Главная
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

При реализации проекта используются средства государственной поддержки (грант)
в соответствии с Распоряжением Президента Российской Федерации
от 29.03.2013 г. №115-рп.

Наталья Черненко

г. Москва

«МНЕ, НАВЕРНОЕ, СТОИЛО РОДИТЬСЯ ГДЕ-НИБУДЬ ВО ФЛОРИДЕ…»

МИНИМУМ

Мне всё равно,
Какая у кого ставка
На жизнь.
Какая надбавка
За вредность,
Кому тяжелее вставать утром
Или какие там,
В наших офисах
Придумываю условности
И условия.
Заключение людей в здания –
Это, как минимум,
Преступление.
Медики и то человечнее,
Хоть больше и не дают клятв.
Как можно,
Когда так улыбаются,
Говорить о моногамных
Истинах,
И писать о войне и
Политике.
А ведь рядом,
Почти навязчиво
Следуют линии бедер.
Величайшее чудо в воздухе
Оставляет след.
И будут надбавки сильным
И смелым. Быстрее, выше.
Победил и увидел.
Вышел.
Победил самого себя.

ВРЕМЯ

Зима растягивает часовые пояса,
Стрелки на дорогах,
На круглых циферблатах,
Которые были повешены теми,
Кто давным-давно
Решил повесится сам.
Только веревка от старости
Растянулась тоже.
И размером теперь с полкомнаты.
Хотя, вероятно, это
Уменьшилось пространство.
И с каждым годом
Стол на кухне
Занимает всё больше места.
Видимо, исходя из этого, и время
И температуру
Отмечают одинаково.
Классическую картину
Человеческого
Счастья могли изобразить
Как Матисс, Ван Гог, Глазунов,
Так и школьник.
Некоторым на занятиях по физике
В голове, ручках, ножках,
Упавших в лодку, которая
Плывет со скоростью
10 километром в час,
Видится больше
Перспективы.
Хотя бы, исходя из того,
Что если конечный
Пункт есть, и части тела
Доберутся до берега,
Значит, скорость не имела
Никакого значения.
Значит, когда изобрели
Ледоходы, смогли остановить
Четыре цикла по три месяца.
А точнее, необходимость
Подстраиваться.
Под сбор урожая, солнечный
Отпуск или рост валюты.
Но «легче на подъем» никто
От этого не становится.
И если хотя бы один учитель
В итоге увидит бессмысленность
Бесконечных задач о времени,
Мебель перестанет перемещаться
По городам, поселкам и странам,
И проживать больше жизней,
Чем человек,
Способный
Остановить любую из них.

КТО-ТО И С КЕМ-ТО

Никакой философии.
Абсолютно никакой психологии.
И улица в центре, где работаешь –
Как диагноз.
И поближе к дому –
Как реальность.
Какая-то усталость всё,
Слишком человеческая.
А сила преследует,
Говорят, страшная.
Вот как всегда –
Поговорил кто-то и c кем-то,
И ты будешь ходить потом
Именно так и названная.
Приближается лето.
А матрасы, как-то получается,
Что только уменьшаются в количестве.
Зато более качественно
Учишься противостоять
Консьержам,
Что уже хорошо, особенно с тех пор, когда
Больше ничего не происходит.

* * *

Мне и без Вас бывало так, «что хуже некуда».
Таксисты ехали мимо, даже не повернув голову.
Впечатление, что я ходила с такой большой нагрудной
Табличкой, прикрывающей весь мой 3-й размер – «умираю от голода».

Мой сосед не хотел рассказывать про свои похождения.
А сам разъезжал по миру и подмигивал гордо: «к любовницам».
А потом так странно смотрел на мои, как ему думалось, мучения,
Когда я лежала одна, на своей двуспальной, и казалась ему затворницей.

Он никогда не узнает, что такое жить в гармонии с собственным «я».
Хотя, и мне не вспомнить тоже. Надо было поставить скрытые камеры,
Чтобы теперь просматривать, как детский утренник, когда уже есть семья.
И ты плачешь о времени, в котором костюм снежинки важнее целого мира.

Целого. Перетянутого. Переправленного. Волк, капуста.
Вы вспомните сколько шагов? Нелегко, понимаю, давно было.
Особенно, если сейчас столько коз. И только один плот. Пусто
На нем. Между нами. Только вот, что это переменило?

Знаете, когда бродяга просит мелочь и отдаешь последнее,
А за углом стоит еще один играет на скрипке и тоже просит,
Но нет уже. Задумываешься, какая разница? Никто не заметнее.
Оба нищие. Просто один умеет играть. Всех, в итоге, ногами вперед выносят.

* * *

Мне, наверное, стоило родиться где-нибудь во Флориде,
Чтобы не ехать через всю страну искать спокойствия.
Или с закрытыми с грустной радужкой в чьем-нибудь сидя
Зеркале. Красить губы или скучать от бездействия.

Может, Венеция? Там, где любви достаточно. Ровно
Столько, сколько овец я считаю сейчас ради пары часов
Безмятежного сна. Подальше от тех, кто бесспорно
Улыбается больше меня. И тем более, искренней моего.

Просто вырасти где-то. Правильней и честней будет «кем-то».
Переворачивать пусть не бульварную, так хотя бы классиков.
А не обезумевать дерзкими, пошлыми, впитав за какое-то лето
Тугую реальность умерших в барах резких уродов.

Дать согласие не видеть людей, совокупляющихся с осенью.
Глазеющих на деревья, как на предмет обожания или счастья.
Обсуждать то, что чуть выше соседской собаки и мятой простыни.
Поговорите со мной о погоде. О завтрашнем вечере. Пусть. Я согласна.

ЕДИНСТВЕННАЯ, ИЛИ ДОМ, В КОТОРОМ ПЛАТЯТ ЗА КОМ. УСЛУГИ

А завтра твоя девочка уезжает с бывшим любовником во Вьетнам.
Единственная, которую ты совсем не хочешь ни с кем делить.
Единственная, которую хочешь в принципе. Та, что мечтает съехаться по средам.
И уходит каждый четверг. Это длится так долго, что даже почти не злит.

Ты звонишь тем, кому на кудри ее плевать. Тем, кто не отличит ее тень в дверном проеме.
Сегодня музыка, дымно и шумно. «А завтра, знаете…». И сидишь. И решаешь молчать.
Завтра я буду работать, учить, закрывать. И потом стоять в темном пустом коридоре.
Всё это длится так отвратительно долго, что начинаешь почти привыкать.

Не пропустить в субботу премьеру, играть в пейнтбол, представить, что вечер длинный.
Почувствовать время. Его отвратительно не хватало ни на кого в последние несколько лет.
Любовник. Вьетнам. Завтра. Наверное, лучший выход «забыть» опустить рубильник.
Пусть, когда вернется, такая красивая, будет также мучительно долго платить за свет.

«ПРИРОЖДЕННЫЕ УБИЙЦЫ»

Аманда была, как минимум, смелая,
Джек пытался заставить ее забыть о ребенке.
Аманда была, как минимум, честная,
Когда заставляла Джека забыть о жене.

Джек не желал жить обманом. Аманда хотела мира.
Оба считали, что мир – это слово, сказанное одним.
Оба мечтали о совершенном, нетронутом и ранимом.
Беречь нервы, вытягивать нервы, превращать их в пластилин.

Аманда, как минимум, много мечтала, материлась, спала и пила.
Как максимум, создавала мини-музей, галерею, склад.
Джек, как максимум, много пил, и никакие дела
Не позволяли пройти мимо и признаться, что он не рад.

Как же иначе? Теперь спокойно спит и Багдад и Джек.
Бывает нирвана, но ненадолго. Прогорают и казино.
Мертва Аманда. И больше ни слова не скажет ему в ответ.
Все также сдыхают, разъединив связующее звено.

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Черненко Наталья

Родилась в 1988 г. Окончила Литературный институт им. Горького (семинар И.И. Ростовцевой). Стихи публиковались в альманахе «Край городов», сборнике «Опавшие листья». Живет в Москве....

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

МНЕ, НАВЕРНОЕ, СТОИЛО РОДИТЬСЯ ГДЕ-НИБУДЬ ВО ФЛОРИДЕ… (Поэзия), 139
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru