куда-нибудь на недельку. Заодно разведаем обстановку, а?

- Но Каль… - Майя скривила губы, чтобы не заплакать. – Чем дольше мы тянем, тем больше шансов, что Магистр, он…

- Я знаю, - Каль нахмурился и отвернулся. – Но изнемогая от усталости и слабости, ты ему тоже не поможешь. Нам нужны деньги, чтобы есть и где-то спать. Потому что это только в наших землях спать можно под открытым небом, а чем севернее – тем холоднее. Ты сегодня с утра горлом хрипела. Еще одна ночь на холодной земле и свалишься с лихорадкой. Нам это надо? Нет. Я же не предлагаю тебе провести здесь полгода, год. Это жалкие пара недель. А может, еще и караван поймаем, который на север идет. Так вообще будет безопасней.

Подумав немного, Майя с опаской согласилась.

В столицу было возвращаться боязно. На воротах в город их смерили подозрительными взглядами, но ничего не сказали. Лишь взяли пару медяков за вход.

Майя шла по дороге в центр города с неестественно прямой спиной, не оглядываясь по сторонам и очень быстро. За ее спиной виднелся прикрепленный наискось боевой шест, с концом, обмотанным тряпкой, а из тугого узла на затылке выбивались пружинистые кудрявые прядки. Этим она привлекала к себе ненужное внимание куда больше, чем, если бы шла, воровато оглядываясь и набросив капюшон на голову.

Каль, приметив поглядывающих на нее людей, подхватил подругу под локоть и нырнул в ближайший переулок, срываясь на бег.

Майя другу доверяла, поэтому побежала за ним без оглядки и безропотно. Горожане на узкой улочке бросались врассыпную, торговцы побыстрее отставляли ближе к стенам лотки с товарами, чьи-то псы заливались вслед ребятам громовым лаем. Удивительно для людей было, что за юношей и девушкой никто не гнался, а те знай себе, только пятками сверкали, да развевались за их спинами плащи с лазурной подкладкой…

Пробежав несколько кварталов и постоянно сворачивая, парочка, наконец, остановилась на углу. Причем, появившись на людной улице, парень уже не выглядел так, будто долго бежал, а вот у девушки щеки были розовыми, глаза сверкали, а губы припухли. Каль игнорировал все хитрые взгляды и лукавые улыбки встречных граждан, упрямо таща дезориентированную и тяжело дышащую Майю за собой.

Оглядевшись вокруг, Каль понял, что они оказались в портовом квартале, и вся улица, по которой они шли, оказалась сборищем разнообразных дешевых и грязных трактиров, кабаков, харчевен и публичных домов. Улица тянулась до моста через реку Майдер (Майдерка – ее приток), а после него изобиловала яркими красками и аппетитными запахами. Там было все тоже самое – харчевни, гостиницы, публичные дома, но уже для более состоятельных граждан.

Оставшийся вечер юные волшебники потратили на поиск рабочих мест. Куда брали Майю, окидывая сальным взглядом, там для Каля не было работы. Куда предлагали пойти Калю, там Майе не было места. Решив попытать удачу, ребята пересекли мост, и зашли в ближайшую таверну.

Здесь было не в пример чище, и портовой пьяни не наблюдалось, но все равно, контингент – бедняки и крестьяне. Дойдя до стойки, за которой тучная хозяйка протирала немытые стаканы, Каль, жестом попросив Майю молчать, обратился к женщине.

- Добрый вечер.

Женщина сделала вид, что только что заметила подошедших и смерила их оценивающим взглядом.

- Работу ищите?

Каль отрывисто кивнул. Женщина принялась дальше протирать стакан.

- В конюшню, навоз убирать, лошадей чистить, да седлать. Девчонку твою еду носить, тарелки мыть, и комнаты убирать. Жить будете в одной из комнат наверху, я покажу. Поймаю на воровстве, потащу к королевской страже, - она выжидающе посмотрела на Каля и стоящую за его спиной Майю.

- А оплата? – дерзко спросил Каль.

Хозяйка трактира криво ухмыльнулась.

- Далеко пойдешь, парень. Два серебряных в день.

- Каждому, - утвердительно произнес Каль.

- Если заработаете, - женщина, скривившись, пожала плечами. – Здесь за день едва-едва пару золотых можно получить. А мне еще трактир содержать надо, на что-то припасы покупать.

- Три золотых и две дюжины медяков… - начал было торговаться Каль, но Майя его перебила:

- Нам, правда, нужно. Пожалуйста, - девушка вмешалась, делая грустное лицо и огромные глаза. Хозяйка фыркнула, но, подумав, согласилась – ее предыдущие работники пили, не просыхая, вместе с клиентами.

Поднявшись в отведенную им комнату, Майя заперла дверь, стянула ленту с волос и с наслаждением встряхнула сразу же распавшейся по плечам кудрявой гривой. Но, мгновенно посерьезнев, подошла к другу.

- Каль, это ведь мало. Если мы будем здесь неделю, мы всего-то получим чуть больше двух золотых.

Каль с нечитаемым выражением наблюдал за подругой, но широко улыбнулся ее вопросу.

- Это наш оговоренный заработок. А ведь есть еще пьяные посетители, у которых утащить кошель – ничего не стоит. А для тебя возможны комплименты, если им понравится, как ты крутиться перед ними будешь.

Майя зашипела рассерженной кошкой.

- Захотела бы пойти в бордель – пошла бы! – зарычала она.

- Успокойся, - Каль мигом снова стал холодным и язвительным. – Тебе сложно, что ли? Ты волшебница, причем магией и без посоха неплохо владеешь. Ты всегда сможешь просто вырубить пьянчугу, никто и не заметит, - Майя качала головой на каждое его слово, и, в конце концов, Каль махнул рукой: - Но запомни только, что ты сама будешь виновата в том, что деньги у нас закончатся раньше, чем мы доберемся до Холодного города!

Майя оскорблено поджала губы и отвернулась. Кудряшки обиженно подпрыгивали. Калю, на секунду, даже захотелось подойти и утешающее обнять подругу, но он отмел эти мысли, как порочащие его гордость и отвернулся к окну.

* * *

Тем не менее, работать юные волшебники начали на следующий же день.

Разговаривая с посетителями, Каль и Майя узнавали свежие столичные сплетни и новости. К примеру, один из караульных дворца, напившись до зеленых чертиков, поведал «по секрету» на весь трактир о том, что при дворе Его Величества Шмоля, появился наконец-таки тот самый Волшебник, который помог советнику несколько лет назад совершить переворот. Майя похолодела – она понятия не имела, что в перевороте была замешана магия и настолько сильный маг! По слухам, то ли первого ранга, то ли второго, и Имя ему Владислав Чернолёд. Каль, услышав новость, в привычной ему манере нахмурился и надолго замолчал.

Помимо столь сенсационного известия шли разговоры о надвигающейся войне, отрядах боевых магов, сформированных из изгнанных из королевства магов-отступников, которые пересекли границу и собираются… А вот что они собираются делать, версий было бесконечное множество. То ли порабощать простой люд, то ли из волшебников теперь будет регулярная армия, то ли собираются казнить сопротивляющихся новой власти магов… С каждым днем Майя волновалась все больше, но плакала все реже – ее лицо каменело от хаоса мыслей, поселившихся в голове.

Наутро воскресенья волшебница проснулась с предчувствием, что сегодня что-то случится.

И точно. Разнося ставшие уже привычными за полдюжины дней высокие глиняные кружки с дешевым кислым элем, Майя была едва не сбита с ног вбежавшим в трактир юношей, лет пятнадцати от роду. Звали его Крисом, и он всегда все обо всех знал, слывя гнусным сплетником.

- Сокровищницу короля ограбили! – завопил он, мгновенно приковав к себе всеобщее внимание. Парня тут же усадили за стол, Майя поставила ему эля, чудом удержав его на подносе, когда юноша озвучил новость, и приготовилась услышать подтверждение своему предчувствию.

- Ну, рассказывай, давай, - местный завсегдатай отвесил подзатыльник Крису, отчего тот подавился элем.

- Погоди, дай хоть отдышаться, - Крис выждал драматическую паузу и широко улыбнулся. – Ограбили нашего королька. Вся стража на ушах, входы и выходы из замка перекрыты, гвардейцы суетятся как мухи! Ходит слух, что это был один из беглых Котов!

Майя с трудом сдержалась, чтобы не застонать. Об этом она тоже узнала на этой неделе и старалась не думать, потому что нанесенная, пусть и четыре года назад рана, только сейчас начала причинять боль.

Коты-оборотни испокон веков служили семье Дриморов хранителями членов семьи, сокровищ да королевских покоев. Коты, оборачивающиеся животными несколько дней при полной луне, и в остальное время были мало похожи на людей. Хвостатые, с острыми ушками, с телом, покрытым короткой, чистой или с полосками и пятнами, в зависимости от вида, шерстью. Они обладали нечеловеческими зубами, выдвигающимися по желанию когтями и узкими зрачками желтых глаз, и действительно, только издали и только в плаще-балахоне могли показаться людьми. Голоса у них были рычащие, а когда они были довольны, оборотни урчали, как настоящие кошки. Полузвери с нечеловеческими реакциями и повадками лучше всего хранили то, что было им дорого, и были преданы лишь одному хозяину в своей жизни. Дриморы же славились тем, что из их сокровищниц никогда ничего не пропадало.

Четыре года назад, едва принцесса Минора исчезла в неизвестном направлении, узурпатор Шмоль попытался войти в сокровищницы Дриморов. Коты-оборотни дали достойный отпор, но тогда вмешался Владислав Чернолёд и многие погибли. А те, что остались живы, отказавшись сменить хозяина, были приговорены к смертной казни. Нескольким удалось бежать…

С незапамятных времен коты-оборотни жили среди людей и никому не вредили, но их все равно оставалось все меньше и меньше с каждым годом. В Дезда-Дримор они стекались испокон веков со всего мира, но к сегодняшнему дню остались лишь в двух поселениях. Одно из них рядом с Холодным городом, а второе – на границе с пустынями на юге королевства. Но, котам все же было легче выжить, чем тем же волкам-оборотням. Те всегда жили обособленно, стаями и в лесах, а еще плохо контролировали себя в полнолуние и могли заражать обычных людей. Человеческая кровь боролась с волчьей и в итоге обращенный рано или поздно умирал. Люди боялись их и поэтому волки были уничтожены еще несколько веков назад, от них остались лишь трактаты в старинных библиотеках да следы поселений в дремучих лесах.

Майя резко вынырнула из своих мыслей и обратила внимание на отчаянно жестикулирующего Криса:

- …вроде бы много унесли, иначе с чего бы по мелочи Шмолю еще так всполошиться? Хорошо бы, чтобы Кота поймали, охота на казнь посмотреть!

Майе показалось, что перед глазами у нее взорвался фейерверк восточных алхимиков. Она видела его всего раз в жизни, но запомнила навсегда.

Ладони волшебницы мгновенно непроизвольно нагрелись, и когда Крис поднес ко рту кружку с элем и отпил, то сразу же завопил от боли в обожженных губах и языке.

В таверне повисла тишина.

Майя, стоявшая позади толпы, мелкими шажками отходила назад, к кухне, в которой находилась дверь на задний двор. Волшебница должна была быть предельно спокойной, чтобы не привлекать внимания, но у кого же выйдет держать себя в руках, когда оскорбляют старых друзей?..

Коты всю жизнь были рядом с маленькой принцессой, нянчили ее, преподавали ей, укладывали спать и читали сказки. Наследницу с рождения окружал неусыпный караул, а когда наступало полнолуние, большие кошки с удовольствием катали девочку на пушистых спинах.

Было больно слышать желание посмотреть на казнь друга…

Вот только что скажет Каль, если узнает, что Майя знакома с Котами? Это сразу же выдаст ее, как однозначно жившую в королевском дворце Дриморов. А то и хуже – Каль может сложить два и два, и все понять.

Майя успела исчезнуть за дверьми до того, как посетители начали оглядываться – сплетник Крис приковал к себе все внимание, размахивая руками и завывая.

Оставив поднос на столе, и пробормотав нечто неразборчивое хозяйке, готовившей обед, Майя выскочила на задний двор, в конюшню. Ей срочно нужно было поговорить с Калем.

* * *

Майя замерла на пороге, и тяжелая дверь захлопнулась за ней, подтолкнув в спину. Эхо от хлопка прокатилось по пустующим сейчас стойлам.

Напротив порозовевшего и растрепанного от гнева Каля, замершего в позе готового атаковать мага, стояла, ощетинившись, и направив на парня короткое копье, прекрасно знакомая волшебнице… Кошка.

Они оба повернулись на хлопок двери, и повисла неловкая пауза; в желтых глазах появилось узнавание и радость, а в зеленых глазах Каля страх за подругу.

Но, буквально через секунду, они оба – и Каль, и кошка, бросились к Майе, с ясно намеченным желанием прикрыть ее от противника. Кошка оказалась быстрее. Прыжком она достигла девушки, развернулась к ней спиной и зашипела на Каля. Хвост метался из стороны в сторону, песочная шерсть с черными полосками была вздыблена, и смешно торчала на запястьях, предплечьях и плечах, прижатая золотыми украшениями искусной работы.

Майя и сама не успела заметить, когда в ее руке появился Посох волшебницы. Зато это заметил Каль, вскидывая руку с кольцом на среднем пальце, вокруг которого уже сгущалась вырывающаяся на свободу магия.

- Каль, стой! – крикнула Майя, хватая Кошку за плечо и с силой, неожиданно большой для хрупкого тела, развернула ее к себе.

- Все нормально, Майлес, он мой друг! - выпалила девушка, и умоляюще посмотрела в знакомые, почти родные желтые глаза. Она почувствовала, как защипало в носу.

- Моя принцесса, он опасен для вас! Вы не знаете, кто этот мерзкий двуличный пес! – в гневном голосе кошки явственно звучал звериный гневный рык.

- Знаю! – крикнула Майя. А затем одними губам прошептала: - он не знает, кто я.

Майлес недоверчиво прищурилась и смерила взглядом едва сдерживающего себя Каля.

- Я бы на вашем месте не верила ему, - кошачьи ушки песочного цвета, до этого прижимавшиеся к голове, встали торчком среди песочных, как и шерсть волос, тоненько звякнув золотыми сережками-кольцами в количестве семи штук. Трех на правом ушке, и четырех – на левом.

Отпустив Посох парить рядом, Майя порывисто обняла старую подругу, прижавшись к необычайно сильной кошке и, как и в детстве, ища у нее успокоения и теплоты.

- Для него я Майя, ученица Волшебника, - одними губами прошептала Майя, так, чтобы ее услышала только Майлес, с ее сверхъестественно острым слухом.

Кошка едва заметно кивнула и прижала к себе волшебницу, стремясь оберечь и защитить.

- Майя! – идиллию нарушил Каль. – Вы знакомы с этой… этой…

- Это Майлесина Матеуш из клана Матеушей, - Майя отстранилась и привычным жестом сжала древко посоха. – Дочь главного хранителя королевской сокровищницы. Она вырастила меня, можно так сказать.

Каль подозрительно оглядел Майлес.

- Сколько же ей лет? Она не выглядит…ммм…

- Я живу уже больше века, человеческий детеныш, - прорычала Майлес. – Оборотни стареют медленнее, и ты никогда не увидишь морщин на моей шерсти!

- А откуда… ты что, выросла во дворце Дриморов? – Каль прищурился, голос его стал опасно спокойным. Майя прекрасно знала, что в это время разум Каля способен выдавать поистине поразительные решения, и знала, что за ними всегда следует гневный магический всплеск.

- Моя мать там служанкой! – как можно более спокойно произнесла Майя. Сейчас лучшим выходом было не провоцировать Каля. – А я сбежала. Давно.

Каль сделал шаг назад, подальше от Майлес.

- Всегда подозревал что-то такое, - задумчиво выдал он. Но Майя не дала ему продолжить думать или говорить:

- За тобой погоня, - обратилась она к Кошке.

- Уверена, они скоро будут здесь. Чернолёд, - Кошка поежилась, - применит магию и последует за мной по пятам.

- Зачем ты вообще это сделала? – внезапно спросила Майя.

- Нужны были деньги, принцесса. Прошу прощения, - Майлес склонила голову, отчего длинные пряди волос упали на лицо, скуластое, немного похожее на человечье, с треугольным кошачьим носиком и недлинными усами. Ее даже можно было назвать красивой.

- Что произошло? – встрял Каль.

- Майлес, похоже, ограбила королевскую сокровищницу…

- Что было просто, учитывая то, что я выросла во дворце, - вставила Майлес.

- …И теперь за ней погоня.

- Глупая кошка! Теперь и нас найдут! – Каль снова разозлился. – Майя, ты представляешь, что с нами сделает Чернолед, если слухи верны и он Кровавый маг?

- Кровавый маг? – нахмурив брови, спросила Майлес.

- Еще это называется Черной магией, - пояснила Майя. – Это когда маг колдует не за счет своей собственной энергии, а крадет чужую, подчиняет ее себе. Наиболее простой способ это сделать – кровь. Второй способ – рунный круг, но …

- Майя, это не лекция у Арсения! – рявкнул Каль. – Надо бежать из города! И быстро!

- Я с вами, - вставила Майлес.

- Нет! – воскликнул Каль.

- Я не брошу мою принцессу во второй раз! – слишком громко рявкнула Майлес. Резко распахнулась дверь на кухню, и в ту же секунду истлела лента, сдерживающая волосы Майи – от волнения, магия в теле девушки пришла в движение и бесконтрольно вырвалась, «помогая» хозяйке.

Русые неукротимые кудри растеклись по спине, хозяйка трактира приоткрыла от удивления рот, а затем заголосила, зовя «людей добрых» и королевскую стражу.

Первым сориентировался, как ни странно, Каль. Он схватил Майю за руку и вместе с ней ринулся через кухню в трактир, круто завернул на лестницу на второй этаж, и помчался вверх, перепрыгивая ступени. Влетев в комнату, отдал приказ собирать пожитки, и Майя мгновенно подчинилась, не выпуская посох. Секунду спустя в комнату влетела Майлес и подскочила к окну, распахивая ставни.

- Стража уже здесь! С Черноледом во главе!

Каль выругался, не отрываясь от занятия. Внизу слышался топот, грохот и крики. Запихнув плащ в котомку, Майя замерла. Каль тоже закончил.

- Ну! – Майлес уже сидела на подоконнике.

- Куда? – разозлился Каль.

- По крышам! По реке мне не уйти, Коты не очень любят воду. К тому же, магу легче нас там достать, вспомни его Имя! Принцесса, руку! Я смогу вас защитить!

- Да я и сама…

На лестнице послышался топот, ругань, бряцанье доспехов. Еще секунда и они будут в комнате!

Каль толкнул Майю в объятия Майлес, и кошка тут же исчезла вместе с ней в оконном проеме.

- Замерзни, - Каль дернул рукой, «стряхивая» магию с кольца, и пол в комнате стал затягиваться тонкой коркой льда. Коротко улыбнувшись, он наложил статичность на свою котомку, прихватил забытый Майей гребень и сиганул в окно.

Только вот не вниз, как он думал. Ударившись боком о створку окна и слыша позади себя явные звуки «кучи малы», Каль, спустя секунду, осознал, что лежит на крыше, а поперек его тела свит песочный хвост.

- Не за что! – рыкнула Майлес, вздернула волшебника на ноги и пригладила свой длиннющий хвост кольцом пальцев.

- Куда дальше? – хрипло спросил он. Ушибленные ребра еще не скоро заболят, из-за азарта, бурлящего в крови, и Каль решил подумать об этом потом.

- Вперед! Сколько сможем. Надо добраться до выхода из города!

- Они наверняка перекрыты! – Каль уже бежал по крыше, далеко впереди подпрыгивали кудряшки Майи.

- Прорвемся, - рык Майлес слился с упругим прыжком и рывком Каля вслед за собой, и вот они уже на следующей крыше. Те были в основном плоскими, но попадались и покатые, и покрытые черепицей, но мало. Каль понимал, что пересечь реку им все равно где-нибудь придется, иначе город не покинуть. Обернувшись, он успел оценить вид бесконечных разномастных крыш и возвышающегося на холме дворца, но снова был резко вздернут и тут же отпущен на следующую крышу.

По другую сторону от Майлес, сжимая ее руку, бежала Майя, которую они успели догнать.

- Мы сможем выйти через Южные ворота, как и зашли? – крикнула на бегу Майя.

- Нет! – Майлес резко развернула их обоих в сторону. Нужно было пересечь улицу. – Нам нужны Восточные!

- Но здесь же… - Майя задохнулась, замерев на краю крыши. – Это безумно далеко.

- Да, - Майлес резко кивнула, всматриваясь вдаль и щурясь от света полуденного солнца. – Дальше по дороге, в полудне пути, стоит лес. Он кишит разбойниками, но там безопасней, чем в столице.

- И как мы туда доберемся? – Каль, отойдя от бега, выпрямился и поправил кольцо на пальце.

- Здесь, еще через два квартала, и у меня привязана лошадь. Я ее, конечно, тоже украла. Но она одна, - Майлес закусила губы.

- Тебе она сильно важна? – резко спросил Каль.

- О чем ты?

- Вещи твои?

- Все что на мне – мое, - тряхнула волосами Майлес.

- Ну, тогда отлично. Майя, спусти нас вниз! – приказал он. Затем прищурился на что-то на соседней улице, и, улыбнувшись, поцеловал свое кольцо. – А я пока поколдую.

- Что ты собрался делать? – Майя, без разговоров выписывала в воздухе нужную руну – символ, которым изъясняется магия, и который понятен только тем, в ком она есть.

- Добыть нам лошадей, - с этими словами, едва завершилась руна, он спрыгнул.

Майя, взяв за руку Майлес, последовала его примеру, приземляясь мягко, будто сошла со ступеньки, на обе ноги. Они с Кошкой стояли в узком переулке, но Каля тут уже не было.

Майе внезапно пришла в голову идея набросить иллюзию на внешность Майлес, сделать ее человеком ненадолго, но девушка отмела ее, потому что с улицы послышался цокот копыт, крики, и заливистый свист.

Майя и Майлес едва успели вынырнуть на улицу, из-за угла показались три мчащиеся на всех парах лошади, на одной из которых верхом сидел Каль, а за ними неслись еще несколько, но уже с королевскими гвардейцами на спинах. Майя мгновенно поняла, что остановиться животные, чтобы дать им залезть на себя, не успеют.

- Я справлюсь! – толкнув в сторону бегущего коня Майлес, Майя вскинула посох и послала голубой разряд молнии в землю перед скачущими гвардейцами. Их лошади поднялись на дыбы, люди едва удержались на них, кто-то даже упал, послышались испуганные крики горожан «Магия! Они волшебники!». Но Майя уже этого не слышала. Пронесшийся мимо Каль бросил в сторону повод только одной лошади, и его тут же перехватила Майлес, осаждая животное. Лошадь поднялась на дыбы. Майя выбросила еще одну молнию, снова задерживая часть королевской гвардии, Майлес удалось запрыгнуть на коня, и тот тут же сорвался с места.

Майя глухо вскрикнула и ринулась за ними. Майлес и Каль были уже далеко впереди, и Майя понимала, что не догонит их, а за спиной уже кричали и слышался топот копыт пополам с угрозами и приказами остановиться именем короля…

Каль обернулся, поняв, что Майи с ними нет. Она была далеко позади, а его конь, между тем, мчался, не разбирая дороги. Каль понимал, что это самоубийство, но не попробовать не мог. Он только читал, что такое возможно у определенных людей...

Вытянув руку в сторону Майи, на полном скаку он закрыл глаза и потянулся, позвал знакомую магию, и сквозь пространство, на мгновение ослепившее веки сплетением ярчайших волшебных нитей, позвал оружие своей подруги.

Мир исчез, Каль не слышал, не видел, не чувствовал. Он только сжимал подрагивающие, мокрые от напряжения пальцы на теплом древке. Он потянул его на себя, выпуская всю свою силу на волю, окутывая приложение к посоху – Майю – своей магией, и протащил сквозь пространство.

В глазах у Майи отчаянно темнело, воздуха не хватало, в боку дико кололо, но она рвалась вперед, со всем отчаянием покинутой. Споткнувшись, волшебница ощутила вязкую темноту, поддержавшую ее, и, словно разломившую на множество маленьких Майй. На изнанке век вспыхнул яркий голубой свет, волшебнице на секунду показалось, что она выпустила в себя голубую молнию из топаза, и это ее последние секунды… А провалившись в темноту, почувствовала удар и теплое дрожащее тело перед собой, и пальцы, сжимавшие посох волшебницы поверх ее собственных.

Распахнув глаза, она поняла, что сидит позади Каля на бешено несущейся взмыленной лошади, вернулись звуки – вокруг кричат, сзади погоня, и неистово скачущая Майлес на второй лошади. А сама она, Майя, целая и невредимая, рядом с совершившим невозможное Калем.

***

Майлес, задыхающаяся от скачки и волнения, мечтала перегрызть горло мальчишке. Она уже хотела, было, развернуться и рвануть за Майей, когда щенок обернулся и протянул руку назад, в сторону подруги. Все, что увидела Майлес – это как Майю целиком охватил яркий голубой свет, и она исчезла. На дорогу там, где она бежала, упал лишь кудрявый локон, видимо, отрезанный перемещением.

Ее воспитанница, в такой же голубой вспышке возникла позади мальчишки, тут же вцепившись в него всеми конечностями.

Майлес коротко выдохнула и подстегнула лошадь ударом хвоста. Одной проблемой меньше.

* * *

- Давай, на вторую лошадь! – хрипло крикнул Каль, перекрикивая шум и свист ветра в ушах. Он отпустил посох Майи, дернул к себе поводья скачущей рядом свободной лошади, и недолго они бежали совсем рядом. Майя всем существом ощущала слабость Каля после такого магического действа, но его решению противиться не посмела. Собравшись и поджав ноги, она мысленным усилием направила магические потоки в теле на свою защиту, и прыгнула.

Удар вышел не очень болезненным, но ощутимым. Чудом заняв место в седле, она вцепилась в поводья, не выпуская посох, и сумела, держась коленями, нашарить стремена.

Низко пригнувшись, волшебники и догоняющая их кошка-оборотень, продолжили скачку.

Улица, по которой они двигались, изгибалась вдоль последнего ряда домов перед рекой и, должна была вывести их к главной восточной дороге. Там, после моста, было всего несколько кварталов до городских ворот.

Преодолев расстояние за несколько минут, волшебники синхронно круто развернули лошадей и, распугивая кареты, телеги и горожан, помчались к мосту.

Доскакав почти до середины, они поняли, что там их уже ждут.

Резко осадив лошадей, и обернувшись несколько раз, юноша, девушка, и кошка опустили загнанных животных.

На другой стороне самого короткого в городе моста, находился отряд королевских гвардейцев во главе с высоким статным мужчиной в фиолетовом плаще в пол. У Каля и Майи были точно такие же, только лазурного цвета.

Волшебник, казалось, только начинал стареть, так что седина закралась лишь в виски. Тонкие губы кривились в восхищенной и, одновременно, досадливой усмешке. Черные глаза внимательно оглядели сначала Каля, затем Майю. На Майлес он даже не взглянул.

- Где же ваши плащи, юные волшебники?! – зычный голос далеко разнесся в повисшей, не считая шума реки, тишине. Майя обернулась – другую сторону моста перекрывали гвардейцы и огромная толпа горожан. Они были в ловушке.

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Малюгина Иола

Родилась в 1994 г. Пишет с 11 лет: стихи, сонеты, фэнтезийный роман. Увлекается фанфиками по «Гарри Поттеру», но чем-то большим, чем хобби, это не считает. Серьезно решила стать писателем и собирается поступить в литинститут им. Горького. Живет в г. Железногорск (Красноярский край)....

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

УЧЕНИК ВОЛШЕБНИКА. (Проложек), 141
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru