Главная
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

При реализации проекта используются средства государственной поддержки (грант)
в соответствии с Распоряжением Президента Российской Федерации
от 29.03.2013 г. №115-рп.

Сергей Исаев

г. Клайпеда (Литва)

ФАРАОНИХА ПО ИМЕНИ СЯТЯ

Повесть

Пролог.
Джон и Джек находят Сятю

Почти сто лет назад в Англии, в старинном городе Лондоне, в большом доме, жили мистер Александр и миссис Амалия Стоун. У них было двое мальчиков-близнецов, звали их Джоном и Джеком. Ребята были семилетнего возраста, только Джон был старше Джека на десять минут. Но он никогда не воображал перед младшим братом, как положено старшему, и никогда не обижал его. И были мальчики настолько похожи, что даже родители не всегда могли отличить одного от другого. Для этого папа и мама подарили им колечки на указательный пальчик: Джону – с красным камешком, а Джеку – с синим. Да и в гимназии, где учились братья, их также не смогли бы отличить без этих колечек ни другие воспитанники, ни учителя.

Мальчики были послушными и добрыми: всегда на совесть готовили уроки, не мучили котёнка Тимми воспитательницы миссис Гарднер, постоянно со всеми здоровались и желали спокойной ночи. Поэтому все их любили и спрашивали у них совета по тому или иному вопросу. Джон и Джек считались очень умными ребятами: ведь их родители были известными в Англии учёными-египтологами и часто ездили на раскопки в Египет, в таинственную Долину Царей. Они исследовали древние пирамиды и гробницы, скрытые в песках пустыни, в которых было много золота и ценных предметов, изучали многочисленные находки и всё найденное передавали в Королевский музей. Мистер и миссис Стоун очень любили археологию и пытались привить эту любовь своим мальчикам: показывали им картинки мумий из старинных книг, учили их понимать древнеегипетские иероглифы, рассказывали много историй из жизни египетских царей – фараонов – и их придворных. Ни у кого из других воспитанников гимназии не было таких папы и мамы, поэтому близнецы очень гордились своей семьёй, однако, нос перед другими не задирали. Как и подобает всем скромным детям.

И вот, однажды, когда пришло лето и в гимназии наступило время каникул, папа и мама позвали к себе обоих братьев и сказали:

- Дети наши любимые! Вы хорошо учились, всегда были вежливыми и послушными. За это мы хотим взять вас с собой в экспедицию на раскопки...

- Ура! – в один голос закричали Джон и Джек, хлопая в ладоши. – Мы так давно мечтаем об этом! Мы хотим своими глазами увидеть загадочный Египет, посмотреть на настоящую пустыню, на оазисы с пальмами, на древние захоронения, о которых мы знаем из книг! Спасибо вам, папа и мама! – и бросились обнимать и целовать родителей.

Через два дня семья села на пароход – ведь в те времена ещё не было больших самолётов, как теперь – и поплыла в далёкое Средиземное море, к берегу Северной Африки, где находится Египет. В экспедицию с ними отправились ещё несколько учёных из Королевского музея и университета, чтобы помогать родителям в исследованиях. Время плавания прошло совсем незаметно: мальчики так мечтали поскорей оказаться в Египте и его знаменитой Долине Царей, что, даже глядя на волны Атлантического океана, видели воображаемый песок великой пустыни Сахары – самой большой пустыни мира.

Наконец, они высадились в порту города Александрии, где их встретили странные люди в чалмах и очень загоревшие. Женщины, по обычаям своей страны, ходили в длинных платках, всегда с закрытыми лицами. Джону и Джеку уже было известно, что все жители Египта носят чалмы или платки, потому что там очень жаркое солнце и почти никогда не бывает зимы. Мальчики прекрасно помнили много вещей, которые они раньше видели только на картинках, но всё равно им было удивительно на каждом шагу: высокие минареты мечетей, раскидистые пальмы, огромные шумные базары, странная одежда мужчин и женщин... Затем они пообедали и на большом грузовом автомобиле, который вёз вещи и нужные приборы экспедиции, отправились в столицу Египта – Каир, один из самых древних и красивых городов на земле.

Путешествие заняло несколько дней, поскольку они много где останавливались и папа разговаривал со многими египтянами, а когда машина прибыла в Каир и они поселились в гостинице, то к ним в гости постоянно приходили друзья их родителей. А уже из Каира все оправились в Гизу, на раскопки. Самое интересное, что на автомобиле туда проехать было нельзя, и папа с мамой распорядились нанять настоящих верблюдов! Братья чуть не потеряли голову от радости: они даже во сне не мечтали когда-нибудь покататься на живых верблюдах. Джон сел на верблюда с папой, а Джек – с мамой; и в течение целого дня, только с одним перерывом на обед, дети наслаждались поездкой. Совсем как в старинные времена: над головой печёт солнце, вокруг – бесконечные пески, а корабль пустыни – верблюд – медленно раскачиваясь из стороны в сторону, движется по направлению к Великой Пирамиде... Замечтавшись, ребята и не заметили, как доехали до гробницы фараона Хеопса, повернув от неё несколько вправо.

- Наши раскопки чуть-чуть в стороне, - объяснила мальчикам мама. – В прошлый наш приезд мы с папой обнаружили здесь неизвестную гробницу, которую будем исследовать вместе с вами, милые!

Восторгам детей не было конца. Экспедиция проехала ещё около часа и остановилась возле большого кургана, внутрь которого вёл каменный вход. Люди разошлись разбивать лагерь – ставить палатки, готовить пищу, кормить верблюдов; пустыню освещали лучи заходящего солнца. Было так красиво, что мальчики захотели немного прогуляться.

- Только не уходите далеко, - сказала им мама. – Здесь можно быстро потеряться. И не ходите к кургану, не то можете заблудиться в подземном лабиринте. Там темно и страшно. А завтра мы начнём исследование гробницы и возьмём вас с собой.

- Хорошо, мамочка! – ответили Джон и Джек, послушно склонив головы.

И ребята погуляли неподалёку от кургана, мечтая о том, что они завтра найдут в его древнем захоронении.

- Наверное, там был похоронен богатый фараон, - предположил Джек, показывая пальцем на вход в курган. – У него было много золота и драгоценных камней. Мы найдём его богатства и отдадим в Королевский музей, чтобы все люди мира смогли увидеть его великие сокровища!

- Конечно! – подхватил Джон. – У него наверняка было много красивых картин, статуй и мудрых книг, которые он велел принести к себе в гробницу, чтобы и после жизни на земле восхищаться искусством. А теперь это будет принадлежать всем!

Мальчики вернулись в лагерь и, поужинав с родителями и их друзьями-учёными, легли спать в палатке. Убаюкивая маленьких братьев, над их головами легонько задували ветры пустыни Сахары...

Рано утром все проснулись и стали завтракать. А потом, взяв факела, кирки и чемоданчики с молоточками и кисточками, учёные в сопровождении Джона и Джека отправились к кургану. Около входа в каменный коридор папа сказал мальчикам:

- Запомните внимательно, дети: никуда от меня или мамы не отходить. В гробнице могут быть ловушки; помните, я вам об этом рассказывал раньше?

- Да, папа, - ответили братья.

А он рассказывал им ещё дома, в Англии, что против грабителей фараоны в гробницах устраивали много различных ловушек. Например, падающие стены: человек дотронется до крепкой на вид стены, а она как ухнется на него! И, конечно, раздавит. Или глубокие ямы с кольями. Упадёт туда человек – и разобьётся. Или напорется на кол и умрёт от потери крови. Или просто выстроят фараоны лабиринт: поблуждает по нему человек, заблудится, съест всё, что у него было с собой – и умрёт с голоду... Так что без родителей рискованно и опасно бродить по неизвестным гробницам.

Папа шагнул в тёмный коридор первым, за ним – другие учёные, потом – мама, а за ней шли близнецы. У каждого в руке был большой факел, которой всё освещал в темноте. Люди, пробираясь вглубь строения, вставляли факела в стены. В коридорах и залах гробницы сразу становилось светло и не страшно. Папа с мамой составляли план усыпальницы, учёные трудились, расшифровывая надписи на стенах, поэтому мальчики решили никому не мешать – и тоже занялись исследованиями одного из ходов помещения. Увы, даже с самыми послушными детьми иногда случаются курьёзы: хоть папа с мамой просили их далеко не отходить, мальчики увлеклись и незаметно потеряли учёных из видимости. Они шли по древнему низенькому коридору, освещая факелами дорогу. Повсюду на стенах было много рисунков; мальчики узнавали в них фигурки людей, лошадей и быков; там же были видимо-невидимо иероглифов. Кое-какие из них мальчикам были известны, но они не стали читать, что написано на стенах. Они горели желанием найти что-нибудь интересное и позвать родителей. Дети прошли ещё два поворота – и коридор закончился небольшим залом, который прекрасно освещался их факелами. Братья осмотрелись и едва не запрыгали от радости: по всему залу стояли статуи людей, птиц и кошек; стены были украшены лазурными рисунками на тему битвы в пустыне, а в углу помещения находился небольшой саркофаг с нарисованной на крышке змейкой.

- Вот так находка! – воскликнул Джон, озираясь по сторонам. – Надо сообщить родителям и учёным, что мы нашли погребальный зал!

- Несомненно, так! – ответил ему Джек, указывая пальцем на саркофаг. – Здесь, наверное, и лежит фараон, у которого такая богатая и красивая усыпальница... Давай-ка попробуем взглянуть на его мумию первыми!

- Нет, крышка очень тяжёлая, - натуженно произнёс Джон, пытаясь сдвинуть крышку с места. – К тому же, а вдруг там – ловушка?

И тут, сразу после его слов, крышка сама сдвинулась с саркофага и аккуратно стала к стене. Мальчики недоумённо переглянулись, не зная, что и думать. Вдруг из саркофага показались две иссохшие руки, вернее, ручки; вслед за ними появилась и голова маленькой мумии в древнеегипетском уборе, которая отчётливо произнесла:

- Здравствуйте, дети! Кто вы такие и что здесь делаете?

Близнецы удивились случившемуся, но ничуть не испугались. Ребята уже привыкли видеть скелеты на картинках; к тому же они никогда не смотрели фильмов ужасов про восставших мертвецов.

- Мы – братья, - ответил не растерявшийся Джон, протягивая факел ближе к саркофагу, чтобы получше рассмотреть мумию. – Меня зовут Джон, а это Джек. Мы приехали сюда вместе с папой и мамой, чтобы исследовать твою усыпальницу. Наши родители тоже здесь. А ты кто – говорящая мумия?

- Нет. Я фараон. Вернее, я принцесса, - и мумия сделала несколько движений, благодаря которым полностью выбралась из саркофага и теперь стояла напротив близнецов. На ней было когда-то красивое платье, от которого ныне остались одни клочья; из-под останков его свисали многочисленные ленты бинтов.

- Так ты – девочка? – вступил в разговор Джек. – А как тебя зовут?

- Меня зовут Сятя, - наклонила голову мумия. – Очень рада познакомиться с вами! О, Великая Хатхор, как же вы похожи друг на друга!

- Мы тоже рады, - галантно раскланялся Джек. – Мы с Джоном – близнецы, отличать нас можно по колечку на пальце. У него – красный камень, у меня – синий. Не перепутай...

- То есть, ты – фараониха по имени Сятя? – уточнил Джон.

- Да, Сятя. Что тут непонятного? Я фараон.

- Но ведь только мужчины могут быть фараонами, - непонимаючи развёл руками Джон. – Значит, ты – фараониха.

- Сятя... Такое странное имя, - изрёк Джек. – Может быть – Сети? Нет, это мужское имя, прости...

- Ничего страшного, друзья! Моего дедушку звали Сети, фараон Сети Первый. Он был величайшим воином Египта... Но Сети – это Сети, а я – Сятя!

- Красивое имя, - подтвердил Джон. – Нежное.

- Меня так все и называют: Сятя Вторая Маленькая, - добавила принцесса, внимательно рассматривая лица близнецов.

- Почему это «маленькая»? – спросил Джек.

- Потому, что Сятя Первая Великая – это моя мама, - ответила мумия.

В этот миг за спинами ребят послышались шаги – и на пороге зала появился папа.

- Джон, Джек! Я же просил вас никуда от нас не уходить! А это что ещё за... – тут он заметил, что рядом с его мальчиками стоит мумия и от удивления замолчал, едва не выронив из руки факел.

- Всё в порядке, папа! Не надо ругать нас! Посмотри, какой красивый погребальный зал мы тебе нашли! – наперебой затараторили братья.

Но папа не мог отвести глаз от стоявшей рядом с ними, как ни в чём не бывало, мумии. Джек проследил за его изумлённым взглядом и сказал, обращаясь к отцу и мумии одновременно:

- Познакомься, папа: это – фараониха по имени Сятя, Сятя Вторая Маленькая, - поправился он. – Сятя, познакомься: это наш папа, мистер Александр Стоун, известный английский учёный-египтолог.

- Здравствуйте! – первой нашлась Сятя, снова наклоняя головку. – У вас очень милые мальчики!

- Спасибо на добром слове, - оторопело пробубнил папа, садясь перед мумией на корточки. – Милые – это верно. Только вот не всегда послушные... А ты... А вы... – он явно затруднялся общаться с мумией.

- Посмотри вокруг, папа! – попытался отвлечь его внимание Джон. – Подумай, сколько исследований и великих открытий таит этот зал!

- Несомненно, - учёный стал приходить в себя, осматривая убранство усыпальницы. – Работы здесь – непочатый край...

- Только у нас одна просьба, папа, - сказал Джек. – Пожалуйста, не рассказывай никому, кроме мамы, про Сятю! Ведь у нас здесь больше нет друзей!

- Да, папа, – поддакнул ему брат. – Не говори никому! Не то твои друзья учёные начнуть исследовать Сятю, и нам будет не с кем дружить!

- Хорошо, никто, кроме мамы, про Сятю знать не будет, - ответил наконец папа, кидая взгляды то на убранство помещения, то на преспокойно стоящую перед ним мумию. Затем он поднялся и без единого слова вышел из зала.

Папа не обманул. Он вернулся к учёным и что-то шепнул маме на ухо; затем стал руководить раскопками в одном из боковых коридоров. Мама быстро вышла по указанному папой направлению и, освещая перед собой дорогу ярким факелом, устремилась к детям.

Найдя сыновей в компании с мумией, она едва не лишилась чувств, хотя папа успел подготовить её к возможному потрясению. Джек представил её Сяте, а Сятю – маме.

- Какая красивая! – не без зависти произнесла маленькая принцесса, - рассматривая прислонившуюся от удивления спиной к её собственному саркофагу женщину. – Вы так похожи на мою маму, Сятю Великую... Может быть, мы все – дальние родственники?

- Сколько тебе лет, Сятя? – неожиданно спросил Джон.

- Шесть. А вам с Джеком?

- По семи, - он не стал упоминать о своём старшинстве на десять минут. – Значит, мы старше тебя...

Слыша такой их диалог, мама справилась с собой гораздо быстрее папы. Увидев, что детям ничто не угрожает, она спросила, оглядывая помещение:

- А что, уважаемая Сятя, долго ли ты находишься здесь?

- Не знаю, - ответила мумия, подсаживаясь к ней поближе и по-прежнему не сводя с женщины глаз. – А какой теперь год?

- Считай, что начало двадцатого века, - услужливо подсказал ей Джон.

- Не понимаю – как это? – покачала головой Сятя, скрестив ручки на остатках платья.

Мама тем временем стала кое-что соображать:

- Дети, Сятя понимает только древнеегипетский календарь... Сейчас год Крокодила, сто восемьдесят третья Луна в доме Нут... – загибая пальцы, быстро подсчитала она.

- Как! – воскликнула на этот раз удивлённая мумия. – Неужели прошло так много времени?! Наверняка этот предатель, верховный жрец Менхуперра, захватил власть в государстве... – тут она впервые обратила внимание на свои иссохшие ручки, на свисающие отовсюду бинты и печально обвела взглядом присутствующих. – Ах, несчастье! Значит, я стала такой некрасивой за несколько тысяч лет... Что же теперь делать?

- Ну, это мы решим, - успокоила её мама. – Вы все побудьте здесь, пока мы, взрослые, работаем... Сятя, ничего с моими мальчиками не бойся! Они девочек не обижают. Я принесу вам поесть... Ах, какое великолепие! – сорвалось с её губ, когда она внимательно рассматривала статуи и детали росписи погребального зала. – Наверное, тут и про тебя написано, не так ли, дорогая Сятя?

После мама ушла, но вскоре вернулась с едой. Постелила чистый платок на крышку саркофага, разложила принесённые хлеб, овощи и фрукты:

- Дети, кушать подано! Приятного аппетита!

- Пойдём, - пригласил Джек новую знакомую. – Мама очень сердится, если после трапезы мы хоть что-нибудь оставляем...

- Я не голодна и вообще не чувствую голода, - ответила принцесса, однако подошла к импровизированному столу вместе с ребятами.

Мама вновь ушла к взрослым, а дети остались с маленькой мумией. Мальчики поели, а потом все трое сели треугольником – друг напротив друга – и стали разговаривать.

- Послушай, Сятя, - осторожно спросил Джон, - а почему ты так странно выглядишь? Прямо как настоящая большая мумия! Ни кожи на тебе, ни одежды, одни лишь бинты да тряпки... Ну, ты же понимаешь, что я вовсе не хочу обидеть тебя своими словами...

- Конечно, Джон вовсе не хочет обидеть тебя своими словами, - вступился за брата Джек, - но выглядишь ты странно.

- Это потому, что прошло много времени! – грустным голосом ответила та. – Посмотрела бы я на вас через несколько тысяч лет, как это принято говорить у вашего народа... Кстати, откуда вы сами, ребята? Ведь вы – не мои подданные?

- Твои кто?

- Ну, вы не египтяне. Тогда кто? Хетты?

- Англичане. Мы из Англии.

- Никогда не слышала о такой стране...

- Так поехали туда вместе с нами! – с ходу сделал ей приглашение Джек. – Ты увидишь, как там здорово! А тут – песок, песок...

- Правда, Сятя, поехали с нами! – не отставал от брата Джон. – Здесь только пустыня, смотреть не на что...

Не стоит упоминать, что мальчики несколько кривили душой, говоря так: они всю жизнь мечтали попасть в египетскую пустыню и насладиться её красотами; покопаться в её песках, отыскивая древние сокровища и открывая тайны прошлых эпох человечества... Однако, встреча с Сятей внезапно изменила интересы близнецов: маленькая принцесса, чудом оказавшаяся в нашем времени, захватила всё их воображение. Они наперебой предлагали ей то, что египтянка не могла и представить: Джон рекомендовал кинематограф, радио и фотоаппарат, а Джек – автомобильные гонки, посещение Королевского музея, а также последний способ приготовления горячего мороженого.

- Ой, милая Сятя, ты убедишься, как в нашем времени весело! – заманивал её Джек.

- Жить будешь вместе с нами в большом доме, у тебя будет своя комната... Соглашайся, Сятя! – вторил ему Джон.

- Вы очень интересно рассказываете про Англию, - принцесса попыталась изобразить улыбку, щёлкнув вместо этого зубами. – Я, честно говоря, фараон довольно любопытный... Хорошо, я согласна!

- Ура! – закричали братья и бросились обнимать мумию.

- Только дайте мне слово, что потом отправитесь со мной, в моё время, - сказала она. – Наверняка там без меня уже начались беспорядки... Вы смогли вытащить меня в своё время, но у меня есть возможность провести вас в Древний Египет! О такой возможности ваши родители лишь мечтали бы!

- Согласны, согласны! – закричали мальчики, размахивая руками.

- Как же я попаду в вашу Англию? – спросила Сятя.

- Не переживай, мы с Джоном обязательно придумаем, - пообещал ей Джек.

До самого вечера мальчики не выходили из древней гробницы; они только и делали, что рассказывали Сяте об Англии и, в свою очередь, выслушивали рассказы мумии о Древнем Египте. Перед заходом солнца к ним пришли папа с мамой:

- Добрый вечер, мальчики!

С мумией они тоже поздоровались:

- Добрый вечер, Сятя!

А затем братья обратились к родителям с просьбой: взять – пусть хоть на короткое время! – Сятю с собой, в Лондон.

Папа задумчиво посмотрел на маму:

- Что ж, полагаю, что это можно устроить... Наши коллеги не знают про Сятю ничего. Когда мы закончим предварительные работы в гробнице, можно спрятать Сятю в саркофаг – и пароходом переправить в Англию как музейный экспонат...

- Правильно, - согласилась с его словами мама. – А там скажем всем, что к нам в гости приехала наша маленькая родственница из Египта, которой обычаи родной страны предписывают всегда скрывать лицо – и никто нас ни о чём не спросит.

- Папа! Мама! Мы так вас любим! – завопили в порыве чувств Джон и Джек, кинувшись на шеи к родителям.

Сятя, не зная, как ей поступить, переминалась с ноги на ногу, когда папа и мама сказали ей:

- Добро пожаловать, Сятя, в нашу семью! Мы обещаем о тебе заботиться, как о собственной дочери, а когда пожелаешь, мы вернём тебя сюда, на родную землю...

И, стряхнув с шеи своих мальчиков, мистер и миссис Стоун протянули руки к маленькой мумии.


Часть первая
Приключения Сяти в Англии

Глава 1
Сятя в лондонском доме Стоунов и в гимназии для мальчиков

Когда семья Стоунов вернулась в Англию, то они никому не сказали о своей чудесной находке в египетской пустыне. Все найденные сокровища они передали учёным в Королевский музей, а мумию тайно привезли домой – и представили Сятю только миссис Гарднер.

- О, Боже мой! – удивлённо воскликнула старая воспитательница, войдя с родителями в детскую и увидев мумию, которая играла в догонялки с мальчиками. Даже рот прикрыла ладонью от неожиданности.

- Не бойтесь, миссис Гарднер! – сказал ей папа. – Сятя – очень воспитанная мумия...

- И очень послушная, - добавила мама, гладя древнеегипетскую принцессу по головке.

- Ну, тогда хорошо, - обрадовалась миссис Гарднер. – Чем больше в доме послушных детей, тем жить веселее. Ну, здравствуй, Сятя!

- Здравствуйте! – сказала Сятя миссис Гарднер.

- Только никому не рассказывайте про неё, ладно? – тут же подскочили к воспитательнице Джон и Джек. – Не то учёные заберут у нас Сятю и станут её исследовать, а мы снова останемся одни...

- Ну, конечно, не скажу, - пообещала миссис Гарднер. – Но её сперва надо одеть во что-нибудь приличное, а то девочка одета в древние лохмотья. И аккуратно искупать...

Пока мама с воспитательницей осторожно купали мумию, папа с Джеком и Джоном сходили в дамский магазин, где купили несколько красивых длинных платьев, несколько пар ботиночек и туфелек; также купили Сяте шубку, чтобы она не мёрзла осенью-зимой и несколько больших платков, чтобы в них кутаться.

Затем принесли покупки домой и отдали миссис Гарднер. Тем временем мама закончила купать Сятю и воспитательница помогла ей одеть мумию в новую одежду. Папа с мальчиками с нетерпением ожидали в столовой их выхода из ванной комнаты. И вот, наконец, мама и миссис Гарднер привели туда Сятю. О, как она теперь изменилась: на мумии вместо грязных и пыльных бинтов было длинное голубенькое платье с широкими рукавами; на ножках – розовенькие башмачки с пряжками в виде цветочков, а на голове – белый платок с бахромой. Сятя посмотрела на себя в большое зеркало и от радости захлопала в ладоши:

- Как я счастлива, мальчики! У меня уже тысячи лет не было такой красивой одежды!

Джон и Джек бросились к ней и схватили мумию за руки.

- Милая Сятя, ты похожа на настоящую барышню! – кричал Джек.

- Ты такая красивая, Сятя, - не отставал от него брат, - что я готов пригласить тебя потанцевать!

- Одно только меня печалит, - задумчиво произнесла мумия, поглядывая на своё отражение в зеркале, - что моё личико напугает других людей...

- Это правда, - тревожно сказала воспитательница, - хотя со спины ты очень похожа на простую девочку...

- Ничего страшного! – пришёл на помощь папа. – Ведь мы купили много платочков! Сятя сможет одним из них – самым лёгким – закрывать личико, как положено египетским девочкам и женщинам, и никто ничего не узнает!

- Верно! – обрадованно вставила мама. – А мы предупредим других детей и взрослых, что к нам приехала родственница из Египта, которая будет жить в нашем доме. Так что Сятя сможет ходить по улицам, играть и дружить с другими детьми.

Мальчики так обрадовались, что стали обнимать по очереди родителей и воспитательницу. Сятя тоже была рада такой новости – и не отставала от Джека и Джона.

Тем временем наступила осень и мальчики стали посещать гимназию. Уходили они утром, а возвращались за полдень. И всегда рассказывали Сяте, как прошёл день, чему они научились на уроках и что нового узнали. А Сятя внимательно слушала их, потому что хотела побольше узнать о нашем времени. Однако, вскоре она стала скучать: ну совсем нечего ей было делать, пока её друзья в гимназии. Поможет миссис Гарднер навести порядок на кухне, поиграет с котёнком Тимми, приберёт игрушки в детской – и скучает.

- Вам хорошо, - однажды сказала она Джону и Джеку, когда те после занятий пришли домой. – Вы учитесь, узнаёте много интересного, общаетесь с другими детьми, а я сижу дома и скучаю... Почему бы мне не пойти в гимназию вместе с вами? Я тоже хочу учиться!

Джон с Джеком переглянулись.

- Понимаешь ли, Сятя, - переминаясь с ноги на ногу начал Джон, поглядывая на брата. – Ты ведь девочка...

- Да, Сятя, ты – девочка, - продолжил Джек, - а по английским законам мальчики учатся отдельно от девочек. Ты, конечно, можешь пойти учиться в гимназию для девочек. Но у девочек – свои гимназии, куда мальчиков не пускают...

- Так что делать, если я хочу быть вместе с вами? – озабоченно спросила мумия. Наверное, если бы она могла плакать, то наверняка расплакалась бы.

Мальчикам стало очень жаль Сятю: они стали обнимать и утешать её, а под конец Джек сказал:

- Не расстраивайся, милая Сятя! Мы тебя очень любим! И папа с мамой тоже тебя любят. Мы расскажем им про твоё беспокойство – и увидишь: они обязательно что-нибудь придумают.

Так они решили – и стали играть в прятки. А вечером, когда вернулись папа с мамой, дети рассказали им о своих заботах.

- Да-а-а, - протянул папа, задумчиво поправляя свой галстук. – Как же быть? Это так похвально, что Сятя хочет учиться...

- Да, но я хочу учиться в одном классе с Джоном и Джеком, а не в гимназии для девочек! – напомнила ему мумия. – Хотя в Англии, как я узнала, по-другому нельзя. И какой английский фараон придумывает такие законы?

- Правда, - сказала мама и обратилась к папе. – А может, ты сможешь что-нибудь сделать? Например, попросить директора гимназии, мистера Питерса, чтобы он – в порядке исключения – принял Сятю в класс, где учатся наши мальчики?

- А что, давайте попробуем! – воодушевился отец. – Завтра же сходим к мистеру Питерсу и обрисуем ему ситуацию. Скажем, что Сятя – это кузина наших детей из Египта. Мистер Питерс – мой друг, он поймёт наше положение...

С утра мистер и миссис Стоун отправились в гимназию вместе с Джоном и Джеком. А Сятя и миссис Гарднер махали им руками из окна.

Придя в гимназию, мальчики пошли на уроки, а их родители – в кабинет к директору. А после занятий классный преподаватель, мистер Хэндсом, сказал Джону и Джеку, что директор гимназии просит их зайти к нему по важному делу.

- Вот что, ребята, - сказал им мистер Питерс, когда мальчики вошли в его кабинет. – Сегодня приходили ваши родители и просили принять в гимназию вашу кузину. Что ж, передайте им решение совета учителей: ваша кузина принята и зачислена в ваш класс сроком на один учебный год в порядке исключения...

- Спасибо, дорогой мистер Питерс! – вне себя от восторга крикнул Джон и стал танцевать.

- Спасибо вам, мистер Питерс! – степенно произнёс Джек и дёрнул брата за руку, чтобы тот не забывал, как надо вести себя приличному учащемуся в присутствии директора гимназии.

- Не за что, джентльмены! Пусть девочка приходит на занятия хоть завтра. И передавайте привет родителям.

Мальчики на радостях чуть не бегом понеслись домой, где их ждали Сятя и миссис Гарднер.

- Ну, что? – спросили они в один голос едва не с порога.

- Тебя приняли, Сятя! Директор гимназии сказал, что ты будешь учиться в нашем классе! – наперебой закричали Джон и Джек, обнимая мумию, которая запрыгала от такой новости; миссис Гарднер с Тимми на руках тоже порадовались добрым известиям вместе с детьми.

На следующее утро в гимназию отправились все трое: Джон, Джек и Сятя. Как у братьев, у Сяти была гимназистская сумка, где лежали карандаши и чистые тетрадки.

- Зачем это? – удивлялась мумия, разглядывая по дороге в гимназию странные предметы.

- Затем, что тебя научат писать и читать, - ответил ей Джон.

- Ты, главное, не сними случайно платок с личика, - напоминал ей почти всё время Джек, - не то все испугаются...

Ведь Сятя, выйдя на улицу, перевязала головку и личико платочком с помощью миссис Граднер, а на ручки надела перчатки, чтобы все прохожие думали, будто она простая девочка, а не мумия. Поэтому никто не обращал на неё внимания – девочка как девочка, только из Египта. Ведь там все так ходят.

Перед занятиями мальчики вместе с Сятей и классным учителем мистером Хэндсомом зашли в кабинет директора Питерса и договорились, что мистер Хэндсом представит Сятю остальным ученикам, которых у него было семнадцать; так что пусть она с кузенами подождёт за дверью, пока он не позовёт их. А когда начался урок и все ученики расселись по местам, в класс вошёл учитель и громко объявил:

- Дети! С сегодняшнего дня в нашем классе будет учиться новенький... хм, вернее, новенькая... Дети, заходите!

И Сятя вместе с братьями вошла в класс.

Все мальчики за партами сразу стали шептаться между собой, но мистер Хэндсом поднял руку, требуя тишины и внимания:

- Одну минуточку, джентльмены! Хочу представить вам мисс Сятю, кузину Джона и Джека Стоунов. Она приехала очень издалека – из Египта. Совет учителей в порядке исключения зачислил мисс Сятю в наш класс, чтобы не разлучать её с кузенами. Будьте к ней очень внимательны, как подобает мужчинам. И не пробуйте заглянуть под платок мисс Сяти – это запрещено любому мужчине как в Египте, так и в Англии.

- Даже Его Величеству королю? – спросил один из любопытных мальчиков из-за третьей парты.

- Даже Его Величеству, храни его Господь! – ответил мистер Хэндсом, торжественно поднимая руку. Затем обратился к Стоунам и их кузине. – Садитесь, дети, за свободные парты в конце класса. Начинаем урок истории!

И мистер Хэндсом стал рассказывать ученикам про английскую королеву Елизавету и испанского короля Филиппа, про морскую войну Англии с Испанией и про разгром «Непобедимой армады» английским флотом. Всем было очень интересно, особенно Сяте, которая никогда ни о чём подобном не слышала.

Потом был урок английского языка и дети вслух читали отрывки из пьес господина Уильяма Шекспира, а мистер Хэндсом лично помогал Сяте изучить буквы алфавита... Ей было всё так интересно и необычно, так хотелось узнать побольше, что маленькая мумия схватывала налету букву за буквой.

- Поразительно! – восхищался учитель, наблюдая за стараниями Сяти. – Клянусь, что завтра ты будешь читать! Вот так умничка!

Во время перемены все семнадцать мальчиков окружили Сятю, желая познакомиться с ней лично. Джон и Джек организовали очередь, чтобы другие не толкались, и тогда все стали подходить по одному. Они кланялись Сяте и говорили:

- Здравствуйте, мисс Сятя! Я – Реджинальд Скайворд, хочу с вами познакомиться...

- Мисс Сятя, меня зовут Рональд Кобхем, предлагаю вам свою дружбу...

- Я – Ричард Спенсер, мисс Сятя, и я хочу, чтобы наше с вами знакомство переросло в настоящую дружбу...

А Сятя отвечала всем:

- Спасибо!.. Очень рада!.. Приятно с вами познакомиться!..

Даже мальчики из старших классов, узнав, что в гимназии появилась девочка из Египта, с интересом прохаживались неподалёку, прислушиваясь к их разговорам.

Затем были уроки природоведения, географии и рукоделия. На первом дети изучали растения и животных, на втором – на каком континенте какие находятся страны; Сятя впервые узнала, что такое ёлочка и медведь – ведь на её родине нет ни ёлок, ни медведей. А вот на уроке рукоделия мальчики учились пользоваться рубанком – и Сяте, как девочке, делать было нечего; поэтому она, не теряя времени, принялась в уголочке класса повторять буквы на память.

А после занятий весь класс дружной толпой высыпал из здания гимназии; каждый мальчик хотел, чтобы Сятя вместе с Джеком и Джоном пошли к нему в гости, чуть было ссориться не начали. Но Сятя сказала:

- Подождите, друзья! Я кое-что придумала – никто не будет обижен!

Ребята немедленно прекратили задираться и слушали, что скажет дама.

- Давайте сделаем так, - продолжала мумия. – Сегодня мы с Джоном и Джеком пойдём в гости к Реджинальду, завтра – к Рональду, послезавтра – к Ричарду... И так, день за днём, мы побываем в гостях у каждого из вас!

- Замечательно придумано, мисс Сятя! – закричали все. – Давайте так и поступим, джентльмены!

После этого никто ни с кем не ссорился – Сятя с братьями отправились в гости к Реджинальду; а остальные, также счастливые, пошли по домам, ожидая своей очереди.

Так и повелось: каждый день Сятя с близнецами ходила в гости к одноклассникам. Семьи её друзей очень радостно принимали маленькую египтянку; взрослые удивлялись её способностям к учению и послушанию, частенько после этого ставя её в пример своим детям. А училась Сятя очень хорошо и быстро. Мгновенно научилась читать и писать, заучивала на память большие отрывки из английских поэм и пьес, знала почти всех животных и птиц, которые живут в Европе, да ещё много чего – словом, учитель, мистер Хэндсом, да и сам директор гимназии, мистер Питерс, не могли ею нахвалиться. Иногда она рассказывала друзьям на уроках истории про Древний Египет и никто, даже преподаватели, не могли заподозрить, что она сама – древний фараон из далёкого времени. Настолько все полюбили Сятю и привязались к ней, что и не просили хоть раз снять платочек с личика – нельзя, так нельзя...

Глава 2
Сятя знакомится с кинематографом

Понравилось маленькой мумии жить в нашем времени, в большом городе Лондоне – столице Англии. Совсем она освоилась в далёком краю; у неё появилось много друзей, которые с ней играли и рассказывали интересные истории. Да и повидать Сяте довелось совершенно диковинные вещи.

Однажды, после занятий в гимназии, мистер Хэндсом сказал своим ученикам:

- Дети! У меня для вас хорошая новость! Угадайте: куда мы пойдём сегодня?

- В парк, на прогулку... В музей... В картинную галерею... – раздались предположения учеников, которым не терпелось узнать, что им приготовил учитель на сей раз.

- Нет, джентльмены, мимо! – и, хитренько подмигнув глазом, мистер Хэндсом произнёс. – Вы так хорошо учитесь, что директор объявил благодарность нашему классу и попросил меня сводить вас в кинематограф!

- В кинематограф! Ура! – закричали мальчики, запрыгали вокруг парт и друг друга, размахивая руками от радости.

Одна только Сятя не понимала причины всеобщего веселья. Поэтому она незаметно отвела в сторону Джона и Джека, и тихонько спросила у них:

- А что это такое – кинематограф?

- О, это такая волшебная штука! Аппарат, который показывает кино, – ответил ей Джон, который обожал кинематограф едва ли не больше всего на свете – кроме мамы, папы и брата, разумеется. – Это... Это... Ну, словом, кино...

- Да, милая Сятя, очень трудно описать кинематограф словами, - пришёл ему на помощь Джек. – Это словно движение картинок на белой стене... Лучше всего тебе самой это увидеть.

- Движение картинок? – удивилась Сятя. – Как же картинки могут двигаться? Ведь они уже нарисованы...

- Да, Сятя, Джек прав, - поддержал брата Джон. – Тебе самой надо увидеть, тогда поймёшь.

- Интересно, - задумчиво произнесла мумия себе под нос. – Я люблю волшебные штуки...

С радостными криками гимназисты высыпали на улицу, направляясь во главе с мистером Хэндсомом в сторону Бэкингемского Дворца, в кинотеатр. Сятя не отставала от мальчиков, представляя себе, каким может быть этот кинематограф, но так ничего и не смогла представить.

Наконец они пришли в большое красивое здание, где находился кинотеатр, и зашли внутрь. Там уже собралось много народа: нарядные дамы и джентльмены прогуливались по просторному холлу в ожидании сеанса. Были тут и дети, пришедшие со своими папами и мамами, бабушками и дедушками...

А потом прозвенел звонок – почти как в гимназии – и все пошли в большой зал, где в несколько десятков рядов стояли удобные мягкие кресла. Сятя уселась на одно из них; по бокам от неё сели Джон и Джек, а вокруг расположились остальные мальчики. Мистер Хэндсом занял место сзади учеников, чтобы иметь возможность видеть весь класс. Перед зрителями находилась сцена, а за ней – огромная, совершенно белая стена; по бокам от её с потолка свисали красные шторы. Маленькая мумия, изнывая от нетерпения увидеть кино, шёпотом спросила близнецов:

- Зачем эта белая стена, мальчики? И где движущиеся картинки?

- Подожди, миленькая, будут и картинки, - начал было объяснять ей Джон, но не успел. На сцену вышел конферансье в чёрном костюме, с белым бантом на шее и громким голосом сказал:

- Леди и джентльмены, уважаемая публика! Здравствуйте! Мы очень рады видеть у нас в гостях столько народа! Предлагаем вашему вниманию новую ленту известного кинематографиста мистера Уэтли «Ах, любовь!» А перед просмотром его последней работы мы покажем вам «Шотландскую хронику».

Сказав это, конферансье удалился за шторы – и в зале стал потихоньку гаснуть свет, пока не стало совсем темно.

- Зачем это? – забеспокоилась Сятя, крутя головкой из стороны в сторону. – В темноте я не увижу движущихся картинок!

- Наоборот: ты ничего не увидишь при свете! – шепнул ей Джек.

В тот же миг кино началось. В зале послышался слабый треск работающего аппарата – и на белой стене возник древний шотландский замок, окружённый высокими живописными горами. Все, находящиеся в зале, устремили внимание на сменяющие друг друга панорамы великолепного озера, по берегу которого росли старинные дубы; на шотландских лучников, охраняющих неприступные стены главной башни замка; на расположившуюся у его бастионов небольшую деревеньку… И лишь двое не почти не смотрели кино – это были Джон и Джек. Потому, что всё внимание их оказалось прикованным к Сяте: маленькая мумия приподнялась в кресле, слегка наклонила головку – да так и замерла в такой позе от увиденного.

- Ну, что, Сятя, - шепнул ей Джек. – Как тебе кинематограф?

Сятя не двинулась с места при его шёпоте; возможно, что она даже не услышала вопроса друга. Тогда, в свою очередь, улыбающийся Джон спросил мумию с другой стороны:

- Что скажет наша любимая фараониха? Вот ты и увидела движение картинок на стене!

Мумия сделала странное движение, как будто хотела снять платочек с лица, но близнецы, схватив её за руки, снова усадили на место.

- Только не вздумай открывать личико, Сятя! – поняв её мысли, рождённые крайним удивлением от увиденного, громко зашептали братья. – Иначе, когда зажжётся свет, все люди в кинотеатре тебя испугаются!

Сятя, казалось, пришла в себя от их слов:

- Ой, мальчики, правда! Я совсем об этом забыла… Но... я так удивлена! Эти движущиеся картинки гораздо интереснее волшебства моих придворных фокусников… потому, что я не могу понять, как они движутся: только что было озеро, теперь – дворец, а потом – деревня…

- Простите, уважаемая мисс, - к ним троим нагнулся пожилой джентльмен из ряда позади. – Ваши беседы с друзьями мешают людям смотреть кино…

- О сэр, простите нас! – немедленно, как и подобает настоящему мужчине, взял на себя огонь Джек. – Наше кузина только что приехала из Египта и никогда ещё не видела кинематографа. Простите даме её первое удивление, сэр!

Пожилой джентльмен хмыкнул, но спорить не стал; он сел в своё кресло – и друзья тут же забыли о его существовании.

- Не пойму, - тихонько продолжала шептать Сятя на ухо близнецам, - как это получается? Я, пожалуй, схожу и посмотрю на это чудо вблизи…

Братьям стоило больших усилий вернуть мумию на место.

- Нельзя ходить по залу, когда показывают кино! – объяснял ей Джон. – Видишь, все люди сидят на местах!

- Вот будет антракт, тогда и подойдём поближе, - обещал ей Джек. – Успокойся, милая Сятя! Мы поясним тебе работу кинематографа…

И всё же мальчикам до конца сеанса пришлось держать Сятю за руки: они боялись, как бы мумия – от избытка чувств – не побежала в первые ряды, посмотреть на невиданное чудо с более близкого расстояния.

Наконец, кадры «Шотландской хроники» закончились и в кинотеатре вновь зажёгся свет. Люди поднялись с мест и направились к выходу: кто – в туалетную комнату, кто – попить лимонада или съесть пирожное в холле… Сятя подскочила с кресла как на пружине; близнецы едва успели поймать её.

- Мисс Сятя, попрошу вас вернуться на места до начала следующей картины, - раздался над ними голос мистера Хэндсома. – Сказанное касается также и вас, джентльмены! – учитель покосился на братьев. – Куда это вы собрались?

- Понимаете ли, мистер Хэндсом, - объяснил ему Джон, - Сятя просто очарована искусством кинематографии! Она очень хотела бы побольше узнать о нём, иначе будет считать его чудом всю оставшуюся жизнь…

Глаза преподавателя сперва округлились, но затем он улыбнулся:

- Хорошо, дети! Давайте сначала посмотрим кино, а потом я попробую договориться с администрацией кинотеатра, чтобы они устроили мисс Сяте маленькую экскурсию в тайны этого чуда...

- О, большое спасибо вам, мистер Хэндсом! – поклонился ему Джек. – Вот видишь! – тут же обратился он к мумии. – Мистер Хэндсом обещает после кино посвятить тебя в тайну!

- Ладно, друзья, - выдохнула она. – Тогда я тоже обещаю вам сидеть спокойно и смотреть на стену, где движутся картинки…

Потом они смотрели кино про красивых дядю и тётю, которые очень друг друга любили. Дядя и тётя поженились и у них родились дети, с которыми они всегда ходили гулять в парк: дети качались на качелях, а взрослые говорили о своём. Проходило лето, наступала зима – выпадало много снега и никто больше не выходил в парк на прогулки: счастливая семья сидела дома, собравшись в кружок за столом, у пылающего камина...

Сятю очень заинтересовал снег, поэтому она тихонько толкнула в бок Джона:

- Джон, что это?

- Что именно, Сятя?

- Да вон там, падает с неба и целыми горами лежит на земле... Никогда такого не видела!

- А-а-а, - сообразил мальчик. – Это снег.

- Как интересно! Я знаю, что такое дождь, потому что у нас бывают дожди. Но снег…

- Подожди! Ты увидишь его своими глазами, Сятя! В Англии снег выпадает каждый год, к тому же очень скоро наступит зима…

- Ясное дело, что ты никогда не видела снега, - тихонько вмешался в их разговор Джек, услышавший последние слова брата. – Это потому, что в Египте никогда не бывает зимы. Вот ты и не знаешь, что такое снег.

- Значит, я сама его увижу? – мечтательно спросила мумия. – Ах, как он красиво падает!

Однако, вспомнив, что своими беседами они могут помешать другим смотреть кино, Сятя замолчала; замолчали вместе с ней и близнецы.

После кино все гимназисты собрались вокруг мистера Хэндсома, собираясь отправиться по домам; люди длинной вереницей тоже покидали кинотеатр через центральный выход.

- Джентльмены! – обратился учитель к своему классу, когда в зале не осталось почти никого из посторонних. – Мисс Сяте очень интересно, как работает кинематограф. Если кто-либо чувствует себя уставшим, то я разрешаю пойти домой – отдыхать и делать уроки, а кто сам хочет узнать побольше – попрошу идти со мной!

Не надо говорить, что все ученики остались с мистером Хэндсомом, желая разузнать больше о работе кинематографа. Вскоре к ним подошёл конферансье – тот самый, который объявлял программу – и, оглядев группу гимназистов, спросил их учителя:

- У вас какие-нибудь затруднения, сэр?

- Да, сэр, я хотел бы немного рассказать ученикам о кинематографе, в частности, о технике показа кино. Не могли бы вы помочь мне, сэр?

Мужчина с белым бантом широко улыбнулся:

- Конечно, сэр! Похвально, что молодые люди интересуются последними достижениями науки и искусства, сэр… Джонсон, эй, Джонсон! – крикнул он человеку, лицо которого появилось из маленького окошечка над их головами – почти под самым потолком зала. – Спустись-ка к нам на минутку!

Скоро этот человек подошёл к ним и стал негромко разговаривать с конферансье и мистером Хэндсомом. Дети терпеливо дожидались окончания беседы старших и, наконец, мистер Хэндсом вернулся к ним вместе с пришедшим человеком:

- Это – мистер Джонсон, джентльмены! Он – механик: расскажет и покажет нам, как работает аппарат, позволяющий людям видеть кино.

Конферансье удалился, а мистер Джонсон повёл всю компанию по узенькой лесенке наверх – в операторскую комнату. Мальчики так спешили увидеть её, что толкались по дороге. Однако, они не забыли пропустить вперёд себя Сятю, потому что она – леди.

Когда все оказались в операторской, мистер Джонсон показал им аппарат с двумя колёсами-дисками киноленты, которые вращаются при показе кино; таким образом, изображение каждого кадра ленты – при помощи направленной подсветки и увеличительных линз того же аппарата – проецируется на стену.

- Вот так мы и смотрим кино, - сказал он.

- Теперь тебе понятно, как эти картинки движутся? – спросил Джек у мумии. – И никакого волшебства тут нет…

Сятя ничего не ответила: она внимательно осматривала обрывки кинолент, которые валялись повсюду на полу. Затем она повернулась к непонятному аппарату спиной:

- Ну, ладно: пусть картинки движутся без колдовства, но как в этом кинотеатре мог уместиться большой замок? И озеро, и лес?.. Ведь я своими глазами это видела! А вы говорите мне, что в этом нет ничего чудесного!

Механик, мистер Джонсон, рассмеялся; вслед за ним рассмеялся мистер Хэндсом. Гимназисты переглянулись между собой – и тоже захохотали. Наконец и сама Сятя, хоть и не совсем понимала, что тут смешного, начала потихоньку хихикать. Здоровый дружеский смех всегда заразителен, так отчего бы не посмеяться и мумии?

Глава 3
Сятя узнаёт, что такое снег

Прошло ещё какое-то время. Сятя всё больше и больше осваивалась в Англии и нельзя было сказать, что маленькой мумии не понравилась эта великолепная страна. Наоборот. Она просто влюбилась в Лондон, сравнивая его с родными Фивами и другими городами Древнего Египта. Долгими часами она рассказывала внимательно слушавшим её Джону и Джеку о том, какие красивые храмы и дворцы принадлежали ей; частенько послушать Сятю приходили даже мистер и миссис Стоун, записывая те или иные рассказанные мумией истории. Старенькая миссис Гарднер нахвалиться не могла Сятей, поскольку та неизменно помогала ей прибираться на кухне. И делала это столь красиво, столь величественно и одновременно вежливо, что ничуть не роняла своего достоинства древнеегипетского фараона.

И вот однажды в доме Стоунов наступил большой праздник: в ближайшие выходные Джону и Джеку исполнялось восемь лет. К такому торжественному мероприятию ученики гимназии стали готовиться едва ли не с понедельника: мальчики вместе со своими родителями в свободное время ходили по магазинам, разыскивая самые лучшие подарки близнецам; конечно, каждый из них имел потаённую мечту, что именно его подарок Джон и Джек оценят как самый лучший... Всю учебную неделю в классе только и было разговоров, что о предстоящем дне рождения Стоунов. Сама же Сятя уже в пятницу, после возвращения из гимназии, трудилась по дому, не покладая рук: прибрала игрушки, подмела холл для завтрашнего пиршества, а после этого ещё несколько часов возилась на кухне, помогая миссис Гарднер и миссис Стоун готовить разные вкусные блюда. Братья тем временем выбирали лучшие костюмчики для праздника, почти ежеминутно переодеваясь в новые и прибегая показаться Сяте, маме и старой гувернантке, чтобы узнать их мнение. Мистер Стоун, желая прекратить эту беготню, позвал мальчиков в свой кабинет, где научил братьев самостоятельно завязывать галстуки, что для настоящего джентльмена само по себе является ценным подарком.

Наконец, наступила долгожданная суббота. Джон с Джеком проснулись, умылись и оделись, после чего вышли в холл. Там, за богато убранным снедью огромным столом, их ждали улыбающиеся родители, Сятя и миссис Гарднер с котёнком на руках.

- Поздравляем вас, милые мальчики! – громко сказала мама за всех, раскрывая сыновьям широкие объятия; тем временем мистер Стоун, Сятя и воспитательница в один голос затянули поздравительную песенку. – Поздравляем вас с восьмым днём рождения, дорогие! Пусть все ваши мечты всегда сбываются и удача будет вашим постоянным спутником! Желаем вам всего самого-самого лучшего!

Джек и Джон бросились обнимать поздравляющих: маму, папу, миссис Гарднер; даже легонько потискали Тимми. Но больше всего перепало мумии, которую братья обнимали одновременно с двух сторон.

- Позвольте и мне поздравить вас! – молвила Сятя, у которой от братских объятий даже захрустели косточки. – Я так успела привыкнуть к вам и полюбить, что в своём времени с радостью сделала бы вас военачальниками или даже верховными жрецами... А теперь получите подарки, которые мы для вас приготовили, - добавила она по знаку миссис Стоун, указывая рукой на край стола, где лежало несколько коробочек, перевязанных красными и синими лентами.

- Ах, любимая Сятя! – ответил Джек, отпуская, наконец, древнеегипетскую принцессу. – Ты и есть наш самый лучший подарок! Правда, Джон?

- Несомненно! – вторил ему брат. – Никогда ещё ни у кого не было такого замечательного друга, каким для нас является фараониха Сятя Вторая Маленькая!

- Тогда прошу всех завтракать, - пригласила миссис Гарднер. – На праздничный обед к нам придут гости, но ведь до обеда-то ещё далеко...

Но время пролетело на удивление быстро: казалось, едва мальчики успели позавтракать и решить вместе с Сятей несколько кроссвордов, как пришли первые гости – Реджинальд и Ричард. Следом за ним стали приходить и другие ребята. Они дарили близнецам свои подарки – игрушки, книги; Эдвард даже подарил им замечательные шахматы, но Джон с Джеком, как было ими сказано до завтрака, уже сделали свой выбор касательно лучшего подарка на своё восьмилетие...

Весь оставшийся день и вечер дети играли в прятки, в жмурки и во много других интересных игр; а уж сколько было съедено вкусных пирожных и выпито лимонада во время такого занятия!.. Наконец, построившись полукругом в холле, гости спели братьям на прощанье «Долгие лета» – и разошлись по домам; вскоре после этого отправилось спать и семейство Стоунов.

Поутру, когда братья, проснувшись и одевшись, вышли в коридор из своей комнаты, то возле одного из больших окон они увидели неподвижно стоящую мумию. Сятя не двигалась, пристально глядя в окно, судя по всему, на что-то весьма интересное; даже её ручки в перчатках были упёрты в стекло.

- Что это она там такое заметила? – прошептал Джек брату, стараясь не быть услышанным Сятей.

- Не имею понятия, - столь же тихо ответил Джон, пожимая плечами. – Может, увидела цыган или старика-шарманщика с попугаем или обезьянкой?

- Нет, да ты только посмотри на неё! – обеспокоенно произнёс Джек, по-прежнему не повышая голоса. – Она настолько увлеклась, что даже не шелохнётся!

- Давай-ка подкрадёмся к ней – и узнаем, что так заинтересовало нашу Сятю! – предложил ему брат.

Сказано – сделано: мальчики тихонько приблизились к застывшей мумии со спины и выглянули в окно.

На улице – всё, как обычно: просторный двор, деревья, проезжающие мимо автомобили... никаких стариков-шарманщиков или цыган. Близнецы воззрились на маленькую египтянку – ни движения! Похоже, что мумия вообще не заметила того, что мальчики оказались рядом. Она словно ничего не видела и не слышала; но что так приковало её внимание?

- Сятя, доброе утро! – неожиданно громко произнёс Джон.

Джек тоже набрался смелости:

- Доброе утро, милая Сятя! Что ты увидела за окном?

А мумия даже не шелохнулась в ответ! Она просто замерла, прижавшись всем телом к стеклу. Так всегда бывает, когда люди видят что-то совсем необычное. Но, на взгляд близнецов, ничего необычного за окном не было.

Ребята забеспокоились не на шутку: что же случилось с их любимой подругой? Почему она молчит и даже не желает им доброго утра? К счастью, в коридоре показались папа с мамой; они шли, неся в руках какие-то книги и негромко разговаривая. Когда они заметили детей, то немедленно подошли к ним.

- Ну, и что вы тут увидели? – весело спросил папа, кладя книги на подоконник и ласково взъерошивая волосы обоим сыновьям.

- Да, что вас так заинтересовало? – полюбопытствовала и мама.

- С Сятей что-то случилось! – едва не взмолились мальчики. – Она совсем не двигается уже несколько минут! Даже с нами не поздоровалась, чего ещё никогда не бывало...

- Здравствуй, милая Сятя! – обратилась к мумии мама, кладя руку на её головку. – Что произошло? Ты чем-нибудь обижена?

- Может, у тебя что-нибудь болит? – участливо поинтересовался папа, забыв, что у мумий болеть нечему.

Никакого ответа! Сятя неподвижно стояла на подоконнике и, казалось, ничего не слышала и не чувствовала – ни обращённых к ней вопросов родителей, ни положенной на голову маминой руки. Мистер и миссис Стоун в недоумении переглянулись:

- Что с ней, Амалия?

- Ума не приложу, Александр! Что-то странное...

А мальчики чуть не плакали. Неожиданно Сятя пошевелила одной рукой и спросила зачарованным голосом:

- Что это?

Братья обхватили мумию с обеих сторон и радостно выдохнули:

- О, Сятя! А мы уж думали, что ты потеряла дар речи! Или ещё чего хуже...

- Что это? – вновь повторила принцесса, указывая рукой в окно.

- Что именно, солнышко? – осведомилась мама, во все глаза глядя сквозь стекло. Папа и оба брата тоже вовсю уставились на пустующую улицу, на которой не было даже прохожих. И уж тем более – никаких чудес. – На что ты смотришь, радость наша?

- На это, - только и выдавила из себя мумия, указывая рукой прямо в центр стекла. – Что это такое?

Все четверо – дети и родители – удивлённо переглянулись, не зная, что и думать относительно вопроса Сяти. За окном всё было на своих местах – деревья, машины, дома... А Сятя продолжала смотреть в окно дальше, как будто видела там нечто незримое для остальных.

В этот момент в коридоре появилась миссис Гарднер с подносом, на котором были чайные приборы. Она незаметно приблизилась к остальным и улыбнулась:

- Доброе утро, господа! Вижу, что наша девочка до сих пор удивляется увиденному!.. – и воспитательница ласково поглядела на Сятю. – Она, бедняжка, будто прилипла к стеклу, если не ошибаюсь, часов с семи утра – и всё не может наглядеться...

- На что она не может наглядеться, миссис Гарднер?! – едва не в один голос воскликнули как дети, так и родители. – Что она увидела за окном такого, чего мы до сих пор не в состоянии заметить?!

- Снег, господа... Обыкновенный снег. Я пыталась объяснить ей, что это такое, но она, кажется, совершенно не понимает его природы... – и, звякнув подносом, гувернантка удалилась в кухню.

Папа переглянулся с мамой – и они рассмеялись.

- Это ж надо быть таким невнимательным! – воскликнул отец, хлопая себя ладонью по колену. – Представляешь, Амалия? Пялится в окно – и совершенно не видеть, что наступила зима!

- Ах, Александр, - со смехом отвечала ему мама, прикрывая руками лицо. – Ну и хороши же мы с тобой: не можем даже заметить смены времён года, потому что постоянно думаем о докладах в Королевских научных обществах... Но дети-то, дети! – она поочерёдно поцеловала каждого из мальчиков в голову. – Неужели и вы не заметили, что пришла зима?! Сятя никогда не видела снега, поэтому он для неё – настоящее чудо! Сводите её на улицу и объясните, что это такое... Только оденьтесь потеплее и долго не играйте, чтобы не простудиться ненароком. Но только сначала – марш завтракать!

- Уф-ф-ф! – Джек перевёл дух. – Вот, оказывается, в чём дело...

- Что ж, - его брат тронул мумию за плечо. – Сейчас мы с Джеком позавтракаем, а потом отправимся во двор. Правда, милая Сятя: ты так нас напугала своим молчанием, что мы не заметили прихода зимы...

Взрослые, всё ещё улыбаясь, ушли, а близнецам кое-как удалось стащить подругу с подоконника и привести в столовую; и пока они ели, очарованная принцесса продолжала стоять возле одного из окон помещения. Когда мальчики закончили трапезу и, выйдя в прихожую, оделись сами и нарядили для зимней прогулки мумию, Джон напомнил Сяте:

- Помнишь, дорогая, что ты уже видела снег в кинематографе? А теперь увидишь его в действительности!

- Да, это очень приятная штука, - добавил Джек. – С ним можно очень хорошо поиграть... И мы научим тебя, милая!

И они вышли на улицу. Сперва Сятя боялась даже коснуться снега, но потом, увидев, какой он мягкий и пушистый, отважилась слепить из него – по примеру братьев – несколько снежков. А ещё спустя полчаса уже вовсю перебрасывалась снежными комьями с Джоном и Джеком, лепила снеговиков, снежные крепости...

- Это просто чудо! – говорила вновь обретшая дар речи мумия. – Снег! Это, наверное, особый дар богов, предназначенный для самых лучших своих почитателей – англичан... Даже египтяне, как видно, уступают вам в набожности. Этот снег так нежен, так благоухает, так красиво падает... У нас обычно с небес падает дождь – или песок, во время ураганов, – но такое чудо...

- Ха-ха! – беззлобно смеялся над маленькой мумией Джек. – Нашла чудо! Да это обыкновенная вода, которая падает с неба над Фивами и Лондоном совершенно одинаково! Просто в Египте очень жарко – даже зимой, поэтому замёрзшая вода не успевает долететь вниз и упасть на землю в виде снега...

- Кстати, если тебе неизвестно, то вода на нашей планете представлена тремя состояниями: жидким, твёрдым и газообразным, - наставнически добавил Джон. – С жидким её состоянием ты прекрасно знакома – воды полны моря и реки, в том числе твой величественный Нил. С газообразным – тоже: вспомни, что случается с водой, если её оставить в сосуде посреди пустыни? Правильно, она испарится, чтобы вновь выпасть на землю. А твёрдое состояние воды – это лёд и снег, который ты теперь наблюдаешь...

- Не смейтесь надо мной, Джон, Джек! – серьёзным голосом отвечала Сятя. – Вы что, думаете, я не отличу простой воды от божественных чудес? Нил, могу вам сказать, тоже бог, но не настолько... пушистый и блестящий, - старалась подбирать слова египтянка.

- Погоди, Сятя, ты ещё неоднократно увидишь, как это «чудо» – снег – тает прямо у тебя на глазах, превращаясь в обыкновенную, хорошо знакомую тебе воду! – сказал Джек. – Впрочем, зачем ждать весны? – он зачерпнул пригоршню снега. – Пойдём-ка ненадолго в дом и возьмём этот снег с собой... Ты сама увидишь, что с ним случится.

И они вернулись домой. Пройдя на кухню, Джон попросил у миссис Гарднер маленькую чашку и, положив него снежный комок, вернулся в гостиную, где его ждали брат и мумия. Затем попросил Сятю набраться терпения и подождать. Маленькая любопытная мумия села за стол и, подперев ручками голову, стала дожидаться завершения странного научного опыта. И свершилось чудо: снежный комок в чашке постепенно расплывался, теряя форму, пока не обратился в простую воду.

- Вот и всё! – объявил Джон, потирая руки. – Теперь ты поняла, Сятя, что снег – это та же вода, но только замёрзшая?

Но маленькая мумия только разводила руками, молясь при этом на родном языке: такие чудеса были выше её понимания. И хоть впоследствии она не раз наблюдала за выпадением и таянием снега, ей никак не удавалось понять, почему же так происходит.

Глава 4
Сятя в Королевском музее и зоопарке

В один из погожих весенних дней, когда дети уже уселись в классе за парты и приготовились слушать мистера Хэндсома, он неожиданно заявил:

- Внимание, джентльмены! Сегодня, по особому распоряжению мистера Питерса и совета учителей гимназии, нашему классу надлежит провести занятия несколько необычным образом... – он хитренько посмотрел на слушателей. – Поэтому мы с вами сначала посетим Королевский исторический музей, а затем – Большой лондонский зоопарк, где будем проходить положенные программой обучения предметы, так сказать, прямо на месте...

Трудно описать, что случилось с ребятами после того, как преподаватель произнёс последнее слово: мальчики повскакивали с мест и дружно завопили, хлопая при этом в ладоши. Сятя, естественно, ничуть не отставала от своих друзей; она подскочила со стула и на радостях стала обниматься со всеми, кто лишь попадался на её пути. Однако, мистер Хэндсом поднял вверх руку – и класс в ту же минуту затих: все расселись по местам и прекратили шуметь, как и полагается хорошо воспитанным детям, которые отдали должное мгновенной вспышке эмоций, вновь после этого становясь смирными и внимательными слушателями.

На выходе из гимназии дети построились парами – только для Сяти мистер Хэндсом делал исключение, позволяя ей всегда находиться между Джоном и Джеком – и под присмотром учителя зашагали в сторону Королевского музея. Наконец, оказавшись около громадного здания с многочисленными колоннами, ребята попарно вошли внутрь. Старичок-гардеробщик в красивой красной ливрее принял у них одежду и, улыбнувшись мистеру Хэндсому, пропустил посетителей в первый зал.

Здесь находилась экспозиция древнейших времён нашей планеты: с постаментов и пьедесталов, из-за стеклянных витрин на ребят смотрели отжившие представители далёкого прошлого – динозавры: огромные существа, которые давным-давно рыскали по ещё молодой планете. Многометровые создания с огромными зубами и лапами хищно смотрели на проходящих мимо посетителей, сверкая реконструированными глазами. Прошло лишь мгновение, когда класс вошёл в зал, как он огласился криком ужаса:

- О Великий Ра, о Великая Нут, спасите меня от посланников Аммит!

Оказалось, что это кричала маленькая мумия. Спрятавшись за одним из пьедесталов, она от страха даже прижала к закрытому платочком личику руки в перчатках. Мальчики немедленно бросились к ней; обеспокоенный её поведением учитель также приблизился.

- Что случилось, дорогая леди? – участливо спросил он, наклоняясь к мумии.

- Что случилось, мисс Сятя? – спрашивали её ребята.

- Настал мой последний час! – бормотала сквозь пальцы перепуганная мумия. – Аммит, пожиратель мёртвых, послала за мной своё Ночное войско... Никому ещё не удавалось скрыться от него... – и она указала рукой на стоявший неподалёку скелет огромного бронтозавра.

- Не бойтесь, юная леди! – успокоил мумию мистер Хэндсом; поняв причину внезапных страхов египтянки, понемногу заулыбались и окружившие её друзья. – Это всего лишь останки несчастного зверя... Кстати говоря, при жизни он был довольно безобидным: бронтозавры – травоядные, поэтому он питался исключительно листьями и веточками деревьев. Например, стоящий позади его тиранозавр – настоящий хищник: он ел мясо других животных, которых сам же и убивал... Подойдите поближе, дети, - подозвал учитель остальных, - я расскажу вам о динозаврах подробнее.

Сятя успокоилась, когда поняла, что за ней никто не будет охотиться – и стала внимательно слушать преподавателя. А мистер Хэндсом рассказывал, что давным-давно, когда на Земле ещё не было людей, её населяли динозавры: огромные ящеры или, говоря научным языком, доисторические рептилии. Они разделялись на травоядных и плотоядных, то есть на безобидных и хищников. К первому виду относятся, например, игуанодоны, диплодоки и уже упоминавшийся бронтозавр. Хищниками же можно считать таких представителей динозавров, как тиранозавр, аллозавр, мегалозавр и летающий птеродактиль. А потом, тоже очень-очень давно, случилась всемирная катастрофа – то ли тектоническая, то ли космическая, – в результате которой все динозавры погибли. Рассказывая о древнем населении планеты, учитель понемногу двигался по залу; класс следовал за ним, внимая каждому его слову. Сятя, однако, то и дело оглядывалась, полагая, что как бы какому-нибудь древнему животному не пришло в голову внезапно ожить и броситься на неё. Но, видя, что на неё никто не покушается, мумия даже осмелилась побродить между экспонатами в одиночку, когда мистер Хэндсом дал детям такое разрешение. И тем не менее ей не долго пришлось быть одной: Джон и Джек соскучились по любимой подруге и пришли к ней деликатно осведомиться, как ей понравилась экскурсия по залу и рассказ учителя.

- Интересно, но поначалу уж очень было страшно! – честно призналась принцесса. – Даже мой верховный жрец никогда не говорил о таких страшилищах... Конечно, - продолжила она после паузы, - эти чудовища пришли к нам из другого мира, чтобы уничтожить всё на свете. Нам всем крупно повезло: ведь, как утверждает мистер Хэндсом, людей на Земле тогда ещё не было...

Близнецы лишь посмеивались, слушая рассуждения маленькой мумии на этот счёт. А затем гимназисты под присмотром преподавателя перешли в другой зал, где находились мумии. Джон и Джек немедленно предупредили Сятю, чтобы она себя как-нибудь не выдала ненароком, если вдруг заметит в этом зале что-нибудь знакомое.

В этом зале принцесса заметно оживилась: она даже почти не слушала мистера Хэндсома, рассказывающего своим ученикам о жизни фараонов, знаменитых военачальников и выдающихся учёных Древнего Мира. Сятя перебегала от саркофага к саркофагу, в надежде отыскать среди погребённых хоть одного своего родственника.

- Увы! – огорчённо прошептала она на ухо близнецам после того, как обежала едва ли не весь зал. – Никого, кроме нескольких писцов и наместников... Видимо, даже знаменитые английские учёные-археологи ещё не нашли и не раскопали ни одной гробницы нашей династии, за исключением моей, конечно... Кстати, - она указала пальцем на одну из мумий, - тут на музейной табличке написано: «Мумия неизвестного жреца». Это неправда. Я сама хорошо его знала, поскольку он учил меня читать и писать. И никакой он не жрец, а писец. Звали его Бату. Может, об этом следует сказать работникам музея, чтобы они исправили надпись?

- Даже не думай об этом! – замахал на неё руками Джек. – Как ты объяснишь им, откуда у тебя такие точные сведения о Бату? Этим ты только выдашь себя, Сятя! И тогда учёные начнуть исследовать тебя саму, ставить на тебе всякие опыты, чтобы узнать, как ты оказалась в нашем времени...

- И отберут тебя у нас, а мы тебя очень любим! – закончил его мысль Джон. – Прошу тебя, милая, лучше ничего им не говори!

- Ладно, - пожала плечиками мумия, - если вы так просите, могу и промолчать...

Тем временем гимназисты перешли в соседний зал... а потом – в следующий... Ребята оказались очень довольны уроками, проведёнными вместе с мистером Хэндсомом прямо в музее. Гимназисты очень много узнали о Древних временах и, как пообещал им учитель, когда-нибудь они обязательно вернутся сюда, чтобы продолжить знакомство со Средними веками и Новым временем.

- А теперь, пожалуй, нам следует отправиться в зоопарк, - предложил он, глядя на часы у выхода из зала. – Иначе у нас совсем не останется времени, чтобы посмотреть на животных – наших современников...

И весёлая толпа детей высыпала на улицу. В зоопарк они ехали на автобусе; Сятя с радостью рассматривала через окно улицы Лондона, поражаясь величине и великолепию этого замечательного города.

Наконец, мистер Хэндсом сказал, что теперь им надо будет выйти на остановке, а оттуда до зоопарка рукой подать. Ребята вышли из автобуса – и оставшуюся часть пути проделали пешком.

В зоопарке Сятя не переставала удивляться: она даже и предположить не могла, что в мире проживает такое количество разных, совершенно не похожих друг на друга животных! Она переходила от клетки к клетке, от вольеры к вольере – и с удивлением комментировала уже виденных и доселе невиданных зверьков. Гимназисты улыбались, а мистер Хэндсом рассказывал им о том или ином животном или птице – кто это, откуда и чем питается. Осмотр решили начать с африканских животных.

- Смотрите, ребята! – радостно восклицала мумия, показывая рукой на плавающих в больших бассейнах гиппопотама – здоровенного бегемота – и нильского крокодила. – Посмотрите: это животные из моей страны!

- Правильно, мисс Сятя! – похвалил её преподаватель. – Джентльмены, перед вами типичные африканские животные: гиппопотам и крокодил, как нам уже сообщила наша мисс Сятя. Как можете видеть, они предпочитают жить в водной среде, хотя и выбираются иногда на сушу... Гиппопотамы, правда, очень безобидны, чего нельзя сказать о крокодилах – это настоящие нильские хищники!

- Ах, помню, какой чудесный маленький крокодильчик жил у меня во дворце! – забывшись, мечтательно сказала мумия, прикладывая ручки к груди. – Помню, что мне подарил его один из придворных... Однако, его пришлось вскоре отпустить, поскольку мама запретила мне иметь такое опасное животное, пусть даже божественного происхождения...

В это время обеспокоенный воспоминаниями Сяти Джон незаметно и крепко сжал ей руку, показывая глазами, чтобы она не продолжала своего рассказа. Впрочем, никто не обратил на это никакого внимания: окружающие рассмеялись, а мистер Хэндсом сказал:

- Мисс Сятя говорит сущую правду: в древние времена египтяне действительно поклонялись крокодилам, кошкам, львам, гиппопотамам и другим животным, считая их проявлениями богов на земле... Давайте-ка теперь пойдём знакомиться с другими зверями и птицами.

- Сятя, ну почему ты такая неосторожная? – прошептал ей Джон, когда другие ребята с учителем ушли вперёд. – Ты снова едва не проболталась!

- Да, Сятя, - также шёпотом добавил с другой стороны Джек. – Ты же пропадёшь из-за своих воспоминаний!

- Ах, милые мальчики! – глубоко вздохнула мумия. – Ведь я так соскучилась по родным египетским животным!.. Я их уже больше трёх тысяч лет не видела...

- Мы понимаем твою печаль, милая Сятя, но постарайся, пожалуйста, не пугать нас больше воспоминаниями и не рисковать самой! – уговаривали её близнецы.

Сятя согласилась и пообещала, что будет весьма внимательно следить за собой, чтобы случайно не наговорить лишнего. И они побежали догонять класс и мистера Хэндсома.

В числе других животных, которые прекрасно были известны древнеегипетской принцессе, были львы, гиены, шакалы, газели; из птиц Сятя узнала пеликана, цаплю, фламинго, сокола и орла. Ну и, конечно, ей было известны египетские змеи, королевой которых, несомненно, является большая и ядовитая кобра.

- А теперь пойдёмте знакомиться с животными других континентов, - пригласил учитель ребят, которые тем временем внимательно слушали Сятю. – Давайте посмотрим на зверей и птиц Евразии – самого большого материка на планете. Нашего с вами материка... Вам, несомненно, известно, что всего на Земле шесть материков. Кстати, джентльмены, кто из вас может напомнить мне остальные пять? Может, кто-то скажет мне и о количестве океанов?

Целый лес рук взметнулся вверх.

- Прекрасно, дорогие! – улыбнулся мистер Хэндсом; ведь учителю всегда приятно, если он обучает и воспитывает трудолюбивых и неравнодушных к учению детей. – Ну, отвечайте вы, Ричард...

- Земля состоит из шести континентов – или материков, - вдохнув в лёгкие побольше воздуха, с закрытыми глазами начал мальчик. – Это Евразия, Африка, Северная Америка, Южная Америка, Австралия и Антарктида. Их омывают четыре океана: Тихий, Атлантический, Индийский и Северный Ледовитый...

- Умница, Ричард! – похвалил его преподаватель.

И все отправились дальше. Почти в течение двух часов мистер Хэндсом водил детей по зоопарку. Они рассматривали животных и птиц Евразии; Сятю особенно удивили медведи и зайцы. Она никак не могла понять, почему медведи носят такие тёплые шубы и зачем зайцам такие длинные уши.

- Потому, - ответил ей учитель, - что медведи живут в холодных местах, значит, и защита против холода у них должна быть хорошей. Зайчики – тоже. А длинные ушки им затем, чтобы регулировать температуру...

После дети осмотрели животных Северного и Южного континентов Америки, Австралии и Антарктиды. Сятю поразили пингвины, поскольку она не могла себе представить птиц, которые живут посреди снега и льда, с чем она сама столь недавно познакомилась.

- Ведь это ужасно! – восклицала мумия, рассматривая играющих пингвинчиков. – Как им только не холодно... Пусть лучше прилетают к нам, в Египет: у нас тепло и много солнышка!

- Они привыкли к холоду, Сятя! – отвечал ей мистер Хэндсом, сопровождаемый слушающими его и улыбающимися гимназистами. – К тому же, им пришлось бы очень далеко лететь: Антарктида ведь находится почти на другом конце земного шара...

Однако Сятя так и не смогла понять объяснений учителя. «Земного шара? – думала маленькая мумия. – Значит, Земля – это шар?! Нет, такого просто не может быть, иначе вся вода неминуемо стекла бы с неё...»

Сятя, как можно понять, была свято уверена в том, что Земля – плоская.

Глава 5
Сятя катается на атомобиле

Сятя интересовалась всем вокруг – всем, что только попадалось ей на глаза. На следующий день, по дороге в гимназию, её очень заинтересовали автомобили и автобусы, поэтому она часто показывала на них рукой, спрашивая:

- Что это люди делают в этих железных движущихся ящиках?

- Они ездят на них, Сятя! – наперебой объясняли ей близнецы. – Раньше все ездили на лошадях, но теперь пришли новые времена, наука шагнула вперёд – и люди изобрели автомобили, паровозы...

- Да, лошадей я знаю, - ответила мумия. – Мне приходилось часто ездить со слугами на лошадях, а однажды начальник стражи Схетепибра покатал меня на боевой колеснице – мама его даже немножко ругала... А в этих ящиках, наверное, очень больно ездить?

- Ничуть! Очень удобно, а главное – гораздо скорее, чем на лошадях! Видишь, как быстро ездит автомобиль: только что был здесь, а теперь – в конце улицы... Мы обязательно попросим родителей, чтобы тебя покатали на автомобиле.

- Когда? – заинтересовалась древнеегипетская принцесса. – Я очень хочу покататься на автомобиле, если это удобно и быстро!

- Ну, когда будет свободное время, например, в конце недели... Обещаем тебе!

И Сятя стала с нетерпением дожидаться выходных. Однако, ожидание чуда ничуть не мешало ей прилежно учиться, приветливо общаться с домашними и друзьями – не так, как это часто бывает с другими детьми: ждут они не дождутся праздника, подарка или какого-нибудь приятного события, и обо всём на свете забывают, даже уроков не готовят как следует... Маленькая мумия была очень послушной с мистером и миссис Стоун, преподаватели гимназии и миссис Гарднер не могли нахвалиться её усердием, а Джон и Джек просто души в ней не чаяли. Братья так привязались к Сяте, что не могли себе помыслить и дня без своей названной кузины из прошлого.

Наконец, наступили выходные.

- Так мы сегодня будем кататься на автомобиле? – напомнила близнецам мумия, когда они проснулись и позавтракали. – Вы мне обещали...

- Да, правда! – вспомнил Джон. – Надо спросить у папы, не свозит ли он нас куда-нибудь...

- Так давайте побыстрее уберём со стола, приведём себя в порядок и зайдём к нему в кабинет, - торопил Сятю и брата Джек. – Не то я боюсь, чтобы папа с мамой не уехали, как всегда, в музей или на совещание учёных, и тогда наша поездка не выгорит!

Дети с помощью миссис Гарднер прибрали столовую и побежали в кабинет мистера Стоуна. Мама тоже была там и, судя по её разговору с папой, они собирались куда-то вместе поехать.

- Что случилось, дети? – спросила она, когда все трое показались на пороге комнаты. Папа тем временем аккуратно завязывал галстук перед зеркалом.

- Доброе утро! – Сятя сделала красивый глубокий реверанс в направлении взрослых.

- Знаете, тут такое дело... – развёл руками Джек.

- Да, тут такое дело, - немедленно подхватил Джон. – Словом, мы пообещали Сяте, что в эти выходные папа покатает её на автомобиле...

- Да, - подпевал ему брат, - но, как мы видим, вы уже куда-то собрались?

- Понимаете ли, дети, - мама поочерёдно обняла всех троих. – Понимаете ли, но на этих выходных, похоже, ничего не получится: нам с папой надо участвовать в научном конгрессе, читать доклады и много записывать. Может, Сятя не обидится, если мы покатаем её в следующий раз?

- Ну да-а-а, - протянул Джек. – Она станет считать нас с Джоном болтунами, не держащими своего слова...

- Почему же – в следующий, Амалия? – неожиданно сказал мистер Стоун, закончив с галстуком. – Если наши ребята пообещали Сяте прогулку именно в эти выходные, то я не вижу серьёзной причины для отказа...

- Но как же конгресс, дорогой? – удивилась мама. – Ведь нас ждут учёные!

- Ну, положим, они вовсе не ждут нас обоих, - папа хитро подмигнул мальчикам и Сяте. – Ты можешь поехать одна и прочитать мой доклад вместе со своими отчётами... Извинись перед коллегами и скажи, что у меня появились неотложные семейные дела. Не так ли, ребята? – обратился он к детям. – Ведь спасение вашего авторитета перед Сятей – дело важное, не так ли?

- Конечно, папа! – воскликнули братья, готовые броситься ему на шею.

- Слышала, Амалия? Итак, мы едем катать Сятю!

Мама всплеснула было руками, но вдруг улыбнулась:

- Хорошо. Только не веди машину очень быстро, Александр!

- Обещаю... Ну что, джентльмены, приглашайте Сятю в гараж! А я подойду через несколько минут.

Папа задержался с мамой в кабинете, чтобы что-то обсудить, а мальчики, схватив мумию под руки, потащили её на улицу.

- Что такое «гараж»? – интересовалась Сятя, спускаясь по ступеням лестницы.

- Это место, где ставят автомобиль, - объяснил Джек.

- То есть, это место, где он живёт? – уточнила древнеегипетская принцесса.

Дети прошли через палисадник, оказавшись возле небольшого строения без окон.

- Ну да, можно сказать и так, - Джон открыл двери помещения. – Хотя автомобиль – штука неживая, но ему тоже нужно сухое и тёплое место, иначе он испортится и перестанет ездить...

- И папе надо будет вызывать мастеров, чтобы починить его, - добавил Джек, пропуская Сятю вперёд сквозь открытые братом двери.

Мумия вошла в гараж и со всех сторон осмотрела красивый автомобиль голубого цвета. На стенах висели запасные колёса и многие непонятные ей предметы: какие-то цепи, листы металла, треножники...

- Прошу садиться! – Джек галантно распахнул дверцу, приглашая Сятю внутрь машины.

- А что, автомобиль может всё видеть так, как мы? – спросила Сятя, указывая на глаза машины – фары.

- Нет, но он может показывать своими глазами дорогу в темноте! – сказал вошедший в гараж мистер Стоун. – Позже, когда стемнеет, я покажу, как они работают... А теперь по местам, ребята: мы выезжаем на озеро!

- Ура! – закричали мальчики.

- Ура! – закричала вместе с ними Сятя.

И они поехали. Сятя уселась рядом с мистером Стоуном, а мальчики – на задних сиденьях. Сперва ей было немного страшно – ну, как же так: никто не толкает автомобиль, а он едет! Да ещё так быстро: деревья, люди, дома – так и мелькают за окошечками!

- Ну, что, Сятя, тебе нравится? – крикнул ей Джек.

- Очень! – ответила принцесса, оборачиваясь к братьям. – Главное – ни чуточки не больно! Сиденья, оказывается, такие мягкие... Расскажите мне побольше об автомобиле!

- Человек изобрёл автомобиль, чтобы ездить на нём, не теряя времени на долгие путешествия, - объяснял ей мистер Стоун. – Ничего странного здесь нет: двигатель его питается парами бензина, которые заставляют машину двигаться. Водитель – в данном случае я – управляет рулевым колесом, придавая машине нужное направление. А если надо остановится, то следует нажать на педаль тормоза рядом с ногами водителя...

Мистер Стоун катал Сятю и сыновей почти до самого вечера. Они совсем немного погуляли в окрестностях живописного озера, потому что Сяте не терпелось вновь сесть в автомобиль и продолжить катание. Когда они ездили не по дороге, а по полю, то мистер Стоун предложил детям порулить самим. Джон и Джек водили машину по очереди, сидя у мистера Стоуна на коленях, а Сятя отказалась, боясь, что не справится с управлением автомобиля. А вечером мистер Стоун зажёг фары – эти таинственные глаза машины – и они ехали по тёмной дороге при электрическом свете. Сятя даже повизгивала от радости, видя такие чудеса. А когда они вернулись домой и поставили машину в гараж, мистер Стоун протёр стёкла и фары автомобиля тряпочкой. Затем окатил машину водой из шланга. А дома, перед тем, как отправится спать, мумия спросила близнецов:

- Как же зовут ваш автомобиль?

- Как зовут? – растерялись мальчики, недоумённо переглядываясь. – Хм... Да никак не зовут!

- Почему? Это так несправедливо! – удивилась Сятя. – У меня во дворце каждая рабыня имеет имя, даже каждая лошадь и каждый цветок! А тут самодвижущаяся колесница – и вдруг без имени!

Джек и Джон молча развели руками.

- Что ж, если вы позволите, то я сама придумаю имя этой чудесной машине! – нашлась мумия. – С сегодняшнего дня все будут называть её Голубая Сятя!

- Почему это – Голубая Сятя? – не поняли близнецы.

- Потому, что она такого же цвета, как моё платье. И ещё потому, что она – божественного происхождения, как любой фараон...

- Нет, милая Сятя, папа же говорил тебе, что её придумал и сконструировал человек! – воскликнул Джек. – Нет в ней ничего божественного!

- А я вам не верю! – покачала головой мумия. – Этого не может быть! Так долго трудиться, целый день катать нас – и не устать! – простое существо не может...

Мальчики, видя, что мумию не переубедить, замолчали и отправились в дом. Сятя, постоянно оглядываясь на гараж, поплелась вслед за ними.

Утром не надо было идти в гимназию, поэтому Джон и Джек вышли к завтраку позже обычного. Сяти нигде не было видно. Мальчики позавтракали вдвоём.

- Скажите пожалуйста, миссис Гарднер, - спросил Джон у старой гувернантки, - не знаете ли вы, где Сятя?

- Я не видела её с самого утра, джентльмены, - ответила миссис Гарднер, управляясь по кухне. – Возможно, она в своей спальне или играет в детской?

- Спасибо, миссис Гарднер, - поблагодарил её Джек. – Мы пойдём искать нашу подругу.

Однако, ни в детской, ни в библиотеке Сяти не было, а в женские комнаты, как известно, мальчикам самостоятельно входить запрещено. Тогда они попросили ещё ночью вернувшуюся с собрания учёных маму зайти в спальню мумии и посмотреть, почему она не выходит к ним. Мама вернулась и развела руками:

- Дети, я не знаю, где она! В комнате её нет!

- Куда же она подевалась? – забеспокоились братья. – Куда запропастилась наша любимая Сятя?

Вдруг в холле появился папа и с улыбкой поманил всех троих пальцем:

- Дорогие мои, пойдёмте со мной! Я вам такое покажу, обхохочетесь!

- Сятя пропала! – в один голос воскликнули близнецы. – Нам вовсе не до смеха!

- Идёмте, идёмте, я знаю, где наша Сятя!

И папа повёл всех на улицу. Пройдя через палисадник, папа приложил палец к губам, тихо прошептал:

- Сятя в гараже. Только не мешайте ей!

Мама с Джеком и Джоном осторожно прокрались к приоткрытым дверям гаража и заглянули внутрь. Мумия сидела прямо перед автомобилем на коленочках, напевая что-то на древнеегипетском языке. Она была так увлечена, что не услышала приближения людей. Глаза мамы округлились, когда она прислушалась к песне Сяти, но тут же на губах её засияла улыбка.

- Что такое, мама? – прошептал ей на ухо Джон. – Почему Сятя поёт?

- Потому, что она молится автомобилю, - прикрывая рот рукой ответила мама, делая отчаянное усилие, чтобы не рассмеяться. – Потому, что считает автомобиль божеством!

Тем временем мумия прекратила распевать и воздела руки к машине. До слушателей донеслись громко произносимые ею слова:

- Ах, дорогой автомобиль по имени Голубая Сятя! Сегодня ночью мне было видение, какие-то таинственные голоса говорили со мной... Я поняла, что мы с тобой происходим от богов, потому я пришла приветствовать тебя с наступившим утром, о Голубая Сятя! Я сама дала тебе имя, потому что людям это даже не пришло в голову. Только мне открылось, что ты с небес – самодвижущаяся колесница, питающаяся парами бензина, сияющая своими электрическими глазами в ночи, никогда не устающая от трудов. Тебя можно остановить, если нажать педаль тормоза... Я поняла, что гараж – это твой собственный храм, в котором тебе поклоняются, если ты испортишься: приходят мастера и чинят тебя. Честь тебе и слава, о автомобиль, творенье богов! В обители твоей сухо и тепло, здесь много всяких загадочных предметов. За тобой надо ухаживать, протирать тебя и мыть, как это делал твой верный слуга, мистер Стоун...

Миссис Стоун и близнецы не выдержали – и оглушительно расхохотались. Сятя немедленно повернулась к ним:

- Что случилось? Почему вы смеётесь и мешаете мне общаться с автомобилем?

Мама близнецов ушла, улыбаясь, а Джон и Джек приблизились к мумии, продолжая хвататься за животы.

- Ты... ха-ха! Ты... ха-ха-ха! – еле-еле выдавил из себя Джон.

- Ты ничего не поняла, милая Сятя! – отсмеявшись, сказал Джек. – Автомобиль всего лишь изобретение человека, а гараж – место его хранения...

- Не верю вам, не может того быть! – упорствовала маленькая принцесса. – Человек сам не в силах работать без отдыха, так как он мог создать автомобиль, трудящийся без устали? Как, сам будучи медленным, он мог создать нечто быстрее себя? Вокруг столько автомобилей и автобусов, как мог человек столько наизобретать?

- Это наука, Сятя, будешь изучать – и поймёшь...

- Наука, не наука – всё равно время богов не прошло! – торжественно объявила мумия, воздевая руки к потолку гаража. – Пойдёмте в библиотеку, покажите мне книги про машины – хочу побольше узнать о чудесах!

После этого случая братья часто находили Сятю в гараже перед автомобилем, с которым она по-прежнему не переставала общаться на равных. Хотя и читала технические книги, делая отчаянные попытки разобраться в современной механике.

Глава 6
Сятя слушает радио

Маленькая мумия довольно скоро освоилась в доме Джона и Джека, да и в новом времени вообще. Ещё в первую неделю своего пребывания в XX веке древнеегипетская принцесса узнала много поразительного: оказалось, что в мире есть уйма полезных вещей, о которых Сятя не могла и помыслить: например, холодильник, телефон, автомобиль и тому подобных изобретений.

- У нас никто и представить не в состоянии, что молоко может простоять больше двух дней и не прокиснуть, ведь в Египте так жарко! – говорила Сятя близнецам, делясь впечатлениями, которые произвёл на неё холодильник. – А тут: на тебе – молоко и творог не портятся больше недели! А всё благодаря такой чудесной вещи – хо-ло-диль-ни-ку, - по слогам произнесла она новое слово.

- О, Сятя, ты ещё много чего не знаешь! – улыбался Джек. – У нас есть такие приборы, о которых древние египтяне только мечтали. Например, телескоп или микроскоп: в один из них можно увидеть звёзды совсем близко, а в другой – рассмотреть даже самых крошечных животных – бактерий...

- Да, Сятя, - наставнически говорил Джон. – Будешь учиться вместе с нами, читать книги – и узнаешь обо всём, что тебя окружает.

И мумия принялась накапливать желаемые знания всеми доступными способами: внимательно слушала мистера Хэндсома в гимназии, подолгу общалась с мистером и миссис Стоун, читала книги... В скором времени Сятя знала не меньше, чем учившиеся с ней мальчики, чем крайне удивляла окружающих.

- Какая способная девочка! – хвалили её папы и мамы других мальчиков, к которым Сятя с близнецами по-прежнему ходили в гости. – Только приехала из Египта, а уже так освоилась в современной Англии!

Директор гимназии, мистер Питерс, ставил Сятю в пример даже учащимся старших классов, иногда позволяя ей посидеть на уроках математики, физики, астрономии и римского права.

- Посмотрите, джентльмены, как быстро этот ребёнок воспринимает науки! – говорил он, аккуратно поглаживая мумию по головке. – С таким рвением она к двадцати годам станет доктором, а к тридцати-сорока – и академиком Королевского университета!

Однажды на выходных мистер Стоун повёз Джона и Джека к тётушке, а Сятя, по своему обыкновению, проводила время в домашней библиотеке с котёнком Тимми. Она немного почитала, решив пройтись между стеллажей с книгами, как вдруг внимание её было привлечено странной штукой на маленьком столике, рядом с которым стояли два кресла. Мумия положила книгу на место и приблизилась к столику.

Непонятная вещь напоминала ящик, на котором были маленькие кнопочки и рычажки. Сятя обошла таинственный ящик со всех сторон, предполагая его назначение, но ничего не смогла придумать. В этот момент в библиотеку вошла миссис Стоун и заметила мумию.

- Ах, миленькая, ты уже здесь? – улыбнулась мама Джека и Джона. – Скучаешь, наверное, что мальчики уехали к тётушке?

Она взяла с полки какую-то книгу и собиралась уйти, но Сятя вежливо обратилась к ней:

- Уважаемая миссис Стоун, скажите, пожалуйста, что это за предмет и для чего он служит?

- Какой предмет? – женщина обернулась и подошла к ней. Посмотрела на столик и улыбнулась ещё раз. – Ах, это – радио, милая Сятя! Хочешь послушать?

- Не знаю, - пожала плечиками принцесса. – Я привыкла, что все вещи в доме несут какую-то пользу. Например, холодильник: благодаря ему долгое время не портятся продукты. Или лампа: когда становится темно, при ней можно читать. Или автомобиль Голубая Сятя: на нём можно быстро и удобно передвигаться. А эта штука стоит на месте и ничего не делает. Зачем она здесь?

- Давай, я тебе объясню, - сказала миссис Стоун. – Радио придумано для того, чтобы его слушать. Оно рассказывает много интересных вещей, иногда очень красиво поёт... Включим его?

Сятя очень любила слушать песни и петь сама, поэтому согласилась. Миссис Стоун щёлкнула каким-то рычажком и стала нажимать кнопочки. Вдруг из ящичка послышался незнакомый мужской голос:

- ...ветер настолько сильный, что разогнал тяжёлый лондонский туман. Это необычное явление позволяет предположить, что прогноз погоды на выходные окажется верным...

Мумия была настолько удивлена откуда ни возьмись возникшим голосом, что даже села в кресло. А невидимый голос, исходивший из ящичка, продолжал:

- ...метеорологи говорят о возможном шторме на побережье, но нас, простых обывателей, радует хотя бы то, что солнечная погода обещает быть устойчивой почти неделю...

Миссис Стоун внимательно наблюдала за Сятей, сев в кресло по соседству; улыбка не сходила с её лица. Она ещё раз щёлкнула рычажком – и в зале воцарилась тишина.

- Ну, и как тебе понравилось радио, деточка? – спросила она мумию.

Мумия перевела дух, если такое выражение применимо к мумиям:

- Ух ты, вот здорово! Это будет получше предсказаний наших жрецов, потому что они очень часто ошибаются... Вот так поистине волшебная штука! Значит, слушая этот ящичек, можно всё узнать о погоде?

- Можно, Сятя! А ещё можно узнать много-много других полезных вещей. Например, что происходит в мире далеко-далеко отсюда. Или узнать последние новости науки. Или послушать музыку. Впрочем, сейчас я тебе найду...

Миссис Стоун вновь что-то нажала на ящике, покрутила какую-то ручку – и в библиотеке раздался чудесный женский голос, поющий очень красивую песню. Сятя блаженно сложила ручки, устроившись в полулежачем положении, и откинула головку на спинку кресла. Когда песня закончилась, миссис Стоун вновь покрутила ручку и из ящичка послышался уже другой мужской голос:

- ...уже третий день продолжающаяся забастовка рабочих этого концерна в провинции Гоа. Промышленники беспокоятся не на шутку, добыча материалов снизилась на пятнадцать процентов...

Мумия отказывалась верить увиденному и услышанному: ящик вёл себя как живой! Мало того – он говорил разными голосами, ещё и пел! Прекрасно разбирающаяся в чудесах, Сятя была уверена: она вновь столкнулась с чем-то необъяснимым. Скорее всего, с новым чудом. Поэтому она вопросительно нагнулась в сторону миссис Стоун:

- Как это так получается? Как это возможно, чтобы в таком маленьком ящичке могли уместиться два больших дяденьки, рассказывающих про погоду и рабочих в неизвестной мне провинции Гоа, да ещё и так красиво поющая тётенька? – она поднялась с кресла и вновь обошла говорящее радио со всех сторон. – За какую провинность люди или боги упрятали их в этот маленький ящик? О, наверное, их преступления были очень страшными!

Миссис Стоун тихонько рассмеялась:

- Нет, Сятя! В этом ящике, которое называется радио, никого нет! Внутри его механизм, который улавливает радиоволны и прибор, который воспроизводит их как звук. Его мы и слышим...

- Странно! – мумия даже всплеснула ручками. – А мне кажется, что голоса, которые я слышала, принадлежат преступникам, наказанным за свои деяния. У нас так часто наказывают: заколачивают человека в ящик и замуровывают в стену. Только это очень маленький ящик, даже для одного преступника маленький... И что это за наказание такое, если тётенька так красиво поёт?

- Это не так, милая! – сказала миссис Стоун. – Я научу тебя пользоваться радио, и скоро ты поймёшь, что никакого чуда в этом нет. Хочешь?

- Очень хочу! – кивнула мумия, придвигаясь к ящику. – Научите меня, уважаемая миссис Стоун, вызывать таинственные голоса!

И женщина стала объяснять Сяте, как включать и выключать радио, как отыскивать нужную волну на шкале настройки. Мумия ловила каждое её слово и действие, поэтому в короткий срок сама научилась обращаться с радио. Было загляденье посмотреть, как Сятя лихо щёлкает рычажками и крутит рукоятку настройки! Миссис Стоун поцеловала мумию и ушла по делам.

Все выходные Сятя провела в библиотеке, рядом с таинственным ящичком – радио. Она слушала всё подряд: увлекательные программы, биржевые сводки, концерты, оперы, прогноз погоды, новости со всех уголков света... Мумия шла спать только тогда, когда все радиопередачи заканчивались – в полночь. Когда в воскресенье вечером вместе с мистером Стоуном вернулись Джон и Джек, они застали Сятю в кресле напротив радио, вовсю щёлкающую тумблерами настройки.

- Здравствуй, милая Сятя! – поздоровались близнецы, целуя и обнимая маленькую мумию по очереди. – Мы так соскучились по тебе за эти два дня!

- Я тоже скучала, - ответила Сятя. – Но, посмотрите, чему меня научила миссис Стоун: я сама могу пользоваться чудесной штукой по имени радио! И сколько всего интересного я из неё узнала! Например, вам известно, что Солнечная система состоит из восьми планет? Я, правда, раньше и сама думала, что Великий Ра – Солнце, вращается вокруг Земли, как меня учили жрецы, но, оказывается, что всё наоборот... И что в Королевском театре на следующей неделе будет премьера «Доктора Фауста»? И что германский канцлер...

- Вижу, времени ты не теряешь, - похвалил её мистер Стоун. – Но, дети, вам пора спать, потому что завтра с утра идти в гимназию...

- Но я ещё не дослушала всего до конца, - запротестовала мумия. – К тому же, это очень удобно: можно, не выходя из дома, слушать целые лекции о различных науках; точно такие читает нам мистер Хэндсом в классе.

- Сятя, пойми, радиопередачи никогда не заканчиваются! – улыбнулся мистер Стоун. – Ты можешь просидеть сто лет перед радио, слушая его...

- Да и что скажут в гимназии, если ты не появишься на уроках? – тревожно спросил Джек.

- Но я так хочу послушать ещё! – не унималась маленькая мумия. – Ведь это та же гимназия!

- Ну, скажите всем, что Сятя настолько увлеклась, что день-другой не придёт, - поддержал её мистер Стоун, понимая настроение принцессы. – А потом она вновь станет посещать уроки.

Утром мальчики отправились в гимназию одни. А мумия, только открыв глазки, побежала в библиотеку, слушать радио. Рядом с ней устроились мистер и миссис Стоун, которые поясняли ей непонятные слова и названия, встречавшиеся в радиопередачах.

- А где мисс Сятя? – удивлённо спросил Джона и Джека мистер Хэндсом.

- Да, где наша всеми любимая мисс Сятя? – также спросили близнецов Реджинальд, Рональд, Ричард и другие мальчики.

- Понимаете ли, - ответил Джон. – Сятя заболела...

- Заболела? – забеспокоились все. – Надеемся, с ней не случилось чего-нибудь непоправимого?

- Нет, - улыбнулся Джон. – Сятя заболела вполне свойственным ей любопытством: вот уже третий день она не отходит от радио, слушая обо всём, что происходит в мире. Она настолько очарована им, что... – и, не найдя больше слов, мальчик развёл руками.

Мистер Хэндсом улыбнулся:

- Прекрасно, джентльмены! После уроков мы все навестим мисс Сятю и посмотрим на её новое увлечение... А теперь, все по местам – начинаем занятия!

Несколько часов прошли в написании диктантов и решении математических задачек, которые учитель предложил учащимся; только во время переменок мальчики окружали близнецов, наперебой спрашивая их:

- Скажите, пожалуйста, а что любит слушать мисс Сятя больше всего? Музыку?

- Прогноз погоды?

- Новости Великобритании?

- Советы домохозяйкам?

- Погодите, друзья, - отвечали братья. – Скоро мы увидим Сятю и вы сами сможете предложить ей свои вопросы...

После занятий дети, в сопровождении мистера Хэндсома, отправились в особняк Стоунов. Сятя очень обрадовалась, что весь класс пришёл навестить её: она оставила в покое радио и вышла к друзьям. Дети стали общаться в холле, а взрослые удалились поговорить в кабинет мистера Стоуна.

- Расскажи, Сятя, что нового ты узнала из радиопередач? – попросил Джек мумию. – Весь класс сегодня о тебе беспокоился...

- Ну, сначала я прослушала первую часть симфонии Бетховена номер пять, – хлопнула в ладошки довольная мумия. – Очень красиво, ничуть не похоже на нашу музыку. А после была передача о разведении кроликов... только я не знаю, что это за зверьки. А потом...

И она стала подробно рассказывать о последних новостях и погоде в Лондоне.

Тем временем миссис Гарднер напекла много вкусного печенья и стала угощать пришедших. Дети благодарили её, уплетая печенье за обе щёки и во все глаза слушая Сятю, которая теперь сама напоминала без умолку говорящее радио:

- ...Министр внешней политики Великобритании имел встречу с банкирами страны, во время которой решались вопросы перспективного сотрудничества с африканскими народами... Уличные беспорядки в столице Российской империи усиливаются, на ликвидацию их брошены резервные силы московской и санкт-петербургской жандармерии... Притяжение на Меркурии таково, что, попробуй человек сделать хоть шаг по этой планете, его немедленно расплющило бы в лепёшку... То, что касается, якобы, тонкой игры на мексиканских рудниках и шахтах, эксперты-аналитики Уолл-стрит объявили чистейшим заблуждением и практически дилетантским подходом к ведению дел при нестабильности акций на золото...

Словом, радиолихорадка древнеегипетской принцессы продолжалась ещё несколько дней, на протяжении которых она не отходила от чудесного ящичка, впитывая любые новости без разбора. Даже Джон и Джек стали на неё немного обижаться. Но потом она сама поняла, что как ни замечательно сие изобретение, оно никогда не заменит общения с живыми детьми, учёбы в настоящей гимназии. И мумия из библиотеки вернулась в детскую, где вместе с близнецами занялась привычными играми. И теперь Сятя слушала радио весьма редко, только по пятницам, чтобы узнать прогноз погоды на выходные. И лишь затем, чтобы сообщить мальчикам и, в соответствии с погодой, продолжать знакомство с Англией и её достопримечательностями.

Глава 7
Сятя фотографируется

Сятя постоянно узнавала что-то новое, иногда по нескольку сюрпризов в день ожидало её. Однажды утром, когда мумия с Джоном и Джеком была в гимназическом классе, случилось так, что знакомство с удивительным поджидало её прямо на страницах книги.

Был урок истории. И поскольку гимназисты под руководством мистера Хэндсома изучали историю Древнего Египта, то мумия немного заскучала. Отвечать на вопросы преподавателя принцесса не хотела, поскольку это было бы нечестно: ведь она лучше других ребят знала собственную историю, а ведь Сятя – очень воспитанная и честная мумия! Поэтому она, чтобы не мешать друзьям набираться знаний по Древнему Миру, потихоньку стала листать учебник.

Как вдруг... некая вещь страшно заинтересовала Сятю; настолько заинтересовала, что она едва не обратилась с вопросом к Джону или Джеку, а может, и к самому мистеру Хэндсому, ведущему урок. Однако, мумия вовремя опомнилась: ведь разговаривать с учащимися во время урока нельзя, а прерывать учителя – крайне неприлично. Мистер Хэндсом тем временем рассказывал классу о потайной могиле в гробнице фараона Сети Первого:

- Итак, джентльмены, доблестный фараон-воин построил под песками пустыни тайное место для своего погребения около трёх тысяч лет назад...

Мумия едва дождалась окончания лекции. Затем она, пока гимназисты общались между собой во время переменки, тихонько приблизилась к учителю, который аккуратно собирал книги в портфель.

- Мистер Хэндсом, - чуть слышно прошептала принцесса, приподнимаясь к нему на носочках. – Мистер Хэндсом, простите меня, пожалуйста, но вы допустили ошибку в своём прекрасном повествовании...

Учитель внимательно посмотрел на говорившую:

- Какую ошибку, дорогая леди?

- Вы сказали, что Сети Первый построил тайную усыпальницу в своей гробнице. Это не совсем так. Дело в том, что Сети только планировал её постройку, но, к сожалению, он умер до того, как она была построена. Работу над этой тайной комнатой закончил его сын, фараон Рамсес Второй... Наверное, вы случайно оговорились и, если сверитесь с книгами, то увидите эту свою маленькую ошибку...

Мистер Хэндсом вытаращил на мумию глаза. Да и ребята, заметившие разговор Сяти с преподавателем, разом смолкли, поэтому и услышали последние слова Сяти.

Мистер Хэндсом улыбнулся и полез в свои книги. Несколько минут он шелестел страницами в абсолютной тишине, затем отложил книги, встал с места, улыбнулся ещё раз – и погладил принцессу по головке:

- Обратите внимание, джентльмены: мисс Сятя заметила мою ошибку, а вы – нет. Из этого можно сделать заключение, что единственная девочка слушает меня гораздо внимательнее, чем вы все. Даже Джон и Джек – дети выдающихся египтологов – не заметили моего промаха. Вам должно быть стыдно, джентльмены... Действительно, именно Рамсес Второй закончил постройку тайной комнаты своего отца, к тому времени уже умершего, - он не удержался и вновь погладил мумию по головке. – Мисс Сятя, вы, несомненно, лучший ученик в моём классе. Торжественно и прилюдно обещаю вам внести вас в список учеников, обычно награждаемых в конце учебного года господином министром образования Её Королевского Величества!

И захлопал в ладоши. И все мальчики тоже захлопали, а Сятя смутилась. Хорошо, что этого никто не видел из-за её платочка.

- Но, простите, откуда вам известны такие детали, дорогая леди? Ведь об этом ещё в учебниках ничего нет, это, практически, новости последних раскопок! – удивлённо спросил мистер Хэндсом.

- Просто я хорошо знаю историю своего времени, - ответила Сятя и даже испугалась сказанного. – Своей страны, - немедленно поправилась мумия.

Джон с Джеком испугались ничуть ни меньше своей подружки. Ведь если она скажет ещё хоть слово, то на последующий вопрос учителя ей придётся признаться, что она – внучка Сети Первого, а Рамсес Второй – её папа! Однако, ответ мумии не возбудил подозрения преподавателя, а близнецы снова захлопали в ладоши, чтобы отвлечь всеобщее внимание от едва не проболтавшейся древнеегипетской принцессы.

- Браво! – присоединился к аплодисментам класса сам мистер Хэндсом.

Сятя вновь обратилась к нему:

- Дорогой мистер Хэндсом, можно задать вопрос?

- Конечно, задавайте, милая леди!

- Вот, посмотрите, пожалуйста, - Сятя протянула учителю раскрытый учебник. – Вот, под одной из картинок написано «картина», а под другой – «фотография». На другой странице – то же самое. Да почти во всей книге так... Я не понимаю, что такое «фотография» и чем она отличается от картины...

- Хм, как вам сказать... Джентльмены! – обратился мистер Хэндсом к мальчикам. – Не может ли кто-нибудь из вас объяснить мисс Сяте, что такое фотография и чем она отличается от картины?

В то же мгновение руки всего класса взлетели вверх.

- Превосходно, дорогие! Так объясните это нашей любопытной леди... ну, хотя бы вы, Реджинальд...

Названный мальчик, гордый доверием учителя, поклонился мумии:

- Уважаемая мисс Сятя, фотография – это изображение, которое получается в результате фотопроцесса. Изображение это можно сохранить и сохранять очень долго... так же, как и картину. А разница между картиной и фотографией в том, что первую рисует художник, а вторую – делает фотограф.

- Ничего не понимаю, - развела руками мумия. – Я знаю, что картину рисуют. А как делают фотографию? Ведь вы говорите, что это тоже изображение...

И начался небольшой переполох. Несмотря на предупреждение учителя всегда говорить по одному, каждый из мальчиков лично пытался объяснить Сяте смысл и назначение фотографии. Неописуемый шум стоял до тех пор, пока преподаватель не поднял обе руки вверх, призывая к порядку.

- Довольно, джентльмены, довольно! – он хлопнул в ладоши. – Знаете, пока вы спорили, пытаясь объяснить леди то, что возможно объяснить лишь наглядно, ко мне и пришла идея. Ведь скоро конец учебного года и мисс Сятя уедет к себе на родину. Давайте сделаем ей и себе маленький подарок: сегодня же после уроков мы пойдём в фотосалон и сделаем на память фотографию всего класса!

Восторженные аплодисменты были ему ответом.

- Тогда продолжим занятия, джентльмены!

После уроков мальчики высыпали из гимназии на улицу. Аккуратно построились во дворе парами – и мистер Хэндсом повёл их в ближайший фотосалон, так же в сторону Бэкингемского дворца. Сятя шла между Джоном и Джеком, которые наперебой рассказывали ей об изобретении, незаменимости и достижениях фотографии в науке и повседневной жизни.

- Ну вот, милая Сятя, - говорил ей по дороге в фотосалон Джек, - теперь ты будешь знать, что такое камера-обскура, то есть фотоаппарат...

- Да, Сятя, - не отставал от него брат, считавший себя крупным знатоком фотодела и его истории. – Знаешь, у истоков изобретения фотографии стоят русский дипломат Бестужев-Рюмин и немецкий анатом Шульце. Жили они в восемнадцатом столетии. Затем был ещё один русский – Гротгус, наш соотечественник Гершель и американец Дрейпер; эти жили и работали лет на семьдесят позже. Но все эти учёные стояли скорее у теоретических истоков фотографии. А вот работали с химическими процессами, которые позволяют сделать и сохранить изображение в камере-обскуре, уже французы Ньепс и Дагер, а также ещё один наш соотечественник – Тальбот. Их-то и принято считать изобретателями той самой фотографии, которую ты вскоре увидишь...

- Как это всё интересно! – восхищённо взмахивала руками любопытная мумия. – Я просто сгораю от нетерпения увидеть эту самую фотографию!..

Наконец они пришли в фотосалон. Это было большое двухэтажное здание, над дверями которого висела красиво выполненная позолоченная вывеска: «Арчибальд Рэндэл. Лучшая фотография в Юго-Западном Лондоне». Учитель позвонил в дверь, которую им открыл чисто выбритый молодой человек в белом, похожем на поварской, переднике. Он улыбнулся, осмотрел мистера Хэндсома, детей и жестом пригласил их войти.

- Добро пожаловать, джентльмены! – раздался трескучий голос из-за его спины и перед пришедшими возник благообразный пожилой джентльмен в отличном костюме. – Спасибо, Перкинс, возвращайтесь в лабораторию, - обратился он к открывшему дверь юноше и тот ушёл по лестнице куда-то наверх. – Добро пожаловать в фотосалон Арчибальда Рэндэла, уважаемые!

Дети по очереди вошли в помещение, мистер Хэндсом проследовал за ними. Они оказались в большой прихожей, путь из которой лежал в зал; широкие двери его были настежь распахнуты. Повсюду на стенах висело множество фотографий: пейзажи, люди, скаковые лошади, автомобили, самолёты, паровозы, разные животные и многое другое. Не только у одной Сяти глаза разбежались от таких чудес: все без исключения дети засмотрелись на фотографии, тем временем мистер Хэндсом о чём-то разговаривал с владельцем фотосалона.

- Итак, господа, - вновь сказал, обращаясь разом ко всем гимназистам пожилой джентльмен. – Прошу называть меня мистером Арчибальдом. Мистер Хэндсом поведал мне, что у вашего гимназического класса большое желание иметь на память отличную фотографию... О! – неожиданно воскликнул он с удивлением, разглядев в толпе мальчиков Сятю. – Похоже, что юная леди тоже хочет сфотографироваться в компании учеников лучшей гимназии Лондона?

Мумия кивнула ему вместо ответа и сделала очень красивый реверанс.

- Прекрасно! – хлопнул в ладоши мистер Арчибальд. – Милости прошу вас в зал, господа и дамы! Сейчас мы с вами будем готовиться к фотографированию.

Дети прошли в большой зал, почти в центре которого находилась большая коробка на мощном треножнике; Джон пояснил Сяте, что это и есть камера-обскура. Мистер Арчибальд принёс две широкие подставки – одну выше, другую ниже, желая расставить мальчиков для фотографии в три ряда. Затем он долго расставлял детей на этих подставках, недовольно покачивая головой. То Ричард, стоящий во втором ряду, оказывается одного роста с Александром, стоящем в третьем – и пожилому фотографу надо менять их местами. То рукав мистера Хэндсома совершенно закрывает лицо маленькому Эдварду – и мистеру Арчибальду приходится менять местами Эдварда и Реджинальда. Одна лишь Сятя недвижимо замерла на месте, куда её с самого начала поставил фотограф – в центре всей компании. По бокам от неё находились братья-близнецы.

Наконец, старый мастер осмотрел всю созданную собой же панораму – и на сей раз признал, что можно делать фотографию.

- Только пожалуйста, джентльмены, попрошу никого не шевелиться! – сказал он, беря в одну руку большую вспышку, а другой набрасывая на себя чёрный материал и скрываясь за странным ящиком. – Не шевелитесь до тех пор, пока не вылетит птичка!

- Что ещё за птичка? – удивлённо прошептала мумия Джеку, но не успела получить ответа: сверкнула ослепительная вспышка, настолько ослепительная, что Сятя едва не ослепла и чуть не вскрикнула от неожиданности.

- Ну, дамы и господа, вот и всё! – послышался голос мистера Арчибальда откуда-то издалека. – Теперь можете шевелиться, сколько влезет...

После фотографирования дети попрощались с фотографом и мистером Хэндсомом, расходясь по домам.

- Ничего не понимаю! – всю дорогу твердила мумия. – Это шутка такая, что ли? То замри и не двигайся, то – вспышка; я даже испугалась, ибо подумала, что глаза мои узрели само Солнце – Великого Ра на его сверкающей колеснице... А сама фотография-то где?

- Ну, пока она осталась в этом чудесном ящике, - Джон напрасно пытался объяснить ей принцип фотопроцесса. – Завтра мистер Арчибальд вынет её и отдаст Перкинсу в лабораторию, а тот – мистеру Хэндсому, а он – передаст нам.

Но Сятя так ничего и не поняла. А спустя ещё пару дней мистер Хэндсом после уроков сказал:

- А теперь, джентльмены, наступило время получить наши долгожданные фотографии на память... – и достал из ящика своего стола много картонок, кладя их перед собой на стол. – Мисс Сятя, вы – леди, поэтому возьмите фотографию первой!

Но Сятя подозрительно относилась ко всему новому:

- Спасибо, мистер Хэндсом, только лучше я возьму последней...

- Что ж, если леди уступает первенство джентльменам, тогда прошу вас, дорогие, - и он стал вызывать каждого из учеников по очереди.

Все получили по фотографии. Наконец, сама Сятя подошла к столу преподавателя; взяла картонку из его рук, наклонилась над изображением и... громко завизжала, роняя фотографию на пол.

- Что случилось, мисс Сятя? – забеспокоился мистер Хэндсом.

- Сятя, милая, что случилось? – наперебой закричал весь класс, а Джон и Джек немедленно подскочили к мумии.

Но принцесса, забывшись от ужаса, лишь бормотала что-то на никому неизвестном языке; потом, правда, несколько опомнившись и успокоившись, заговорила по-английски:

- О, теперь мне конец! Ведь я увидела Ка – своё отражение, двойника своего потустороннего, значит, скоро должна буду умереть, - с перепугу мумия совсем забыла о том, что мертва уже три тысячи лет. – О Осирис, о Исида, спасите меня от смерти! О Анубис, властитель мёртвых, не приходи за мной!..

Все мальчики переглянулись между собой – и расхохотались. Мистер Хэндсом тоже улыбался.

- Чему вы смеётесь, несчастные? – воскликнула Сятя, воздевая руки на манер трагических актёров. – Вы также увидели своих двойников, значит, и вам жить недолго!

Целый час преподаватель и мальчики успокаивали Сятю, что ничего ни ей, ни им не станется, что фотография никому не приносит никакого зла; наконец бедняжке стало лучше – и близнецы повели её домой.

И верно: ни завтра, ни послезавтра, ни неделю спустя ни с кем ничего не случилось. И мумия успокоилась полностью.

- Вот так странная штука эта фотография! – качала она головкой, вспоминая о своём испуге.

- Жаль, что ты не можешь фотографироваться с открытым личиком, - печально произнесли братья.

- И мне жаль, - ответила Сятя. – Ох, милые, вы даже не представляете, какая я была в прошлом красивая! А теперь – одни кости... Но в моих силах, однако, вернуть утраченную красоту.

- Это как, Сятя? Расскажи нам о своём прошлом! – немедленно встрепенулись Джон и Джек.

- Ну, раз вы спросили, тогда слушайте, - таинственно начала мумия. – В далёком-предалёком прошлом...

Рассказ Сяти
Джон и Джек расспрашивают Сятю о её прошлом
и отправляются с ней в Древний Египет

- В далёком-предалёком прошлом, когда Великобритании не было и в помине, в Древнем Египте правили великие фараоны – Рамсес Второй и Сятя Великая. У них было много детей, а самым последним их ребёнком была девочка, которую назвали как маму – Сятя...

- Милая, да ведь ты про себя рассказываешь! – воскликнули близнецы одновременно.

- Да, - кивнула маленькая мумия. – Я была очень красивой и послушной; родители, старшие братья и весь египетский народ очень меня любили. О, как же было хорошо каждым утром просыпаться во дворце, где было много больших залов для игр с детьми придворных! Я много гуляла под присмотром служанок, каталась на лошадях, плавала на лодочке по Нилу, посещала храмы вместе другими детьми и взрослыми. Меня обучали грамоте и науке лучшие жрецы и писцы страны. Ах, какое это было золотое время!.. Но несколько человек из жреческой касты, во главе с верховным жрецом Менхуперрой, задумали однажды нехорошее дело: они задумали захватить власть в государстве, убить много народа и стать новыми египетскими правителями. Египет в те времена был самым большим и могучим царством на земле; все другие цари платили дань фараону и поклонялись ему как любимому сыну Осириса. Менхуперра очень завидовал папе и всегда мечтал сам стать египетским царём; вот он и подговорил некоторых жрецов помочь ему свергнуть Рамсеса Второго и сесть на трон Сына Неба. Тем, кто примкнул к заговору, он обещал много даров: например, дал слово, что после своего воцарения все его сторонники получат большие роскошные дворцы, гробницы, тысячи рабов, много-много золота и, что самое главное, обещал освободить их от гражданского закона... Мне стыдно за моих жрецов, которые клялись в верности Рамсесу Второму и его семье, - печально вздохнула мумия, - но очень многие из них, польстившись на посулы Менхуперры, решили предать моего папу и присоединится к заговорщикам...

- Как же так, милая Сятя? – спросил Джон. – Как жрецы могли сделать переворот в государстве, если у Рамсеса Второго была такая большая армия?

- Да, Сятя, - почесал макушку Джек. – Ведь Рамсес Второй был великим воином, его всегда окружало множество знаменитых военачальников и телохранителей. Он постоянно воевал с соседями и расширял границы Египетского царства... Неужели они надеялись, что смогут убить фараона в его собственном доме? Нет, это поистине невозможно!

- Вот я и рассказываю вам, слушайте дальше, - продолжила Сятя. – Это верно – папа почти всегда находился в военных походах, поэтому редко бывал в Фивах. Он был искусным воином, подобно своему папе – и моему дедушке – Сети Первому. На этом и строился рассчёт жрецов: захватить власть в государстве тогда, когда фараона не будет в столице. Они надеялись подкупить несколько фиванских военачальников и телохранителей фараона, чтобы те призвали часть армии перейти на сторону восставших. Кое-кто, наверное, согласился, но великий главнокомандующий Египта – военачальник Схетепибра – ответил им отказом: его душе было противно предать своего законного повелителя. Схетепибра, как и его отец, был очень благородным воином.

И вот, папа собрался в большой военный поход против хеттов. Мои старшие братья собрались ехать вместе с ним, чтобы также попробовать свои силы в войне и стать впоследствии знаменитыми воинами. Но самое удивительное, что мама также выразила желание ехать с папой: ведь он почти всегда воевал и мама редко видела его в Египте. Таким образом, по Фивам разнёсся слух, что вся семья фараона отправляется в поход, а во время их отсутствия Египтом будет править маленькая принцесса, то есть я... Об этом, конечно, стало немедленно известно заговорщикам, которые сочли такой момент более чем благоприятным для своих коварных планов. Чего же проще: захватить власть в стране, когда царь со всей семьёй и большей частью войска ушёл на войну, а государством правит маленькая шестилетняя девочка! Они рассчитывали разогнать моих советников и сторонников, захватить меня в плен, бросить в тюрьму и убить; затем подослать к папе, маме и братьям наёмных убийц – и тоже убить их. Наверное, они также хотели убить и главнокомандующего Схетепибру, который был предан папе и отказался участвовать в заговоре; все воины очень любили и уважали его. Жрецы рассчитали, что если убить такого человека, то армия лишится своего предводителя и вдохновителя, а после перейдёт на их сторону. Таким образом, зловещий план жрецов был продуман до мелочей, а вскоре наступило время для его исполнения.

Через несколько дней фараон вместе с мамой, братьями и огромным войском выступил из Фив против хеттов. Я временно стала правителем египетской земли. Ещё два или три дня всё было спокойно, а потом жрецы открыто выступили против меня. Они обратились к народу, говоря, что фараоны оставили Египет, а маленькая принцесса совершенно не умеет управлять государством. Говорили, что фараона ничего не интересует, кроме завоеваний – так зачем народу нужен завоеватель, которому не сидится дома? Мол, гораздо лучше на его трон посадить жреца Менхуперру, который общается с богами и никогда никому не делал ничего плохого... Мой народ не хотел их слушаться, и тогда жрецы приказали убивать и мучить людей: они дали распоряжение своей армии не жалеть никого, кто будет противиться восхождению верховного жреца Менхуперры на трон фараона.

Для страны наступили тяжёлые времена: недовольных таким предательством людей казнили прямо на улицах. Несколько преданных горожан пытались убежать из города, чтобы в пустыне нагнать армию Рамсеса Второго и рассказать ему об ужасных новостях в столице. Конечно, в том случае армия фараона вернулась бы, наказала жрецов и восстановила порядок в царстве. Однако, у несчастных беглецов ничего не получилось: слуги Менхуперры поймали их и убили...

Джон и Джек печально внимали рассказу маленькой мумии. Им было очень жаль, что всё так случилось; от последних слов Сяти они едва не заплакали. Однако, им подумалось, что если девочка без слёз вспоминает о самых трагических минутах своей жизни, то им, мальчикам, плакать совершенно не пристало. А Сятя, сложив ручки на коленочках, продолжала рассказ:

- Наконец, жрецы в сопровождении армии появились у меня во дворце. Завязалось ужасное побоище: стражи, охраняющие меня, сражались до последнего, но нападающих было намного больше... Битва шла буквально за каждый зал; в одном из отделений дворца вспыхнул страшный пожар. Мои служанки и рабыни пытались спрятать меня в маленькой башне дворца, но злые жрецы всех их поймали и убили. А потом они нашли меня, схватили – и сделали мумией, и похоронили... О, великие боги, как, наверное, за меня переживали папа и мама с братьями, когда, вернувшись с войны, нашли войну в собственном доме! – Сятя даже всплеснула ручками от нахлынувших воспоминаний. И, печально склонив головку, замолчала.

Мальчики бросились к ней, обнимая и утешая:

- Не грусти, Сятя! Мы никому не дадим обижать тебя! Но, что случилось, то – случилось, а прошлого никогда не исправить... Зато мы очень рады, что ты с нами – и клянёмся, что мы всегда будем любить тебя как младшую сестрёнку!

- Спасибо вам, милые! Я тоже всегда буду любить вас как братьев! – оживилась мумия. – Только вот насчёт прошлого вы ошибаетесь... Помните, когда мы встретились с вами у меня в гробнице, я пригласила вас в своё время?

- Да, помним, - ответил Джон. – Очень хорошо помним...

- Тогда для вас наступило время отправиться со мной в Древний Египет, - заключила Сятя, вставая с места и начиная прохаживаться по комнате.

- Хм, но как мы туда попадём? – забеспокоился Джек. – Ведь путешествия во времени – это научная фантастика...

- Я не знаю, что такое научная фантастика, - ответила маленькая принцесса. – Но у меня есть вещица, благодаря которой я оказалась в вашем времени...

- Что это такое, Сятя? – спросили близнецы. – Покажи её нам!

- Не могу, поскольку она осталась в моей гробнице, внутри саркофага, - развела руками мумия. – Для начала нам надо вернутся в мою гробницу и забраться в саркофаг... Я так хочу поделиться с вами своей тайной! Понимаете, мы сможем вернуться назад во времени – и не допустить, чтобы папа ушёл на войну; а это значит, что заговорщики не смогут поднять восстания и захватить власть в Египте...

- Правильно, Сятя! – тут же ответил ей смышленый Джек. – Значит, если мы предупредим Рамсеса Второго не выступать против хеттов, то жрецы не убьют ни одного человека... и в том числе – нашу любимую Сятю!

- Верно! – обрадованно поддержал его брат. – Сятя, ты можешь рассчитывать на нашу дружбу и помощь! Мы готовы пойти с тобой хоть на край света и сделать всё, чтобы в Египте не произошло трагедии! Мы вместе должны помешать исполнению планов коварного жреца!

- Спасибо вам, милые друзья! – уже совсем радостным голосом произнесла мумия и кинулась обнимать Джона и Джека. – С такими смелыми мальчиками как вы, я совсем не боюсь вернуться домой и дать отпор врагам моей семьи, - и мумия сделала перед близнецами красивый глубокий реверанс.

После этого разговора мумии с братьями прошло совсем немного времени – и наступили летние каникулы. После последнего урока Сятя простилась с друзьями-гимназистами и добрым мистером Хэндсомом, зная, что больше никогда не увидит ни их, ни Великобритании. Мальчики просили Сятю всегда помнить о них и не забывать проведённого вместе времени. Все очень жалели, что кузина Стоунов должна покинуть Лондон и вернуться в Египет, потому что очень полюбили её. Но расставание – как и встреча – это неотъемлемая часть жизни, ничего уж не поделаешь...

А вскоре мистер и миссис Стоун вместе с другими учёными-археологами стали собираться в очередную экспедицию в Египет. Конечно, Сятя и мальчики вызвались их сопровождать в путешествии. Родители не видели причин для отказа детям: целый год они хорошо учились, никогда не опаздывали в гимназию, прекрасно вели себя и были весьма вежливыми.

- Хорошо, дорогие! – сказала мама, когда дети попросили взять их с собой на раскопки. – Мы готовы взять вас. Думаю, что с этим не возникнет осложнений... Как ты считаешь, Александр? – обратилась она к папе.

- Ну что ты, Амалия! – немедленно отозвался мистер Стоун. – Наоборот, я очень радуюсь, что дети интересуются египтологией и так уверенно идут по нашим стопам... Да и Сятя, наверное, вновь будет рада увидеть свою страну, не правда ли, девочка? – обратился он к мумии.

Сятя закивала в ответ и несколько раз хлопнула от восхищения ручками.

- Что ж, пусть дети отправляются собирать вещи, а мы тем временем съездим в музей на совещание с коллегами, - решил папа и разговор был закончен.

Спустя два дня группа учёных в сопровождении маленькой мумии и близнецов уже разгуливали по палубе большого парохода, направлявшегося в Александрию – большой египетский порт на берегу Средиземного моря. Как и в прошлый раз, они провели в городе несколько дней, после чего на автомобилях отправились в Каир, а оттуда – на верблюдах в Долину Царей, где учёные намеревались продолжить исследования гробницы Сяти и других фараонов. Поздно вечером, после долгого путешествия, экспедиция приблизилась к гробнице древнеегипетской принцессы – и все расположились на ночлег в маленьких палатках посреди пустыни.

Маленькой мумии не спалось, равно как и братьям. Она ворочалась с боку на бок, рассказывая заинтересованным детям о своей жизни, о своих друзьях, о родителях и братьях...

- Ах, как я хочу, чтобы вы сами увидели всё своими глазами! – зачарованно шептала маленькая принцесса слушавшим её братьям. – У меня столько красивых дворцов и храмов – и я обещаю, что мы вместе посетим каждый из них! Мы будем играть и путешествовать, изучать науки, разговаривать с умнейшими людьми царства. Вот увидите, как нам будет интересно и весело! Однако, главное – мы должны остановить Менхуперру и не допустить заговора жрецов против всех честных египетских людей...

Наконец, усталость взяла своё – и дети заснули. Наверняка им снились чудесные, волшебные сны: ведь всем примерным детям снятся хорошие сновидения.

С самого утра учёные под руководством мистера и миссис Стоун отправились в гробницу Сяти; вместе с ними туда пошли и дети с мумией. Вновь на стенах были установлены факелы и местами проведено электрическое освещение – в гробнице стало светло и никто не боялся заблудиться и потеряться посреди множества коридоров. Сятя вместе с братьями немедленно пошли к саркофагу, возле которого они познакомились больше года назад. В погребальном зале ничего не изменилось за прошедшее время: статуи богов стояли на местах, крышка саркофага – по-прежнему прислонена к расписанной древнеегипетскими иероглифами стене...

- Ну вот, дорогие! Мы на месте, - осматриваясь по сторонам, произнесла Сятя; мальчики тем временем освещали ей факелами дорогу. – Теперь нам надо залезть в саркофаг, я кое-что сделаю – и мы окажемся в моём времени...

- Постой, милая Сятя! – неожиданно задумался Джон. – Постой!.. А как же быть с нашими папой и мамой? Ведь, если мы без их разрешения отправимся в Древний Египет, они будут очень волноваться за нас...

- ...Да, таким образом мы покажем себя весьма невоспитанными и легкомысленными детьми, а мы не хотим огорчать родителей! – поддержал брата Джек, понявший его мысль чуть не с полуслова. – К тому же сами они – да и другие учёные, – наверняка захотят побывать в Древнем Египте, посмотреть на него своими глазами, поговорить с фараонами, поизучать жизнь древних египтян...

- Увы, миленькие! – развела руками Сятя, взобравшись на саркофаг. – Тут уж ничего не поделать. Во-первых, взрослым нельзя переноситься во времени, во-вторых – мистер и миссис Стоун никак не уместятся в моём саркофаге... А в-третьих, мы так рассчитаем время, чтобы они даже не успели обнаружить нашего исчезновения. Мы успеем оказаться в Древнем Египте, прожить там необходимое время, предотвратить заговор и восстание Менхуперры – и вернуться назад. И, поверьте мне: здесь, в вашем времени – с мгновения нашего путешествия и до его конца – пройдёт не больше минуты! Родители и учёные даже не успеют спохватиться нас...

- Ну, если ты нам обещаешь такое фантастическое путешествие, во время которого никто не заметит нашего отсутствия... – удивлённо пожал плечами Джон, взбираясь на саркофаг к Сяте. – В таком случае, мы готовы. Не так ли, Джек?

- На таких условиях – конечно! – кивнул Джек, также готовясь последовать за братом и мумией. – А сколько времени мы пробудем в Древнем Египте? – обратился он к Сяте.

- Да сколько захотите! – мумия уже спрыгнула в саркофаг и присела к одной из его стенок. – Я была у вас в гостях около года – и поэтому буду рада, если вы пробудете моими гостями столько же времени... А теперь приблизьтесь ко мне, - попросила она мальчиков. – Сейчас мы отправимся в далёкое прошлое!

Говоря это, Сятя возилась со стенкой саркофага. Близнецы присели рядом с ней.

- Что ты делаешь, милая Сятя? – осторожно поинтересовался Джек.

- Да вот, пытаюсь запустить амулет машины времени, - ответила мумия, показывая мальчикам непонятный предмет в виде круга с несколькими вставленными в него цветными камешками, который немного выпирал из стены; рассмотреть его среди иероглифов стоило поистине большого труда.

- Амулет машины времени? – заинтересованно пробормотал Джон. – Откуда ты взяла эту вещь, Сятя?

- Это очень древняя история, о которой почти никому не известно, - таинственно молвила мумия, нажимая по очереди на каждый из камешков. – Папа и мама рассказывали мне, что амулет попал в наш мир из весьма древней космической цивилизации; никто на земле не может понять её действия, кроме самих богов... Будто бы его принесли на сверкающих крыльях посланники самого Осириса, спустившиеся с небес. Среди богов была большая война, и добрые боги спрятали этот загадочный амулет на земле, чтобы он не попал в руки злых богов. А когда битва между ними закончилась и злые боги были побеждены, то амулет так и остался здесь. Папа рассказывал мне, что амулет был подарен богами первым фараонам, которых добрые боги сделали своими преемниками. Фараоны передавали амулет друг другу в наследство, из поколения в поколение; целые тысячелетия он переходил от одной династии к другой. Легенды говорят, что некоторые из моих предков успешно использовали этот древний амулет – они переходили из одного времени в другое, встречаясь с богами и другими небожителями... Папа и мама очень любили меня и отдали его мне. Я никогда с ним не расставалась, пряча эту таинственную вещь в своей кровати, под подушкой... В тот момент, когда мне сделали гробницу, я повелела рабочим вмуровать его в одну из стен моего саркофага, рядом с положенной Книгой Мёртвых, даже не подозревая о том, насколько эта вещичка мне вскоре пригодится... По счастью, злые жрецы распорядились похоронить меня именно в моём саркофаге, не выбрав для этой цели какой-нибудь случайный. Они забинтовали меня, даже не положив на грудь священного скарабея – так спешили от меня избавиться... Я вспоминаю, что когда мне стало очень больно, то я нажала на камешки амулета в том порядке, в котором меня это научил делать папа – и всё закрутилось у меня перед глазами... Я подумала, что уже попала в Царство Мёртвых и что вскоре за мной явится Анубис, чтобы провести мою душу на последний суд Осириса. А мгновение спустя я расслышала ваши голоса – и сдвинула над собой крышку саркофага. Вот так я оказалась в вашем времени и мы познакомились...

- Вот так чудеса! Неужели так быстро и незаметно для тебя над миром пронеслись целых три тысячи лет? – удивился Джон.

- Хм, давай-ка лучше не будем спорить с Сятей, - сказал брату Джек, с восхищением взирая на мумию – путешественницу во времени. – Ведь она уже прошла через это – значит, пройдём и мы...

- Да, - кивнула Сятя, настраивая машину времени. – Теперь мы должны взяться за руки – и не отпускать их, пока не окажемся в Древнем Египте. Я буду крепко-крепко держать вас! – заверила она братьев, нажимая на последний камешек.

И мальчики почувствовали, что всё поплыло у них в глазах, завертелось колесом: Сятя, старинный саркофаг, рисунки на потолке гробницы... Блеснул яркий свет, на смену которому пришла глубокая тьма – путешествие во времени началось.

Часть вторая
Приключения Джона и Джека в Древнем Египте

Глава 1
Джон и Джек во Дворце фараонов

Внезапно тьма вновь сменилась ярким светом – и близнецы открыли глаза. Они по-прежнему находились в саркофаге и крепко сжимали руки Сяти. Принцесса радостно выдохнула и сняла платочек с лица:

- Уф, кажется, что мы прибыли в моё время! Джентльмены, добро пожаловать в Древний Египет!

У Джека и Джона от удивления чуть глаза на лоб не полезли: перед ними сидела не мумия, к виду которой они столь привыкли, а девочка, ну просто очень красивая девочка! Руки её были тёплыми и мягкими, это чувствовалось даже сквозь перчатки. Волосы её были чёрные-пречёрные, заплетённые в две длинные косички. Глазки – две маленькие чёрные бусинки – были аккуратно подведены тушью и вовсю блестели.

- Чего вы так на меня смотрите? – спросила она, видя, что братья не спускают с неё глаз. – Что случилось?

Наконец, к Джону и Джеку вернулся дар речи.

- Сятя! Да ты ли это? – только и сумел выдавить из себя Джон.

- Конечно, я, - ответила красивая девочка, отпуская их руки. – А что произошло?

- Хм, да теперь ты вовсе не похожа на мумию! – выпалил Джек. – Теперь ты – настоящая фараониха! Совсем от людей не отличить... выглядишь, как самая настоящая девочка.

Сятя потрогала свои красивые щёчки и косички:

- Конечно! Ведь я вернулась в своё время – неужели я буду выглядеть здесь так, как будто пролежала в гробнице больше трёх тысяч лет?!..

- Какая же ты... – перебил её Джон, краснея, – э-э-э... красивая!

- Да, Сятя, ты очень красивая! – покраснел следом за ним Джек. – Я ещё никогда не видел такой красавицы...

Мальчики ещё никогда не говорили таких слов ни одной девочке, поэтому смущение их было понятным. Однако, они побороли предательскую трусость, как и следует джентльменам, сказав именно то, о чём думали.

Сятя заулыбалась: ведь девочкам очень нравится, когда мальчики делают им подобные признания. От их слов она стала ещё красивее – и скромно опустила глазки, хлопая длинными накрашенными ресничками.

- Спасибо, милые! – потом словно опомнилась. – Что ж, нам надо выбираться из гробницы, больше тут нечего делать...

И они выпрыгнули из саркофага наружу.

Обстановка вокруг тоже изменилась: на стенах горело, наверное, около сотни факелов, статуи богов прям-таки сияли при таком освещении. Стены и пол гробницы были совершенно исправными, нигде не растрескавшимися и не осыпавшимися, как будто рабочие сделали своё дело – и только вчера ушли отсюда.

- Хм, Джек, да мы действительно попали на тысячи лет назад! – только и произнёс Джон, озираясь по сторонам, когда они втроём шли по чистеньким коридорам усыпальницы.

Его брат был удивлён не менее, поэтому ничего не ответил.

- А что вы себе думали? – улыбаясь, заметила Сятя. – Теперь я распоряжусь служанкам и рабыням, чтобы они отвели нас во Дворец и покормили...

Пока девочка это говорила, они вышли из гробницы на улицу. Близнецы не могли узнать этого места: вместо одинокой пустыни их окружали красивые пальмовые сады, по дорожкам которых прогуливалось много людей в старинных египетских одеждах. Неподалёку от входа в гробницу было привязано к деревьям несколько лошадей и верблюдов; рядом с ними стояло несколько колесниц, рядом с которыми расположились возницы. Небо над ребятами было прозрачно-голубым, вовсю светило солнышко. Совсем неподалёку возвышались Великие пирамиды, занимая собой большую часть открывшейся глазам путешественников изумительной панорамы.

Вдруг несколько девушек и юношей с луками в руках, одетых в длинные юбочки, бросились прямо к ним: мальчики не успели удивиться, как они окружили Сятю и упали на колени.

- О любимица Великого Ра, где же ты пропадала столько времени? – запричитали они на все голоса. – Мы сильно за тебя беспокоились: ушла посмотреть на свою гробницу и пропала... Твоя мама, Сятя Великая, очень волнуется! Сказала, что если мы не найдём тебя, то она бросит нас в тюрьму... И почему вместо золотых и тонких одежд ты наряжена в рубище рабыни?.. А что это с тобой за чужестранцы? – юноши и девушки опасливо покосились на близнецов. – Почему у них такая странная одежда и почему они так похожи? Что за богов или демонов ты привела с собой из Иного Мира, о принцесса?

- Это мои няни, служанки и стража, не бойтесь их! – шепнула Сятя братьям и стала успокаивать девушек. – Ничего страшного не произошло, мои хорошие! Не следует волноваться и моим милым стражам... Просто я немного погуляла по своей усыпальнице и встретила там друзей. Пожалуйста, отвезите нас поскорее во дворец, чтобы мама не беспокоилась!

Две молодые египтянки усадили Сятю на лёгкие носилки и понесли по направлению к колесницам; мальчикам ничего не оставалось, как последовать за ними. Бывшие возле колесниц возницы тоже внимательно осмотрели Джона и Джека, но говорить ничего не стали.

- Я хочу, чтобы Джона и Джека посадили в мою колесницу и как можно быстрее доставили во Дворец! – звонко распорядилась принцесса. – Я соскучилась по папе и маме.

Слова Сяти были исполнены мгновенно: крепкий возница усадил в колесницу девочку, а затем, в порядке очереди, водрузил туда Джона и Джека. Колесница тронулась с места; няни и телохранители Сяти отправились за ними чуть поодаль на других колесницах.

По дороге в Фивы близнецы только крутили головами по сторонам: столько всего вокруг было интересного и необычного! Путь их пролегал по самому берегу великой африканской реки – Нила; братья рассматривали множество людей, трудившихся на полях по обоим его берегам. По реке плавало много лодок: кто-то ловил рыбу для обеда или на продажу, кто-то совершал увеселительную прогулку. Красивые квадратные домики встречались тут и там; несколько раз проезжающим попадались маленькие базарчики, где шла оживлённая торговля.

Люди, находившиеся на улицах или в домах, тоже внимательно рассматривали близнецов, находящихся в колеснице принцессы. Сперва, конечно, они низко кланялись своей маленькой принцессе, но затем долго взирали на сидящих по бокам от неё существ, которые внешне походили на людей, хотя и носили одежду неизвестного покроя.

Наконец, колесница въехала в город через Южные ворота. Сятя почти без умолку объясняла своим гостям, как называются места, по которым они проезжают – Площадь горшечников, Переулок кожевенников; рассказывала о величественных храмах, посвящённых Осирису, Изиде, Ра или Птаху; показывала районы столицы – здесь, мол, проживают писцы, а здесь – ювелиры, и так далее. Мальчики то и дело поражались высоте и красоте того или иного строения; улицы города поражали чистотой, повсюду росли пальмы. А ещё минутой позже их взорам открылась огромная Центральная площадь, на которой были тысячи людей, которые гуляли, общались, торговали... А в глубине площади находился Дворец фараонов. У ребят даже дух захватило от такого великолепия: своими колоннами и крышами постройка, казалось, уходила в небеса; люди у подножия колонн казались настоящими букашками. Огромные статуи богов и фараонов стояли на пьедесталах по обе стороны от Дворца.

В воротах Дворца их колесница была остановлена стражей. Мужчины приготовили луки, увидев рядом с принцессой невиданных доселе незнакомцев, но Сятя улыбнулась им и сказала, что это её друзья, которых надо как можно скорее представить фараонам и покормить. И стража пропустила свою принцессу, склонившись перед её колесницей на оба колена. Дальше дети пошли пешком; нанечки и охрана Сяти следовали за ними на подобающем отдалении.

В самом Дворце их тоже неоднократно останавливали стража или слуги, видя маленькую принцессу в компании таинственных существ, но девочка объясняла им, что ведёт мальчиков к папе и маме. И все падали перед ней на колени.

И вот, перед друзьями оказался тронный зал египетских фараонов. Охрана расступилась, склонившись перед принцессой, и дети вошли в огромное светлое помещение, стены которого были изукрашены изумительными картинами и золотыми иероглифами. Большое количество людей полукругом стояло или сидело перед двумя высокими тронами, записывая что-то на папирус, а на тронах восседали мужчина и женщина в красивых длинных одеждах и коронах египетских царей.

- Это мои папа и мама! – радостно воскликнула Сятя, издалека кланяясь родителям. – А вокруг них – военачальники и советники. Пойдёмте ближе, мальчики!

Фараоны, как только увидели девочку, немедленно поднялись со своих мест и, сделав несколько шагов ей навстречу, протянули к ребёнку руки. Военачальники и советники тут же прекратили свои записи и разговоры, стараясь по одному или небольшими группами покинуть тронный зал. Через минуту в зале осталось только пять человек.

Великие египетские цари с обеих сторон обняли Сятю, а после взглянули на пришедших с ней близнецов.

- Где ты была, Сятя? – ласково спросила принцессу мама. – Мы с папой волновались.

- Кто это с тобой, милая доченька? – спросил папа, рассматривая пришедших.

- Это – мои друзья из далёкой Англии, - ответила Сятя, давая мальчикам знак подойти поближе. – Они близнецы. Это – Джон Стоун, - она украдкой посмотрела на колечко с красненьким камешком, чтобы не перепутать братьев, - а это – Джек Стоун. У Джека – на пальчике синенький камешек; смотрите, не путайте их! Они – мои лучшие друзья! О, боги, если бы вам стало известно, как они помогали мне в моих приключениях, в далёких временах и далёких землях!..

Мальчики одновременно поклонились царской чете:

- Добрый день, сэр! Добрый день, леди!

Великий воин Рамсес Второй и прекрасная Сятя Великая переглянулись и осмотрели зал, не осталось ли кого. Затем фараон-папа шёпотом произнёс:

- В далёких временах и далёких землях? Значит, ты, доченька, использовала силу древнего амулета?

- Да, Сятя, расскажи нам, что ты видела? – спросила фараон-мама, беря девочку на руки и прижимая к сердцу.

- Я видела людей, которые будут жить в далёком будущем, - мечтательно сказала Сятя, обнимая маму за шею и улыбаясь папе. – Эти мальчики – из будущего, настолько далёкого, что в те времена, когда они будут жить, от древнеегипетской цивилизации не останется почти ни следа... Их родители – большие учёные, которые занимаются изучением истории нашего царства и очень любят её загадки! Они опекали меня так много времени...

- Спасибо вам, друзья из другого времени, - сказал тогда фараон-папа, ласково глядя на близнецов. – Спасибо вам и вашим добрым родителям за то, что вы заботились о нашей любимой доченьке! Вы можете оставаться во Дворце, сколько захотите и делать всё, что вздумается. Мы перед вами всегда будем в долгу за нашу Сятю...

- Да, Джон Стоун и Джек Стоун, - добавила фараон-мама, опуская дочь на пол и легонько обнимая мальчиков за плечи. – Будьте нам небесными детьми, а Сяте – божественными братьями. Жить вы будете в собственном зале, а зал Сяти будет рядом с вашим. Но, сперва вам следует переодеться и поесть – на вас такая странная одежда... – и мама с чисто женским любопытством пощупала английское сукно. – М-да, интересный, доселе невиданный материал...

- Мы расскажем вам много интересных вещей, - пообещала Сятя родителям. – А Джону и Джеку необходимо будет встретиться с нашими учёными и поговорить о будущем. О, боги, сколько там таинственных и полезных вещей: машины, холодильники, радио, кинематограф... – принцесса заметила, что чересчур увлеклась воспоминаниями и что фараоны не понимают её. – Ладно, после я расскажу вам сама, а мальчики меня поправят, если что скажу не так, правда? – обратилась она к близнецам.

- Конечно, Сятя! – в один голос заверили её ребята, а Джон добавил, обращаясь к фараону-папе:

- Только вы, многоуважаемый сэр Рамсес Второй, не ходите сейчас на войну с хеттами!

- На войну с хеттами? – удивлённо погладил свой подбородок фараон. – Зачем? Сейчас на границе всё спокойно...

- Значит, неспокойно будет немного позже... – уточнил Джек.

- Ладно, друзья, пойдёмте пока со мной, - предложила Сятя. – Мы ещё расскажем родителям об угрожающей всем нам опасности... А сейчас нам надо переодеться и поесть. После я познакомлю вас со своими братьями и другими детьми, с которыми мы всегда будем играть.

Все трое поклонились царям Египта – и вышли из огромного зала. Слуги быстренько приготовили прекрасное помещение для Джона и Джека, объявив по всему Дворцу, что у принцессы появилось ещё два брата, пришедших с небес. Мальчиков нарядили в древнеегипетскую одежду и на носилках отнесли в трапезную. Там их ждали братья Сяти и другие дети царедворцев, которым прислуживали красивые рабыни. За обедом они много говорили – каждый о своём времени; и хоть египтяне рассказывали о весьма интересных для иноземцев вещах, мальчики изо всех сил налегали на еду: очень уж они проголодались во время путешествия во времени. Правда, в пище было очень много чеснока, но кому ещё из англичан доводилось пробовать настоящие древнеегипетские блюда?

Глава 2
Джон и Джек в древнеегипетской обсерватории

И вот, Джон и Джек надолго погрузились в жизнь Древнего Египта: они жили во Дворце фараонов и люди оказывали им почести, как настоящим египетским принцам. Правда, они частенько невольно нарушали веками установленные традиции – любили ходить пешком, а не быть носимыми на носилках из драгоценного дерева; во время приёма пищи отказывались принимать услуги многочисленных слуг и тому подобное. Фараоны, однако, приказали всем рабам слушаться их и выполнять любые желания мальчиков. Каждое утро они мылись в золотых тазах – шаути, после чего одевались. О, теперь никто в гимназии, даже сами родители не смогли бы признать в них своих друзей и детей: братья носили длинные юбки и мягкие сандалии, на головах их красовались парики-короны. А сколько на них было навешано украшений! На каждом пальце рук было по дорогому кольцу, шею опутывало несколько рядов переливающимися всеми цветами радуги бус; золотом и драгоценными камнями была расшита вся одежда. Поначалу мальчики с непривычки хихикали, глядя на себя в зеркало.

- Интересно, что сказали бы наши друзья да мистер Хэндсом, покажись мы в таком наряде в гимназии? – потешался Джек, рассматривая собственное отражение. – Ну и накрасил же нам глаза парикмахер!..

- Несомненно, хохотали бы до упаду! – широко улыбался Джон, касаясь расшитой золотом оборки своей юбки. – И принимали бы нас за девочек...

- Ничего подобного! – успокаивала их откуда ни возьмись возникавшая в зале Сятя. – У нас мужчины и женщины носят очень похожую длинную одежду и я не вижу в этом ничего смешного... Зато теперь вы действительно похожи на маленьких фараонов. Пойдёмте завтракать, а потом будем играть!

Ребята принимали пищу вместе с Сятей и другими детьми, а потом играли в разные игры. Мальчики под присмотром военачальников учились стрелять из лука, бороться и управлять колесницей. Кроме того, их учили играть на музыкальных инструментах и танцевать. Джон и Джек пытались научить своих египетских друзей английскому боксу, но, после нескольких синяков фараон-мама запретила им подобные занятия.

Однако, не только игры привлекали близнецов. Гораздо большее время они посвящали изучению древнеегипетских наук. К ним во Дворец приходили известные писцы, жрецы и учёные, которым было приказано обучать мальчиков древней премудрости. А Иннака – один из самых знаменитых фиванских учёных – даже устроил своим ученикам настоящую экскурсию по сокровищнице знаний: однажды утром он, вместо обычных занятий, повёл ребят в древнеегипетскую обсерваторию. Сятя, конечно, последовала вместе с ними, даже отказалась от услуг носильщиков.

О таком событии близнецы могли только мечтать! Как же – увидеть своими глазами изобретения и достижения древних египтян, почитать древнейшие манускрипты... Мальчики даже торопили старого учёного, чтобы он скорее шёл, показывая им путь в обсерваторию.

Наконец, они пришли к высоченной башне неподалёку от Дворца фараонов, на которую долго восходили по широкой винтовой лестнице. И вот, пришедшие оказались на самой её вершине; это был огромный зал, в котором трудилось много народа: люди работали возле больших печей и перегоняли воду в странных сосудах, чертили какие-то карты на больших столах, занимались ещё какими-то непонятными работами.

- Чем они заняты, многоуважаемый сэр? – полюбопытствовал Джон, обращаясь к старому учёному.

- Да, сэр, нам хочется знать, что эти люди делают? – поддакнул ему Джек, восхищённо озираясь по сторонам.

- О великие дети богов, - вежливо ответил им провожатый. – Давайте подойдём к ним самим и спросим об этом.

- Очень хорошо! – захлопала в ладоши Сятя. – Так интересно узнать о занятиях мудрых людей, тем более, увидеть столько мудрецов в одном месте – настоящая удача!

Как только принцесса с мальчиками появились в обсерватории, все люди прекратили заниматься своими делами и упали на оба колена. Сятя от имени всех поздоровалась с ними – и учёные вернулись к прерванной работе.

- Объясни, пожалуйста, Анху, - обратился Иннака к толстяку, сидевшему за столом и что-то писавшему на папирусе. – Объясни, пожалуйста, этим детям богов, которые столь неутомимы в своей похвальной тяге к знаниям – что ты делаешь?

Человек встал из-за стола и поклонился Сяте и мальчикам:

- О любимцы Осириса и Исиды! Да будет милостив к вам Гор, бог и покровитель всех наук, за ваше желание проникнуть в тайны мироздания! Я – Анху, математик, и по приказу жрецов хочу рассчитать точную площадь, высоту и объём нового храма Амона. Но пока я до сих пор лишь путаюсь в цифрах... Ах, это такая тяжёлая работа – быть математиком!

- Да нет в этом ничего тяжёлого! – ответил Джон и сел на место учёного. – То есть, в подобных расчётах... А ну-ка, Джек, помоги мне, – обратился он к брату.

Близнецы вдвоём устроились на большом стуле голова к голове – и стали умножать, делить, вычитать и складывать. Четверть часа спустя, после многих подсчётов, зачёркиваний и проверок, они обратились к математику со словами:

- Вот наши вычисления, сэр Анху! Будьте так добры, проверьте их – и отдавайте распоряжение строить храм!

За расчётами мальчиков наблюдали едва ли не все люди в зале; многие из них даже прервали свою работу и приблизились к близнецам. Сятя, гордая за своих друзей, воскликнула, воздев руки:

- Это мои любимые братья – Джон и Джек Стоуны!

Математик сразу стал проверять расчёты ребят; на помощь ему пришло ещё несколько учёных, в числе которых был Иннака. Ещё некоторое время спустя люди удивлённо воззрились на мальчиков.

- Это настоящее чудо! Как вам удалось так быстро справиться с задачей? – Иннака с восхищением глядел на братьев.

- Наверное, вы оба – великие учёные в своих землях? – спросил математик.

- Нет, сэр, мы обыкновенные гимназисты, - скромно ответил Джек. – Просто мы пользовались другими методами вычислений для экономии времени. Поймите, ведь нет ничего проще, чем умножить, разделить или извлечь квадратный корень...

- Ничего, господа учёные, вскоре и вы научитесь совершать подобные операции с простыми и сложными числами, - заверил слушателей Джон.

- Это просто поразительно! – воскликнул Анху, хватая папирус с расчётами братьев и прижимая его к груди. – Благословите, о боги, Египет!

Люди радостно захлопали в ладоши, кланяясь мальчикам. Они же тем временем перешли к соседнему столу, на котором стояло множество непонятных приборов – и стали их внимательно рассматривать. Учёные следовали за детьми буквально по пятам.

- Кто работает за этим столом? – громко спросила принцесса.

Из толпы людей вышел худой и высокий человек.

- Меня зовут Хори, я – придворный астроном и астролог. Всю жизнь я занимаюсь звёздами – с которых вы прибыли к нам, о боги!

- Чем вы заняты, сэр? – поинтересовался Джон. – Что за странные приборы на вашем столе?

- Я создаю календари, - с поклоном ответил учёный. – Кроме того, наблюдаю за звёздами и целыми созвездиями. При помощи этих приборов я вычисляю движение звёзд, Солнца и Луны по небу, а потом создаю небесные карты. Целыми ночами я просиживаю в обсерватории, наблюдая за небесными изменениями. А ещё я рассчитываю гороскопы для фараонов и жрецов...

- Воистину, сэр Хори, у вас очень интересная работа! – сказал Джек, которого очень привлекала астрономия. – Как-нибудь мы обязательно придём к вам в гости ночью, чтобы понаблюдать за движением светил...

- Буду вам премного обязан за такое посещение! – оживился астроном. – Я покажу вам много красивых звёзд и планет, множество чудесных созвездий: например, Скорпиона, Крокодила, Быка... Мы вместе будем рассчитывать ночное и дневное время; один из моих друзей недавно изобрёл изумительную штуку – солнечные часы... А ночью мы будем следить за временем при помощи визирной трубки, - Хори, казалось, грезил наяву. – О, я несказанно буду рад вашему появлению!

И мальчики двинулись дальше. Таким образом, обойдя весь зал, они посетили древнеегипетского медика, который совершенствовал методы лечения людей от глазных и сердечных болезней.

- О, это так благородно – лечить людей! – рассыпался в комплиментах учёному Джон. – Поверьте мне, сэр: ваши потомки будут одними из лучших врачей-хирургов в мире! Египетские доктора будут обучаться медицине и фармацевтике в Англии и спасать тысячи, тысячи жизней!

- Откуда тебе это известно, о любимец Амона?! – развёл от удивления руками медик.

- Ему дано видеть будущее, - пришла на помощь растерявшемуся Джону Сятя, хитренько сверкнув глазками-бусинками. – Всем посланникам звёзд известно то, что произойдёт в далёкие времена...

- Спасибо, милая Сятя! – шёпотом поблагодарил девочку Джон. – Я совсем заболтался...

Следующим был географ. Он гордо показал мальчикам красиво выполненную на папирусе карту.

- Это работа всей моей жизни! – восклицал учёный. – Я расспрашивал многих путешественников, многих чужестранцев – и, наконец, спустя много лет, составил эту карту... Так выглядит вся наша Земля!

Близнецы взяли карту в руки – и недоумённо переглянулись: на ней был изображён Древний Египет и частичка Средиземного моря.

- Простите, многоуважаемый сэр, но это – всего лишь карта Египта! – произнёс Джек, вовремя удержавшись оттого, чтобы не добавить к сказанному «Древнего».

- Конечно, любимец великого Ра, это – карта Египта, - согласился учёный. – А разве Египет – это не вся Земля?

- Конечно, нет! – рассмеялся Джон. – Вот здесь, ниже, - он пальцем показывал географу места, которых не было на карте. Поэтому пришлось их показывать на превышающем размеры рисунка столе. – Здесь, ниже – огромный африканский континент, превышающий территорию Египта во много-много раз... Выше – Средиземное море, затем – Греция, Италия, Испанское королевство, Франция и Германский рейх. Затем, ещё выше – Скандинавия: Королевство Норвегии, Швеции и Финляндия... Тут – Датское королевство. Затем, несколько вправо – Российская Империя – простите, сэр, но чтобы показать её размеры, не хватает стола... А налево – Великобритания. Ну, ещё дальше – Атлантический океан... А там – Северная и Южная Америка, которые намного превосходят собой Африку... Вот тут – уже на полу – Австралия.... А вы говорите: Египет – карта мира!

Джек и Сятя захихикали, учёные недоумённо переглядывались, а старый географ схватился руками за голову:

- Быть того не может! Я составлял эту карту на протяжение долгих десятилетий! Я подробно расспрашивал каждого путешественника, богатого или бедного, о протяжённости и размерах нашей Земли... Неужели меня все обманывали?!

- Никто не обманывал вас, милейший, я в том уверен! – произнёс Джек, взирая на учёного открытым взором. – Дело в том, что ваши сведения относятся лишь к территории Египта... ну, ещё прилегающих к Египту местностей. Однако, поверьте мне: далеко-далеко за вашей страной лежит множество других, населённых самыми разными народами! Просто теперь они ещё не открыты; однако, много столетий спустя появятся смелые исследователи, которые откроют всё, вплоть до ледяной Антарктиды...

Впрочем, упомянув ледяную Антарктиду, Джек умолк. Поскольку понял, что говорить с египтянами о снеге и льде – занятие бесполезное: ему пришло воспоминание о Сяте, которая целый день простояла перед окнами, наблюдая за падающим снегом... Оставив в покое ошеломлённого от услышанного географа, мальчики отправились по залу дальше.

Известные древнеегипетские учёные тем временем совещались между собой, слыша такие удивительные заявления со стороны Джона и Джека.

- Неужели это правда – и Земля круглая?!

- Не может быть... Как и того, что в мире столько много материков и океанов...

- Всем известно, что Египет – единственное государство, а вокруг – одни дикие, варварские поселения...

Сятя улыбалась вместе с братьями, слыша такие разговоры за спиной. Никто из мудрейших учёных Фив не мог поверить в то, что наука и знания о Земле в будущем шагнут так далеко, что от прежних воззрений не останется и следа...

После дети подходили к химику, который пытался вывести новые материалы для строительства. Затем – к ювелиру, работавшему над поразительными сплавами золота, серебра и сделанными из них украшениями... Были они в гостях у многих учёных, накопляющих и совершенствующих знания на благо человечества.

А ещё некоторое время спустя дети стали прощаться с учёными. Да и нянечки поторапливали, и стража, поскольку фараоны могли обеспокоиться их отсутствием во время обеда.

- Что ж, тогда – до встречи, уважаемые учёные! – Сятя сложила ручки на груди. – Надеюсь, что мы ещё увидимся...

- Нет, это просто поразительно! – не переставал удивляться увиденному математик по имени Анху, постоянно кидая взгляд на папирус с вычислениями, который он не выпускал из рук. – Я... Я просто поражён вашими знаниями, о боги! И прошу вас взять меня в ученики...

- Почему тебя одного? – разом зашумели все окружающие. – Мы тоже хотим учиться у богов, которые называют себя непонятным словом «гимназисты» и могут в кратчайший срок сделать сложнейшие и точнейшие вычисления!

- Не стоит беспокоиться, господа! – поднял руку Джон. – Несомненно, что за время нашего пребывания у вас мы обязательно пообщаемся и поделимся знаниями с каждым из вас... Правда, Джек?

- Конечно! Кроме того, мы и сами хотели бы получить от вас кое-какие научные сведения, - его брат легонько поклонился учёным.

- За время вашего пребывания у нас, - мечтательно повторил математик. И вдруг неожиданно спросил. – А потом? Потом вы, наверное, вернётесь к звёздам?

Близнецам и Сяте не оставалось ничего, как улыбнуться. А после они, взявшись за руки, побежали обедать и играть в древнеегипетские шахматы.

Глава 3
Джон и Джек празднуют день рождения Сяти

Конечно, Сятя всё рассказала родителям: о своём путешествии во времени, о полной приключений и чудес жизни в Англии... Поведала она фараонам о готовящемся заговоре жрецов во главе с Менхуперрой и о возможных последствиях этого заговора. Папа и мама внимательно выслушали сказанное дочерью и озабоченно переглянулись.

- Похоже, что заслуга английских мальчиков из далёкого будущего поистине неоценима, - задумчиво произнёс Рамсес Второй, садясь на трон. – Они прибыли в наше время, чтобы предотвратить происки коварного Менхуперры.

- К тому же они очень много знают и умеют, - добавила Сятя Великая, садясь рядом с папой. – Только на днях по их молниеносным расчётам архитекторы начали возводить новый храм... Надо обязательно уговорить их не покидать Египет, пока смута, поднятая жрецами, не уляжется.

- До этого у нас ещё есть время, - успокоила Сятя родителей. – Джон и Джек даже не думают покидать нас, потому что они – настоящие друзья. Просто послушайтесь их, когда они этого попросят – и не ходите на войну! Увидите, что всё закончится само по себе, вернее – ничего не случится.

А мальчики вовсю наслаждались жизнью египетских принцев. Они много учились, ходили в гости к учёным и простым людям, были весьма вежливы и предупредительны со старшими и младшими – и совершенно не кичились своим «божественным» происхождением. Женщинам-водоносам они помогали переносить тяжёлые кувшины, присматривали за их маленькими детьми – словом, старались быть полезными людям, в чём лишь возможно. И в скором времени жители столицы очень полюбили странных пришельцев, стараясь под любым предлогом пригласить их к себе домой и накормить обедом или ужином. Почти всегда вместе с мальчиками была и Сятя, которая вовсе не чуралась помогать близнецам в их добрых делах. Фараон-мама иногда высказывалась дочери касательно её прилюдного поведения, например:

- Сятя, миленькая, ну что с тобой случилось? Сегодня ты весь день ходишь пешком – вместо того, чтобы тебя носили рабы!

- Так ведь это так удобно, мамочка! – отвечала принцесса. – В носилки пока залезешь, пока из них вылезешь...

Или:

- Сятя, ты снова помогала рабыням мыть посуду на кухне? Ты же принцесса! Твои руки не созданы для мытья посуды...

- О, это так здорово! – улыбалась девочка. – Почему бы и тебе не попробовать, мамочка?

Или ещё:

- Сятя, ты опять развлекала бедняков своими танцами? Да что же из тебя вырастет, если ты нисколько не ценишь своё происхождение?

- Зато, когда я вырасту, люди будут любить меня, - отвечала маленькая проказница. – Они всегда будут помнить, что росли вместе со мной, со мной играли – и никогда не сделают мне ничего плохого...

- Что ж, - говорил слышавший подобные разговоры фараон-папа. – Ты, Сятя, со своей простотой гораздо более тонкий политик, чем я... Впрочем, если твоими советниками будут такие сведущие люди, как близнецы из будущего, то я уже теперь спокоен за родную страну.

- Это потому, что когда я стану великим фараоном, в моё правление вообще не будет войн, а все спорные межгосударственные вопросы будут решаться мирным путём, - ластилась к нему девочка, а потом бежала разыскивать Джона и Джека, без которых, казалось, не могла прожить не минуты.

И вот настал день, когда страна должна была отпраздновать шестой день рождения своей любимой принцессы. Приготовления к такому большому празднику начались аж за несколько недель: по всему Нилу туда сюда сновали большие лодки, доставляющие во Дворец всё необходимое для проведения торжества; по дорогам также носились целые караваны колесниц. Своя и чужеземная пища, танцовщики и танцовщицы, музыканты и фокусники, красивые египетские ткани и полотенца, золотые и серебряные украшения, лошади и различные зверюшки для зоопарка – чем только не были нагружены караваны лодок и колесниц! И это – не только потому, что сами фараоны сильно любили свою девочку и старались не скупится на шикарное проведение её дня рождения. Простые люди тоже искренне обожали свою будущую повелительницу, поэтому посылали ей самое лучшее, что было в их домах: торговцы пищей – апельсины, бананы и кокосы, животноводы – молоко и полезные соки, ювелиры – красивейшие и дражайшие украшения, портные – полотенца и одежду... Даже самые бедные старались послать хоть что-нибудь во Дворец Сяти, кладя в колесницу или лодку мешочек фиников или чеснока. И мысленно благословляли будущего правителя Верхнего и Нижнего Египта.

Во Дворце, в связи с приготовлением к празднованию дня рождения принцессы, тоже хватало дел: надо было принимать, сортировать и складывать подарки. Повара и поварихи трудились не разгибая спины; конюшие сбивались с ног; да и что там говорить – у любого слуги дел было по горло. Все очень хотели угодить Сяте, чтобы она осталась довольной проведённым праздником.

И долгожданный день наступил. Проснувшись, Джон и Джек красиво принарядились – и первыми побежали поздравлять свою любимую подругу.

- Здравствуй, прекрасная Сятя! – в один голос воскликнули мальчики, вбегая в детский зал подруги. Принцесса только что проснулась, поэтому сонно хлопала глазками, сидя в кровати. – Поздравляем нашу милую с днём рождения! – и они стали обнимать и целовать девочку. – Пойди посмотри, сколько много подарков приготовили тебе родители, друзья и народ! Целый соседний зал ими засыпали!

- Спасибо, мои дорогие! – Сятя окончательно проснулась. – Вы – самые первые, кто поздравляет меня... Идёмте же смотреть подарки!

Принцесса оделась в нарядную одежду и дети выбежали из зала. Но сначала они завернули в тронный зал, где поклонились фараонам; царя и царицу окружало множество высших государственных сановников.

- Поздравляем тебя, о божественная Сятя! – торжественно произнёс Рамсес Второй, поднимаясь с трона; следом за ним со своего места поднялась и Сятя Великая, нежно и с непередаваемой любовью глядя на дочь. – Поздравляем тебя с днём рождения – и начинаем долгожданный праздник! Всё, сказанное тобой здесь, будет услышано во всём Египте!

- Всё, сказанное тобой здесь, будет услышано во всём Египте! – повторила фараон-мама.

Затем эту же фразу громко произнесли все присутствующие в зале.

- Что это значит, Сятя? – спросили мальчики. – Что означают слова великих фараонов?

- Это – наибольший подарок, которые делают мне родители, - ответила принцесса, бросаясь по очереди на шею папе и маме. – Это значит, что любое моё желание будет исполнено...

Она вернулась к братьям и, закрыв глаза, задумалась. Джон тихонько тронул девочку за плечо:

- Что случилось, милая Сятя?

- Да, почему ты молчишь? – полюбопытствовал Джек.

- Думаю, - ответила принцесса, открывая глаза.

- О чём?

- Чего бы попросить... Может, стоить просить снизить цену на Книги мёртвых? Если хотите, можете помочь мне думать! – она взяла братьев за руки.

- Хорошо, - Джон наклонился к принцессе и быстро зашептал ей на ушко. – Проси, чтобы бедных города кормили в честь твоего дня рождения целую неделю! Тогда народ полюбит тебя ещё больше!

- О, это замечательная мысль! Спасибо тебе, Джон! – оживилась Сятя и громко повторила его слова.

Фараоны и сановники переглянулись.

- Проси, чтобы всем воинам египетской армии больше платили! – зашептал Джек в другое ухо принцессы. – Тогда они всегда будут помнить об этом и станут защищать тебя и государство вдвое надёжнее!

- Прекрасно, Джек! Спасибо и тебе! – и Сятя на весь зал произнесла услышанное.

Люди вновь молча переглянулись. Царь с царицей улыбнулись, и Рамсес Второй возгласил:

- Да сбудутся твои слова, дочь моя! Из тебя вырастет весьма мудрый правитель! Пусть весь народ знает о том, какой великий фараон когда-нибудь воссядет на трон Египта!

И он повелел находящимся в зале гонцам немедленно разнести приказ Сяти по всей стране.

А затем все стали поздравлять принцессу. Следом за родителями подошли братья-принцы, потом – жрецы, военачальники, учёные и другие известные люди. Сятя всем улыбалась и попутно объясняла близнецам, кто её поздравлял:

- Смотрите, это – Схетепибра, главнокомандующий папиной армией, - указала она на высокого и очень сильного воина с луком и колчаном стрел за спиной; в руках он держал огромный серпообразный меч. – А это – Джехути, великий хранитель фиванской библиотеки... Хаперхари – это, по-вашему, министр иностранных дел... Обратите внимание, - вдруг зашептала она, указывая глазами на старого маленького человечка с бегающими глазками. – Это и есть верховный жрец Менхуперра...

- Мы запомним его, - также тихо пообещали братья. – Возможно, очень скоро нам придётся следить за ним...

А люди подходили до тех пор, пока все в зале не поздравили красавицу-принцессу. После Сятя вместе с Джоном и Джеком побежали рассматривать подарки, которых действительно оказалось очень много! Много разных вкусных вещей на золотых блюдах, много странных птичек и зверюшек в клетках для царского зоопарка, много платьев, украшений и тому подобного. А затем дети выбежали из Дворца – и удивлённо замерли на месте от увиденного: огромная площадь перед ним, едва не исчезавшая за горизонтом, была полным полна народа! Тысячи и тысячи горожан – среди которых было много пришедших издалека, из других городов – пришли сегодня в столицу, чтобы поздравить маленькую Сятю. И толпа людей, увидев, наконец, свою принцессу, стала рукоплескать ей; до детей донеслись радостные крики поздравления.

- Помаши им рукой и ты! – шепнули девочке братья. – Пусть люди знают, что ты всегда с ними...

Сятя так и поступила, улыбнувшись своей чистой, прекрасной улыбкой. Крики толпы после этого буквально превратились в настоящий ураган поздравлений.

Постояв на ступенях Дворца ещё немного, дети вернулись назад, в тронный зал. Сегодня в него были внесены огромные столы с угощениями; да и в каждом, пожалуй, зале сегодня царила праздничная суматоха. Дети наелись до отвала и после праздничного обеда отправились поспать. А после, когда они проснулись, Джек предложил немного прогуляться по Фивам, Джон поддержал такую идею – и принцесса согласилась выйти в город. Конечно, следом за ними отправился целый отряд нянечек и вооружённой стражи, чтобы по первому слову принцессы придти на помощь ей или мальчикам.

Людей на Центральной площади было видимо-невидимо. И все они кланялись детям, благословляя их доброту: оказалось, что большое количество поваров приступило к своим обязанностям, выполняя распоряжение маленькой принцессы – они готовили много еды и раздавали её людям прямо под открытым небом.

Вдруг, когда Сятя с Джоном и Джеком свернули на одну из улиц рядом с площадью, они встретили мальчика, который был очень бедно одет. Он шёл навстречу нашим друзьям и утирал кулачками слёзы.

- Что случилось? – участливо спросил его Джек, останавливаясь. – Тебя кто-нибудь обидел?

- Почему ты плачешь? – поинтересовался и Джон, глядя в лицо бедного мальчика. – Ведь сегодня – день рождения фараонихи Сяти, поэтому все люди радуются. Посмотри вокруг: видишь – нет ни одного грустного лица!

- Да, это правда, - печально ответил незнакомец, падая на колени перед принцессой и новоявленными принцами. – Что и говорить: наша Сятя – великий фараон и сегодня у неё день рождения...

- Но почему ты всё-таки плачешь? – вмешалась в разговор сама принцесса. – Я могу наказать твоего обидчика...

- Меня никто не обижал, - мальчик вновь поклонился. – Просто у меня сегодня тоже день рождения. И мне тоже исполнилось шесть лет. Но папа и мама у меня – люди бедные, поэтому не могут мне ничего подарить...

- Какая ерунда! – перебила его Сятя, радуясь, что может помочь ребёнку небогатых родителей. – Стража! Нянечки! – крикнула она идущим за ними взрослым. – Я приказываю кому-нибудь из вас вернуться во Дворец и доставить сюда колесницу с игрушками, вкусными кушаньями и дорогими вещами!

Спустя некоторое время слова её были исполнены – и Сятя покормила мальчика, подарила ему много игрушек и золотых украшений.

- Отдай золото родителям: они смогут продать его и купить всего, что пожелают, - ласково сказала Сятя. – Только больше не плачь...

- Мы все поздравляем тебя с днём рождения, - сказал Джон, пожимая руку маленькому египтянину и замечая, какой благодарностью и радостью засияли его глаза. Джек тоже пожал ему руку – и они вернулись во Дворец.

- Сятя, какая же ты у нас умная и добрая! – наперебой говорили близнецы, восхищаясь находчивостью девочки.

А тот мальчик рассказал другим бедным детям о неожиданном подарке – и столько их пришли на Центральную площадь! И что вы думаете? – Сятя распорядилась одарить их всех!

- Зачем мне столько игрушек и дорогих вещей? – говорила она возражавшим поначалу взрослым. – Мне и так их девать некуда... Лучше отдать детям, родители которых не могут себе позволить порадовать их.

Рамсес Второй и Сятя Великая поняли дочь и не стали запрещать распоряжаться вещами, которые и так ей принадлежали. В тот день сотни бедных детей получили богатые дары; и когда родители этих детей пришли поблагодарить и благословить девочку, то их набралась почти полная площадь! Сама же Сятя считала этот день рождения лучшим в жизни.

- Я так счастлива! – говорила она. – За один день можно сделать невероятно много полезных дел. Просто надо уметь искренне делится радостью с другими. Тогда всем будет хорошо...

Глава 4
Джон и Джек в потустороннем мире

Однажды, после того как Джон, Джек и Сятя посетили храм Осириса, где долго говорили с жрецами о загробной жизни, с братьями произошло нечто необъяснимое: они умерли и попали в Дуат – потусторонний мир древних египтян. Как будто их похоронили глубоко под землёй в огромной гробнице в Долине Царей, которую украшали много иероглифов и настенных изображений. Джон и Джек поднялись из саркофагов и удивлённо уставились друг на друга. На шее каждого висел священный скарабей, символ человеческого сердца. К великому своему неудовольствию мальчики обнаружили, что не могут говорить. Однако, в то же мгновение осознали, что вполне способны общаться мысленно.

«Смотри, Джек, - глядя на брата подумал Джон. – Как красиво вокруг! Где, по-твоему, мы находимся?»

«Да никак в самом Дуате! – также мысленно изумился Джек, оглядываясь. – Видишь, повсюду картинки из загробной жизни... И Книга мёртвых в наших руках... Честное слово, мы попали в Царство умерших, где должны предстать перед Судом Осириса!»

«Вот так история! Что же, теперь нам следует подготовиться к встрече с древнеегипетскими демонами?» - вновь беззвучно спросил Джон, но брат не успел ответить ему: воздух перед саркофагами пришёл в движение, замелькали какие-то неясные тени – и они увидели бога мёртвых Анубиса, защитника и проводника людей по загробному пути, который возник будто бы ниоткуда.

Конечно, близнецы узнали его сразу: ведь они столько времени с папой и мамой изучали изображения древних богов! Высокая, прекрасно сложенная человеческая фигура с головой собаки... В руках Анубис держал жезл; им он поочерёдно коснулся губ Джона и Джека, произнеся громким голосом, эхом отдававшимся в помещении гробницы:

- Отверзнитесь уста ваши и сердца, чтобы вы смогли достойно отчитаться загробному владыке Осирису о своей земной жизни!

И мальчики почувствовали, что вновь могут говорить! И немедленно стали читать по Книге приветственное заклинание богу мёртвых:

- О великий Анубис, покровитель бальзамировщиков и защитник усопших в их последнем пути! Охраняй нас, пока мы будем двигаться через Двенадцать врат!

- Я буду незримо сопровождать вас, - ответил Анубис громовым голосом и взмахнул волшебным жезлом. – Буду указывать вам правильный путь, чтобы не сбились вы с кратчайшей дороги... А теперь идите! – добавил он, вновь превращаясь в неясную тень, пока совсем не исчез с глаз.

И Джон с Джеком пошли вперёд по бесконечному, казалось, коридору, высоты потолка которого не было видно даже при свете многочисленных факелов.

- Здесь написано, - говорил по дороге Джек, разворачивая папирус Книги мёртвых, - что нас ожидают Двенадцать врат, каждые из которых мы должны преодолеть в течение часа. Что в пути нам будут мешать демоны в виде змей, грифонов и жуков; однако, в Книге есть специальные магические формулы, чтобы сражаться с ними и победить...

- Значит, нам лучше поторопиться! И пусть Книга мёртвых будет у тебя, поскольку ты быстрее читаешь по-древнеегипетски, – отвечал Джон. – Поспешим! Ведь у нас с тобой нет наручных часов, следовательно, мы не можем знать течения времени наверняка...

И вот они подошли к Первым вратам – высоченным каменным створкам, покрытым иероглифами, которые были опутаны огромными королевскими кобрами. При виде мальчиков змеи распахнули пасти, чтобы покусать и съесть близнецов, когда братья услышали над собой голос невидимого Анубиса:

- Дети, посмотрите в папирус и прочитайте заклинание для Первых врат! Эти чудища не смогут причинить вам вреда!

- Скорей, Джек! – воскликнул Джон, пятясь от змей подальше. – У нас мало времени: кобры сейчас доберутся до нас!

Джек скользнул пальцем по Книге мёртвых, находя нужные магические слова и нараспев произнёс их. Эффект заклинания сказался незамедлительно: змеи, извиваясь и громко шипя, расползлись по сторонам, освобождая дорогу потусторонним путешественникам. Да и врата после слов Джека распахнулись настежь, будто чья-то огромная незримая рука открыла их изнутри.

- Итак, первое дело сделано, - с облегчением вздохнул Джон. – Что ж, идём дальше...

Затем им пришлось перебраться по маленькому и шаткому мостику через грохочущую подземную реку; ребята опасались, что мостик не выдержит их веса и оборвётся, но всё обошлось. Пройдя ещё немного, они увидели Вторые врата, возле которых носились целые сонмы больших и страшных летучих мышей.

- Скорей читайте заклинание! – вновь раздался над мальчиками голос бога мёртвых. – Иначе летучие мыши заметят вас и нападут. А зубы у них очень острые...

- Джек, ты слышал? – спросил Джон, укрываясь с братом за каким-то камнем неподалёку от врат. – Что-то мне не очень охота узнать, насколько остры зубы этих летучих мышей...

И, как только тучи летучих хищников бросились на мальчиков, Джек громко прочитал волшебные слова – и они отступили, взлетая высоко-высоко, пока не исчезли из глаз; а врата, загрохотав и заскрипев, открылись подобно первым.

- Нам везёт, - заметил Джек, сверяясь с Книгой мёртвых. – Осталось ещё десять врат – и мы будем на месте...

- Да, но ты не забывай, что каждое испытание наше будет сложнее предыдущего, - напомнил Джон. – Достаточно не пройти одних-единственных врат – и мы погибнем в этом зловещем месте! Пошли!

Мальчики продолжили путь. Перед Третьими вратами на них с отвратительным жужжанием напали здоровенные жуки, величиной с лошадь – и попытались порвать их на части своими ужасными лапами. Но Джек вовремя успел использовать заклинание против них – и жуки исчезли, будто растаяли в воздухе.

За Третьими вратами находилось огненное озеро, к берегу которого была привязана маленькая тростниковая лодочка. Близнецы удивлённо воззрились друг на друга.

- Ну, и как же нам перебраться через ревущее пламя? – пробормотал Джон, вглядываясь вдаль – где-то далеко был едва различим противоположный берег. – Неужели на простой лодочке можно переплыть эту стену огня: мы сгорим ещё до того, как уплывём хоть на фут от берега!

- Так посмотрите в папирус, - вновь подсказал им голос незримого Анубиса. – Не пугайтесь: там вы обязательно найдёте подсказку!

И братья послушались бога мёртвых: безбоязненно сели в лодочку и Джек развернул папирус, нашёл нужное заклинание и прочёл его вслух. И случилось чудо: маленькая тростниковая лодочка превратилась в большое каменное судно, которое тут же само по себе устремилось к противоположному берегу огненного озера. Да и жар пламени сразу ослаб.

Судно неслось к другому берегу как на крыльях, будто все ветры Вселенной дули в его парус. Мальчики стояли на его корме и глядели на бушующее пламя за бортом.

- Честное слово, - разводил руками Джек. – Расскажи кому-нибудь про такие чудеса – ни за что не поверят! А если взрослым, так вообще начнут высмеивать...

- О боги! – воскликнул Джон, на манер Сяти воздевая руки кверху. – Да кому ж ты об этом собрался рассказывать?! Неужели мистеру Хэндсому и всему классу в придачу? В этом месте нет и не может быть людей... кроме тех, конечно, которые прошли Дуат до нас. Но им, само собой, этот путь уже известен, поэтому удивить своим рассказом тебе будет некого...

Спустя ещё немного времени братья проворно сошли с корабля на берег. И тут случилось новое чудо: судно вновь превратилось в папирусную лодочку, которая немедленно вспыхнула – и сгорела прямо на глазах.

- Вот это, видимо, и называется – сжечь за собой корабли, - философски изрёк Джек, сверяясь с указаниями на папирусе перед уже видневшимися Четвёртыми вратами.

- Назад нам не вернуться... да и не зачем, - согласился Джон, спеша вслед за братом.

Так они успели пройти все Двенадцать врат, ни разу не опаздывая к положенному сроку. По пути Джону и Джеку неоднократно пришлось сталкиваться с шипящими змеями, жужжащими жуками, огромными скорпионами или грифонами. Но всякий раз голос невидимого спутника – бога Анубиса – подсказывал им, какие заклинания надо читать и как будет лучше преодолеть то или иное препятствие.

Наконец Джек, держащий папирус, заметил, что прочитал почти всё, что было на нём написано.

- Смотри, Джон, - радостно сообщил он брату. – А Книга-то почти закончилась! Значит, мы подходим к концу путешествия по Дуату.

- Это хорошо, - согласился Джон, радостно потирая руки. – Честно говоря, от этого местечка мне с самого начала не по себе... То демоны, то огненные или водные приключения, то ещё что-нибудь ужасное... Скорей бы уж выбраться отсюда!

Наконец, мальчики подошли к обыкновенной по размерам двери и открыли её. За ней был маленький зал, в котором стоял трон. А на троне сидел человек с головой быка. Прямо за его спиной находилась другая дверь. Братья легонько поклонились сидящему незнакомцу и попытались пройти к этой двери, но человеко-бык жезлом преградил им путь:

- Постойте, постойте! Куда это вы? А кто будет передо мной оправдываться?

- Что вы делаете, мальчики? – загремел по залу голос Анубиса. – А ну-ка прочитайте, что написано в Книге! Сейчас перед вами будет сорок две двери, за каждой из которых древнеегипетское божество будет испытывать вас на честность...

- К тому же ко мне нельзя входить по двое! – надулся человеко-бык. – Каждый умерший отчитывается индивидуально.

- Но мы – близнецы, поэтому всегда ходим вместе – и на этом свете и на том... то есть, и на том и на этом... – запутался Джон; Джек тем временем читал про себя написанное в папирусе.

- Близнецы? Ах, ну конечно, вижу, – ответило божество. – Ладно, раз у вас одна Книга на двоих, как и положено близнецам, то я выслушаю обоих сразу и предупрежу других богов, чтобы пускали вас вместе...

- О Усех-немтут, я не чинил зла! – громко прочитал Джек. И легонько толкнул в бок Джона, шепнув ему на ухо:

- Ну, что стоишь? Повторяй за мной всё, что я прочитаю, иначе боги не пропустят тебя к Осирису!

- Я не чинил зла! – повторил Джон, закрывая глаза, словно во время ответов у доски.

- Проходите! – сказал Усех-немтут; после его слов вторая дверь в зале распахнулась и мальчики вошли в неё.

В следующем зале на троне сидел человек с головой льва. Джек поднял к глазам Книгу и громко прочёл:

- О Хепет-седежет, я не крал!

- Я не крал! – эхом отозвался Джон, рассматривая дверь за троном человеко-льва.

- Проходите! – ответило божество, указывая жезлом в конец зала.

Таким образом братья прошли все сорок два зала. Они признавались богам, что не убивали, не завидовали, не лгали, не болтали попусту, не были грубыми – и боги пропускали их.

- Уф-ф-ф! – выдохнул Джек, когда за ними закрылась последняя дверь и они оказались перед большой лестницей. – Наконец-то всё закончилось!

- Почти всё, - услышали мальчики голос Анубиса – и бог мёртвых сам предстал перед ними. – Теперь мы должны с вами расстаться: я привёл вас к залу Суда Осириса и здесь моё сопровождение заканчивается. Мне надо вернуться к Вратам в Дуат, поскольку меня ждут другие умершие... – сказав это, Анубис на прощание взмахнул жезлом и исчез.

Сразу после этого Джон и Джек увидели, как по лестнице к ним спускается красивый человек с головой сокола.

- О великий Гор, сын Исиды и Осириса, любимец богов, мы приветствуем тебя! – почти в один голос произнесли братья, вспоминая уроки, полученные от мамы и папы.

- Пойдёмте со мной, дети! – ласково позвал ребят человек-сокол. – Я проведу вас на Суд Осириса, - и за руки повёл их вверх по лестнице.

Лестница заканчивалась перед расписанными лазуритом дверями; бог Гор распахнул их, подталкивая мальчиков вперёд:

- Ступайте смело, и да свершится предначертанное от сотворения времени!

В центре сверкающего зала стояли большие весы, рядом с которыми находилось несколько богов и богинь; прямо над ними на троне, держа в руках символы власти фараонов, сидел Осирис – бог загробного царства.

- Подойдите к весам, - сказал им Осирис. – И дайте свои сердца, чтобы взвесить их! Но только по одному!

Джон, как и подобает старшему брату, первым шагнул к весам, положив на одну из чаш снятого с шеи священного скарабея. На другую чашу богиня Маат положила пёрышко – Истину, которое до этого было украшением в её красивых чёрных волосах...

- О сердце, не клевещи на меня во время Суда! – произнёс Джон священную формулу. И весы пришли в движение; близнецы даже зажмурились, ожидая, когда они перестанут качаться.

По древнеегипетским верованиям, если человеческое сердце окажется тяжелей пёрышка богини Маат – Истины, или наоборот – легче его, то человека съест ужасное существо – Аммит, пожирательница мёртвых с пастью крокодила, головой и лапами льва, а также туловищем гиппопотама, которая злобно выглядывала на мальчиков из-за трона Осириса. Потому, что сердце не может весить больше или меньше Истины – оно должно соответствовать ей.

Богиня Маат улыбнулась; следом за ней улыбнулся и Осирис – чаши весов находились в абсолютном равновесии.

- Ты свободен, Джон Стоун, - провозгласил Осирис. – Иди за Двери Смерти, которые приведут тебя на Поля Иалу – рай, где ты будешь жить вечно!

- Спасибо, о великий повелитель умерших, - замялся Джон. – Только мне хотелось бы дождаться брата...

- Ладно, - кивнул ему бог, - сейчас мы узнаем, пойдёт ли он с тобой или нет...

- О сердце, не клевещи на меня во время Суда! – теперь своего священного скарабея на чашу весов положил Джек.

Маат опустила на другую чашу пёрышко... Джек, равно как и Джон, вторично зажмурились, пока зал не огласился словами Осириса:

- Ты свободен, Джек Стоун! Иди за Двери Смерти, которые приведут тебя на Поля Иалу – рай, где ты будешь жить вечно!

Братья облегчённо вздохнули: все испытания загробного мира закончились. До их ушей донеслось, как недовольно заворчала и заурчала Аммит из-за трона Осириса.

- Книгу мёртвых можете оставить здесь, - улыбнулась мальчикам богиня Маат. – Она вам больше не понадобится... Идите за Двери Смерти, - она указала на массивные золотые ворота, которые сами по себе стали открываться и из-за которых сиял ослепительный свет...

И они шагнули в этот свет. И оказались на берегу чудесного оазиса; его окружали горы и леса; тут и там были разбросаны красивые домики. Много счастливых, постоянно улыбающихся людей гуляли по пальмовым лесам или катались на лодках по голубой глади озера. Светило мягкое солнышко, дул приятный ветерок. Как вдруг... Прямо из ближайшего домика к братьям выбежала Сятя!

- Джон! Джек! Мальчики мои! Я так рада вас видеть! – воскликнула она, бросаясь к ним и крепко обнимая. – Без вас так скучно, милые!..

Близнецы открыли глаза одновременно: Сятя сидела перед ними и гладила их по щекам. Они находились в своём зале во Дворце фараонов, в собственных кроватях.

- Без вас так скучно, милые! Просыпайтесь, пожалуйста! Давайте во что-нибудь поиграем... – вновь произнесла маленькая принцесса.

Джон и Джек покрутили головами – неужели приснилось? И, не сговариваясь, поведали о своём сне Сяте.

- Хвала богам! – обрадовалась девочка, когда Джон и Джек закончили рассказ. – Значит, даже в загробном мире мы с вами не расстанемся! Друзья всегда должны быть рядом – и на этом свете, и на том...

Глава 5
Джон и Джек становятся советниками Сяти

Пока с братьями и Сятей происходили вышеупомянутые события, верховный жрец Менхуперра не дремал. Некоторое время спустя, глубокой ночью, он и несколько преданных ему друзей-жрецов собрались в тайном месте – на вершине одной из заброшенных башен за городом, – чтобы посовещаться относительно своих предательских планов.

- О мои верные сторонники! – восклицал Менхуперра, обращаясь к товарищам. Свет факелов злобно отражался в его зрачках. – Это что же происходит? Пришельцы со звёзд нарушили все наши задумки! Ещё немного – и боги совсем отвернутся от нас... Сперва эти негодники нарушили порядок в государстве своим внезапным появлением, затем – фараоны приблизили их к себе и поселили во Дворце, в котором, честно говоря, уже давным-давно должен был проживать я сам... Они очаровали наших учёных неслыханными доселе знаниями, они оказывают помощь простому народу. Да и принцесса поддерживает каждое сказанное ими слово. Что будем делать, друзья?

- Сказанное тобой, о верховный жрец, печальная правда! – ответил Менхуперре человек в лёгких одеждах и с жезлом в руке. – Мальчишки крайне мешают нашим планам; немало забот доставляет и то, что им известно будущее. Да и принцесса Сятя тоже хороша... Самое страшное в том, что её и так любит народ, однако теперь она настолько завоевала его любовь, что положение наше сильно ухудшилось. Подумать только: она ест на улицах вместе с бедняками, дарит им подарки, помогает Джону и Джеку присматривать за детьми простолюдинов...

- ...А ещё – носить воду и мыть посуду на царской кухне! – добавил к его словам другой жрец, у которого был только один глаз, отчего лицо его казалось очень злым. – Об этом мне недавно рассказала одна из её нянечек... Сятя и пришельцы из далёких миров сделали столько добрых дел, что нас в скором времени никто не поддержит, когда мы захотим свергнуть Рамсеса Второго и Сятю Великую! Никто из народа и солдат не пойдёт за нами!

- Так что же всё-таки будем делать? – вновь спросил Менхуперра, поглядывая на других заговорщиков. – Если так и будет продолжаться, то мы совсем останемся без поддержки египетского населения!

- Может, начать совершать добрые дела и нам? – предложил ещё один жрец. – Это – вернейший путь завоевать симпатию народа.

- Да разве мы хоть раз делали добрые дела? – удивился Менхуперра. – У меня даже рука на такое не поднимается... К тому же все сразу начнут подозревать, что мы что-то задумали, раз ни с того ни с сего подобрели.

- Тогда надо придумать какой-нибудь другой путь, - сказал жрец, который до сих пор не произнёс ни слова. – Например, я недавно узнал от своего знакомого царского министра, что вскоре может начаться большой военный поход на хеттов, которые, как всем известно, уже дважды отказываются платить дань Египту. Предлагаю воспользоваться моментом, когда Рамсеса Второго и его главнокомандующего Схетепибры не будет в стране – и захватить власть.

- А что? – мгновенно оживился Менхуперра. – Идея довольно соблазнительная... Ведь у нас тоже есть немного солдат: пусть они мучают и убивают людей, пока фараон со своей армией будет сражаться с хеттами далеко отсюда. Сятю Великую, её детей и английских гимназистов мы бросим в тюрьму, а там будет видно, что с ними делать. А когда в город вернётся Рамсес Второй, то окажется, что Египтом правит новый фараон, то есть я... – от удовольствия верховный жрец даже замурлыкал. – Да, это очень хороший план: а главное, гораздо приятнее и дешевле, чем творить добро... и делать ничего не надо. Следует подождать военного похода против хеттов – и всё будет чудесно!

Посовещавшись ещё немного, заговорщики глухими тропами разошлись по домам, чтобы никто не увидел их и не спросил, что они делают поздней ночью за городом. Жрецы легли спать, не зная, что с самого утра их поджидают большие неприятности.

Когда Джон и Джек проснулись и оделись, к ним вошли два воина из стражи фараона и попросили следовать за ними в тронный зал. Ребята преспокойно пошли за ними, поскольку не делали ничего плохого и совесть их перед владыками Египта была чиста.

Фараоны сидели на своих местах, держа в руках символы власти – золотые жезлы. Вокруг них стояли принцы, военачальники, жрецы и высокие сановники. А между тронами папы и мамы, сидя на ступеньках, Джону и Джеку улыбалась нарядная Сятя.

Ребята поняли, что опасаться им нечего. И тогда Рамсес Второй громко заговорил:

- Всё, сказанное здесь, будет услышано во всём Египте! Я и моя божественная жена Сятя решили, что пришёдших к нам посланников небес надо наградить за их доброту и мудрость. Поэтому мы дарим им очень красивый дворец на Центральной площади, в котором много комнат и бассейнов с прозрачной водой, чтобы мальчики могли купаться и отдыхать в тени высоких пальм. Им будут прислуживать сотни рабов и рабынь; повара будут готовить им вкуснейшие блюда, а возницы – катать на самых дорогих колесницах. Кроме того, за большие знания мы назначаем великих гимназистов Джона и Джека Стоунов нашими советниками и разрешаем им установить свои статуи в каждом храме египетской столицы...

Слыша такие речи правителя, Менхуперра и его друзья скрежетали зубами от зависти. О таком мечтал каждый из них! А тут на тебе: все почести достались мальчишкам, неизвестно откуда явившимся! Поэтому жрецы злобно переглянулись – и незаметно покинули зал.

Сятя вскочила со ступеней и бросилась обнимать близнецов, которые стояли как громом поражённые от услышанного. Люди вокруг захлопали в ладоши, поздравляя маленьких принцев.

- Это я попросила папу и маму о вашем назначении! – улыбаясь, призналась девочка, легонько пританцовывая между братьев. – Вы такие умные и добрые, что должны занимать лучшие места в государстве! К тому же, помнится, я обещала вам ещё на вашем дне рождения, что сделаю вас прекрасными советниками... Вот я и выполнила обещанное! – заключила принцесса, также хлопая в ладоши.

До близнецов, наконец, дошёл смысл сказанного. Они поклонились фараонам.

- Прошу подняться к нам, - сказала Сятя Великая, делая мальчикам призывный жест рукой. – Отныне вы будете занимать место прямо за нашими тронами, чтобы советовать нам правильное решение по тому или иному государственному вопросу...

Однако, Джон и Джек не двигались с места, потому что множество мыслей внезапно пришли им в голову. Они, как полагается разумным детям, сперва взвешивали все за и против перед принятием такого важного решения. Потому и оставались на месте.

- Ну, чего вы застыли как статуи? – поторапливала их Сятя, тормоша одного и другого за руку. – Пойдёмте, папа и мама ждут нас!

И тогда Джон поклонился фараонам и произнёс:

- Ваше величества, многоуважаемый сэр Рамсес Второй и прекрасная леди Сятя Великая! Мы с братом весьма благодарны вам за такие милости, только, боюсь, что не сможем принять ваши дары... – и поклонился ещё раз.

Удивлённый шёпот пронёсся по тронному залу; изуслённые стражники едва не выронили из рук оружия. На каждом лице – не исключая и фараонов – читалось полное непонимание причины неожиданного отказа.

- Простите нам сие недоразумение, - поспешил на помощь брату Джек, - но, в силу известных причин, мы вынуждены отклонить наше назначение на пост советников ваших величеств... Мы с Джоном полагаем, что нам не стоит быть государственными деятелями и желаем оставаться простыми принцами.

- Почему? – воскликнул едва ли не весь зал.

- Почему? – эхом повторила Сятя и посмотрела на друзей округлившимися глазами. – Вы не хотите стать самыми великими египтянами?

- Этого-то мы и боимся, - ответил Джек, глядя на брата, который, казалось, понимал его с полуслова. – Поэтому вполне готовы поведать всем честным людям о причинах наших опасений... Во-первых, не нужно нам никакого дворца с бассейнами, пальмами и рабынями: нам хорошо и здесь...

- К тому же, - перебил его брат, - к тому же тогда нам придётся жить далеко от Сяти, а мы очень привыкли видеть её рядом...

- Верно, - поддержала его девочка. – Об этом я совершенно не подумала...

- А наших статуй в храмах не нужно и подавно... – хотел продолжить мальчик, но тут даже сами фараоны привстали с тронов:

- Почему? – вопросительно нахмурила брови фараон-мама.

- Почему? – развёл руками фараон-папа. – Разве вы не хотите быть знаменитыми? Разве не хотите, чтобы люди поклонялись вам как богам? Отчего вы отказываетесь от такого замечательного подарка?

- Отчего? – выдохнул весь зал.

- Я попробую объяснить вам, - заговорил Джон. – Только и вы попробуйте понять сказанное... Понимаете, нам с братом не хотелось бы нарушать ход истории. Что же получится, если мы согласимся с вашим предложением? Это значит, что в далёком будущем учёные археологи, проводя раскопки в древнеегипетских храмах, вдруг найдут наши с братом изображения!

- Что же в этом плохого? – спросил Рамсес Второй. – Вот им и станет известно, насколько вы были великими ещё в наши времена! И нечего тут скромничать...

- Простите, сэр, но это приведёт учёных и всю египтологию к большим заблуждениям! – поспешил на помощь брату Джек. – Представьте себе, что они найдут множество статуй с египетскими лицами, среди которых окажутся две с английской внешностью! Да подобное открытие станет настоящим научным скандалом! И что же будет, когда мы пойдём в Королевский музей с классом – и среди экспонатов обнаружим собственные статуи?! Нет, ход истории нарушать нельзя...

Пока мальчики говорили с фараонами, Сятя, кажется, стала что-то соображать. Верно: нельзя вмешиваться в прошлое, мало ли чего можно натворить! Вдруг всё пойдёт не так, как должно случиться?

Честно говоря, люди в зале не особо много поняли из рассуждений мальчиков: загадки далёкого будущего никогда не занимали их внимания. Однако Сятя, подбежав к папе и маме, что-то зашептала им на ухо; близнецы тем временем ожидали решения египетских царей.

Наконец, принцесса села между ними на ступеньку и фараоны воздели руки с жезлами вверх.

- Из сказанного нашими гостями мы поняли, что они не хотят быть увековеченными в статуях и получать заслуженного поклонения, - громко произнёс фараон-папа. – К тому же они отказываются иметь роскошный дворец и даже быть нашими незаменимыми советниками. Но и мы не хотим настаивать на дарах, которые мальчики не желют принимать. Поэтому мы повелеваем, чтобы всё осталось на своих местах, кроме того, что отныне божественные гимназисты всё-таки будут назначены советниками – советниками к нашей любимой доченьке Сяте!

Огласив такое постановление, Рамсес Второй заулыбался; следом за ним улыбнулась царица Сятя Великая, а затем – и все собравшиеся. Сятя вновь подпрыгнула с места и подскочила к Джону и Джеку:

- Видите, как всё хорошо получилось: и я сдержала слово, и вы не будете обременены несением ответственности за государственные дела и, что для вас гораздо важнее, за будущую науку египтологию... – и стала обнимать мальчиков.

- Вы доказали, милые, что каждый из вас – великое дитя небес, - похвалила братьев Сятя Великая. – Вас, как истинных богов, совершенно не заботит поклонение верующих или их подношения к подножиям ваших статуй... Вы пожертвовали собственной известностью, отказавшись увековечить себя в камне и золоте – и потому египтология не будет изобиловать ошибками. Значит, вы принесли жертву ради будущего человечества. Поистине, это скромность небес говорит в вас. Так поступают лишь настоящие боги! – и снова захлопала в ладоши.

И весь зал вместе с ней.

- Спасибо вам, о великие фараоны, - сказал Джон, кланяясь в сторону двух тронов. – Если будет позволено, то мы хотим только одного: каждый день видеть любимую Сятю! И на таких условиях мы всегда готовы быть её верными советниками.

- Да, на таких условиях мы даже готовы именоваться министрами королевских игр и организовывать забавы для всех детей города, - с улыбкой произнёс Джек. – Потому, что дети должны заниматься своими, детскими делами. А взрослые – своими...

- Ну, тогда мы утверждаем вас в новой должности! – объявил Рамсес Второй. – Всё, сказанное здесь, будет услышано во всём Египте!

И гонцы фараонов поспешили по стране, неся радостную новость всем египетским детям.

- Посмотрите только, какие они скромные и честные! – говорили друг другу жрецы и военачальники, поглядывая на мальчиков. – Как хорошо, что у Сяти Маленькой есть такие благородные друзья! – и низко кланялись ребятам.

А потом Джон, Джек и Сятя выбежали из тронного зала: они спешили отметить новое назначение братьев и в честь этого устроить на площади перед Дворцом продолжительные игрища. Хотели созвать всех детей столицы – не важно, бедных или богатых родителей – и целую неделю петь, танцевать и веселиться. Потому, что когда дети играют и веселятся, то и взрослым становится теплее на сердце. А ведь у взрослых всегда полным-полно забот... и кому остаётся их пожалеть, как не собственным детям?

Глава 6
Джон и Джек путешествуют по Древнему Египту

Время бежало незаметно. Джон и Джек продолжали жить во Дворце фараонов с любимой Сятей, часто посещая обсерваторию и придумывая различные развлечения для других детей. В течение пары месяцев братья настолько узнали город и его предместья, что совсем не боялись потеряться и, бывало, убегали гулять без провожатых. Сятя, как тень, всюду следовала за ними и принимала участие во всех их приключениях.

Впрочем, никто их за это не ругал. Родители-фараоны да и остальные египтяне давно смирились с появлением на земле странных мальчиков из будущего; словом, обычно заведённый в Египте порядок был несколько нарушен, но особых хлопот никому не доставлял.

Однажды утром близнецы пришли к Сяте и Джон сказал ей:

- Милая Сятя! Мы хотели бы побольше узнать о твоём царстве, однако, до сих пор мы почти не выходили из Фив...

- Да, Сятя! – произнёс также Джек. – По-правде сказать, нам хотелось бы хоть немного попутешествовать... Ну, например, мы можем отправиться через всю страну до самого Средиземного моря.

- О, это просто замечательно! – обрадовалась принцесса. – Стыдно сказать, но я тоже никогда не видела Средиземного моря, а только слышала, как о нём рассказывают люди; да и в других египетских городах ещё не была... Я тоже хочу посмотреть на страну, которой мне когда-нибудь придётся править!

- Тогда решено, - воскликнул Джек. – Надо спросить разрешения у фараонов и, если они позволят нам, то можно отправляться!

- Чудесно! – не отставал от него Джон. – Приготовим необходимые вещи – и в путь!

- А как мы собираемся путешествовать? – поинтересовалась девочка. – На лодочке по реке или на колеснице – по дороге?

- Ещё не знаем, - пожал плечами Джон. – Можно часть пути проделать на лодке, а другую часть – на колеснице. А можно спуститься к морю по реке, а назад – отправиться по дороге...

- Да, это очень хорошо, но сперва надо получить согласие фараонов, - напомнил Джек.

И дети побежали в тронный зал, где фараоны со своими советниками решали важные государственные вопросы. Они не стали отрывать родителей от дел, а терпеливо дожидались, пока взрослые сами не позовут их.

- Что случилось, солнышки? – наконец, обратилась к ним фараон-мама, когда разговаривающие с ней и фараоном-папой военачальники и писцы направились к выходу. – Почему вы не играете?

И Сятя поведала родителям о задумке близнецов.

- Что ж, это весьма похвально! – улыбнулся фараон-папа. – У тебя прекрасные советники, Сятя! Увидеть красивейшую страну мира – прелюбопытное занятие... – наверное, Рамсес Второй вспомнил своё детство, когда сам впервые путешествовал по Египту со своим папой Сети Первым. – Хорошо, дети! Мы с мамой посовещаемся немного – и позовём вас.

И он стал разговаривать с фараоном-мамой, а мальчики с Сятей пошли поиграть.

Через некоторое время пришли воины и пригласили детей следовать за ними. Фараоны, улыбаясь, ждали детей на своих тронах.

- Мы поговорили с папой – и разрешаем вам посмотреть на Египет! – объявила Сятя Великая, обнимая всех троих детей. И сказала, обращаясь к мальчикам. – Только прошу вас, не очень утруждаться в дороге. Возьмите себе самых лучших слуг, чтобы они сопровождали вас.

- Берегите себя, - сказал Рамсес Второй, пожимая мальчикам руки, как равным. – Мы будем ждать вашего возвращения в столицу! Да хранят вас великие боги!

- А вы ни за что не соглашайтесь на поход против хеттов, если вам его предложат жрецы во время нашего отсутствия! – напомнила родителям Сятя.

Дети так и решили: к Средиземному морю спуститься на лодке по Нилу, а назад вернуться на колеснице. Чтобы не терять времени и отправиться в путь ещё сегодня, ребята разделились: Джон отправился к учёному-географу за картой Древнего Египта, без которой было немыслимо путешествовать, Джек пошёл договариваться с царскими лодочниками, возничими, воинами и поварами, а Сятя занялась важнейшим делом – стала выбирать в дорогу самые красивые юбочки и украшения.

Наконец, все сборы и переговоры были закончены. Путешественники заняли три лодки: в первой разместились дети, их охрана и нянечки; во второй – слуги и повара, а третья была почти до бортов нагружена едой, одеждой и прочими необходимыми в путешествии вещами. Как оказалось, приготовления принцессы с братьями к плаванью не прошли незаметно: проводить их пришли много горожан, среди которых было не меньше детей. Все они махали руками и радостно кричали, пока лодки, отчалив от берега, разворачивались в воде. Сятя и близнецы тоже махали людям, а потом началось плавание.

Это было прекраснейшим путешествием в жизни детей: они повидали много красивых мест и старинных городов. Проплывая по великой реке километр за километром, они любовались её волшебными видами. К каждому городу они неизменно причаливали и гуляли по его площадям и улицам. Архитектура Древнего Египта буквально очаровала и мальчиков, и маленькую принцессу: они то и дело поражались высоте, внешнему и внутреннему убранству того или иного храма или древней постройки. Люди везде с радостью встречали свою принцессу, правда, с небольшой опаской поглядывали на близнецов, потому что лица англичан очень отличались от египтян. Однако, слухи о доброте и милосердии таинственных пришельцев достигли всех городов огромного царства, поэтому люди быстро переставали косится на Джона и Джека, когда те появлялись рядом.

Мальчики очень жалели, что у них нет с собой камеры-обскуры, чтобы сфотографировать те или иные места. И ещё того, что у них не было тетрадей – сколько научных сведений они могли бы записать для папы, мамы и других учёных! Впрочем, им было известно, что во время путешествия во времени им ничего нельзя брать с собой – ни одна из вещей не могла преодолеть временного барьера, о чём братья очень сокрушались.

- Вот была бы сенсация, - рассуждал однажды Джон во время обеда, - если мы с Джеком, вернувшись в наше время, принесли бы с собой какую-нибудь древнеегипетскую вещичку!

- Это ещё что! – восклицал ему в ответ Джек. – Настоящая сенсация была бы тогда, если бы в Англии кто-нибудь узнал, что Сятя не девочка, а древнеегипетская мумия! Вот был бы переполох в научном мире... И не только в научном!

Сятя смеялась вместе с близнецами. Впрочем, они недолго жалели, что не могут прихватить с собой что-нибудь на память, ибо ничто не могло затмить их воспоминаний о посещении Древнего Египта. Главное – быть предельно внимательными, стараться запоминать детали. Братья решили, что лучше один раз увидеть незабвенные красоты древней цивилизации своими глазами, нежели сто раз пройтись по Королевскому музею.

О, это было волшебным временем для ребят: они, наши современники, ухитрились наблюдать жизнь древних египтян не по фильмам или книгам, не по рассказам папы и мамы. Близнецам могли завидовать все без исключения египтологи: ведь никто из них не наблюдал собственными глазами, скажем, за постройкой храма или за таинственным ритуалом погребения умерших, за вспахиванием полей по обоим берегам Нила или праздником на титул лучшей танцовщицы города... Ах, любой историк согласился бы отдать всё, чтобы оказаться на месте Джона и Джека хоть на минуту! Неразгаданные тайны Древнего Мира до сих пор будоражат воображение исследователей; ведь, открывая постепенно – от находки к находке – страницы человечества, люди, таким образом, учатся жить лучше и мудрее своих предков.

- Когда я вырасту большим, - нередко повторял каждый из близнецов, - то обязательно стану историком, подобно маме или папе. И, скорее всего, именно археологом. Потому, что изучение истории делает людей добрее: если человек видит в своём прошлом что-то нехорошее, то он будет стараться дальше жить так, чтобы больше не повторять ошибок; если же нечто хорошее – то он обязательно будет стараться это хорошее улучшить... Именно так люди должны понимать прогресс цивилизации: от хорошего – к лучшему, от лучшего – к наилучшему.

А вечерами, когда лёгкая прохлада приходила вослед уходящему солнечному дню, Сятя вместе с нянечками нередко устраивали танцы. Некоторые из них умели играть на музыкальных инструментах, поэтому мальчики чувствовали себя словно на каком-нибудь концерте или в театре. Джон и Джек давно успели понять, насколько важное значение имеет музыка в жизни любых египтян – как богатых, так и бедных. Сятя с девушками рассказывали братьям древние предания, согласно которым сами боги подарили людям музыку и танцы как чувство прекрасного, и не только музыку и танцы: ведь любое искусство – божественного происхождения, если оно ведёт человека к сильным эмоциональным переживаниям, к наслаждению красотой и гармонией.

Плавание по Нилу подходило к завершению; это было ясно по звёздам и карте, которую ребята взяли у старого географа. Половина пути была закончена. Мальчики знали, что подобного путешествия им не доведётся совершить никогда, доживи они хоть до сотни лет. Полные неизгладимых впечатлений, Джон и Джек и маленькая принцесса стояли, замерев, на носу своего судна, украшенного головой бога Тота...

Наконец, они прибыли к берегу Средиземного моря. Сятя хлопала в ладоши от радости, что ей довелось увидеть так много воды сразу; да и самих братьев вид моря взволновал – шелест волн напомнил им о том, как они вместе с папой, мамой и учёными уже неоднократно пересекали его на большом корабле, как открыли древнюю гробницу в пустыне, как познакомились с мумией по имени Сятя... И поняли Джон и Джек, что очень соскучились по родителям, по Англии, по XX веку. Поэтому, проведя на побережье пару дней, дети решили возвращаться назад, в Фивы, а оттуда – в своё время.

- Почему вы стали такими грустными? – принцесса заметила по их лицам, что что-то не так. – Ведь нам ещё предстоит путешествие домой на колесницах! Неужели вы не рады этому, мальчики?

- Очень рады! Просто мы соскучились по своим родителям, - пробормотал Джек. – Так охота домой! Да наверняка и они соскучились по нам не меньше... А все наши друзья уже давно ходят в гимназию, где учатся под присмотром мистера Хэндсома...

- Но ведь нам ещё нельзя возвращаться! – опомнился Джон, едва не будучи готовым согласиться с ностальгией брата. – Если мы вернёмся в своё время раньше положенного срока, то жрецы поднимут восстание – и Сяте, фараонам и всем хорошим египтянам грозит опасность!

- Верно! – задумался Джек. – Значит, придётся несколько отложить наше возвращение... Я ни за что не оставлю Сятю в беде! – несмотря на сильную тоску по маме и папе, мальчик вёл себя как настоящий друг.

- И я не оставлю! – твёрдо произнёс Джон, - поскольку никогда не смогу себе простить, если по вине моего отсутствия в Древнем Египте произойдёт нечто нехорошее...

- Вы – самые лучшие друзья! – воскликнула Сятя, пытаясь поднять настроение загрустившим близнецам. – Ну же, Джон, Джек! Развеселитесь и пойдёмте играть! Или, нет: я спою вам замечательную песенку о дружбе и станцую...

Девочка отлично понимала тоску ребят, потому что сама иногда скучала в Англии, вспоминая маму, папу и родной Египет. Поэтому она делала всё, чтобы развеселить друзей. И братья действительно перестали скучать; а через некоторое время дети на колесницах отправились в столицу. А поскольку на лошадях путешествовать гораздо быстрее, чем по воде, то обратная дорога отняла у них совсем мало времени.

Весь город вышел встречать маленьких путешественников; даже великие фараоны со своими сановниками прибыли на Центральную площадь поприветствовать детей. Только жрецы с Менхуперрой во главе не появились перед Дворцом: они вообще не хотели, чтобы Сятя с братьями вернулась. Даже мысленно желали им гибели во время пути и молились всем злым богам, чтобы с детьми что-нибудь приключилось: или чтобы лодка перевернулась и они утонули, а если не утонули – так чтоб их съели огромные нильские крокодилы; или чтобы у колесницы сломалось колесо и дети погибли при падении; или чтобы случилось ещё что-нибудь страшное... Но все остальные очень любили наших героев и очень ждали их возвращения: и фараоны, и знаменитые учёные, и великие сановники и, конечно же, простой народ. Особенно ждали их появления дети: ведь по случаю окончания путешествия они ждали от Сяти и принцев чего-нибудь необычного. Например, праздника. Или, скажем, карнавала... Несомненно одно: братья с утра что-нибудь обязательно посоветуют принцессе – и веселье будет продолжаться до тех пор, пока родители не позовут своих милых детей отправляться спать...

Глава 7
Джон и Джек предотвращают заговор жрецов

А Менхуперра всё больше и больше злился на мальчиков и Сятю. Это ж надо было такому случится: только он намеревался захватить власть и стать фараоном, как появились дети – и испортили все его мечтания! Жрецы-предатели, его сообщники, также негодовали: лишь они возмечтали стать великими сановниками при новом фараоне, как всё пропало! Надо было срочно искать выход из ситуации – и сей выход не замедлил представится.

Однажды утром Джон, Джек и Сятя пришли в тронный зал, по обычаю поздороваться с фараонами и другими принцами; там, как всегда, было много других людей, которые очень спорили между собой. Сятя и близнецы прислушались к их разговорам и поняли: советники обсуждали новый поход против хеттов и его возможные последствия. Дети немедленно встрепенулись и переглянулись, осознавая, что наступило их время действовать – и с поклоном приблизились к фараонам, возле которых споры придворных были особо горячими.

- Нельзя, нельзя давать хеттам и шанса не платить дани! – кричал громче всех верховный жрец Менхуперра, потрясая жезлом. – Иначе они перестанут бояться Египта и, чего доброго, сами пойдут на него войной! Послать туда всю египетскую армию! Нам следует проучить их раз и навсегда!

- Зачем так жестоко? – возражал ему главнокомандующий Схетепибра. – Достаточно послать одну дивизию: хетты сейчас очень ослаблены и не смогут выставить нам хорошо организованного сопротивления... Не стоит тревожиться по таким мелочам.

- Но ведь они должны нам большие деньги! – надрывался друг Менхуперры, жрец, который по совместительству являлся главным казначеем сокровищницы фараонов. – Неужели можно прощать неуплату дани? Смерть хеттам!

- Не торопись, жрец! – ответил на его слова один из военачальников. – Война ослабит ресурсы хеттов, которыми они могли бы рассчитаться с нами в качестве дани. Возможно, они согласятся выплатить дань частями...

- Убить их всех! – орали ещё несколько жрецов по знаку Менхуперры. – Стереть их с лица земли!

Фараоны Рамсес Второй и Сятя Великая внимательно следили за перепалкой жрецов и военачальников. Наконец, фараон-папа пошептался о чём-то с фараоном-мамой и поднял руку вверх, требуя тишины в зале.

- Мы с царицей выслушали ваши мнения за и против похода. И, в свете сказанного, пришли к выводу, что поход необходим. Мне уже неоднократно доводилось разбивать армию хеттов в настоящих битвах, поэтому теперь, видимо, мне придётся сделать это ещё раз – последний... Схетепибра, - обратился он к поклонившемуся ему военачальнику, - прикажи армии собираться. Через несколько дней мы выступаем.

Фараон так увлёкся будущим походом, что не заметил, как по лицу Менхуперры пробежала торжествующая улыбка.

- Я намерена отправиться в поход вместе с моим божественным супругом, - добавила Сятя Великая. – Кроме того, с нами отправятся принцы: им пора поучаствовать в боевых действиях и набраться военного опыта, чтобы когда-нибудь стать великими воинами...

- Нет, мама, нет! – громко закричала принцесса, бросаясь к родителям; закричала так громко, что все в зале немедленно умолкли, удивлённо взирая на девочку. Близнецы следовали за Сятей по пятам. – Ни за что не ходите в поход, папа, мама! – она едва не плакала.

- Что случилось с нашим чудесным лотосом? – фараон мама озабоченно протянула руки к ребёнку. – Пока мы будем воевать, ты будешь управлять страной: поучись, миленькая, когда-нибудь тебе это пригодится!

- Ваши величества, разрешите нам сказать! – поклонился фараонам Джек. – Не ходите в поход против хеттов, иначе случится непоправимое!

- Понимаете ли – знаю, вам трудно поверить в это, – но если вы покинете Фивы, то погибнет много людей и жрецы захватят власть в государстве! – выпалил следом за ним Джон.

- Как так? Почему? Откуда вам об этом известно? – спросил мальчиков Рамсес Второй, поправляя на голове золотую корону.

Но братья уже поняли, как надо действовать в подобной ситуации: они стали перед тронами и принялись громкими голосами вещать на весь зал. Люди внимали им, словно настоящим богам.

- Послушайте нас, о фараоны, советники, военачальники и все честные египтяне! – торжественно начал Джон, воздевая руки. – Ужасное дело готовится в Фивах; речь идёт не более ни менее как о захвате власти...

- А нам, посланцам небес и любимцам богов, дано знать будущее, - подпевал ему Джек. – Поэтому мы появились здесь, чтобы предупредить добрых людей, чтобы они не пострадали от рук заговорщиков и предателей...

- Это очень интересно... – задумчиво произнесла Сятя Великая, на руках которой по-прежнему была девочка. – О каком заговоре вы толкуете?

- О заговоре, которым руководит Менхуперра, - без заминки ответил Джон, бесстрашно глядя в глаза верховному жрецу. – Он хочет, чтобы фараон и его семья покинули столицу и ушли в поход, сопровождаемые египетской армией; и во время их отсутствия убить многих людей и самому стать фараоном...

- Он даже хочет убить Сятю, её нянечек и стражу – за то, что она очень добрая и все любят её, - подтвердил слова брата Джек. – Во имя Осириса, Исиды и Гора, ваши величества – не ходите в поход на хеттов!

- Это очень серьёзное обвинение, - Рамсес Второй изучающе посмотрел в глаза верховного жреца. – Что ты можешь ответить на него, Менхуперра?

- То, что дети плохо выспались; возможно, им приснился страшный сон, - равнодушно пожал плечами жрец. – Я никогда не хотел быть фараоном, мне и на своём месте неплохо...

- Это неправда! – впервые воскликнула Сятя, слезая с колен мамы и становясь между мальчиков. – Джону и Джеку известно будущее, потому что они боги. И они пришли спасти Египет от беспорядков, которые Менхуперра обязательно устроит, если армия уйдёт из страны. Он уже давно этого дожидается...

Конечно, находящиеся в зале больше поверили своей принцессе и двум небожителям, нежели верховному жрецу: всем было известно, что они никогда не обманывали и делали добрые дела, тогда как Менхуперра был известен своей жестокостью и частенько лгал. У него и друзей-то настоящих не было, даже ни одной священной кошечки не жило в его большом доме. А это, как известно – лучший показатель честных намерений человека. Но больше всего люди верили в то, что Джону и Джеку известно будущее.

Менхуперра сильно испугался, но постарался взять себя в руки.

- Всё это пустые слова! – он ухитрился выдавить улыбку, с ненавистью глядя на детей. – У вас нет никаких доказательств! Мало ли, что меня никто не любит... А вот если б вы назвали моих сторонников, тогда другое дело!

Говоря так, верховный жрец преследовал две цели: во-первых, проверить, правда ли близнецам известно будущее, а во-вторых, если они знают будущее, то пусть укажут на его сторонников – всё равно фараоны казнят его за предательство, пусть тогда убьют и других, потому что одному Менхуперре умирать было и страшно, и стыдно.

- Это справедливое требование, - согласились фараоны. – Можете ли вы, о божественные гимназисты, назвать нам других заговорщиков?

Сятя пришла на помощь мальчикам:

- Да ничто не сокроется от справедливого Ока Уаджет! Небеса открыли мне всех жрецов и воинов, которые намеревались поддержать Менхуперру в его некрасивом деле... – и стала показывать пальцем на всех причастных к заговору: на одноглазого, хромого и других жрецов, на некоторых военачальников, которые польстились на золото Менхуперры. – Конечно, у них есть ещё сторонники за стенами Дворца, но без своих главарей они для нас не опасны, - заключила Сятя.

Предатели очень испугались; настолько испугались, что не могли пошевелиться. Тем временем по знаку фараонов главнокомандующий Схетепибра отдал приказ страже: арестовать всех виновных, а через неделю отрубить им головы. И телохранители связали им за спиной руки и хотели отвести в тюрьму. Сятя захлопала в ладоши и все облегчённо вздохнули.

- Постойте! – внезапно воскликнул Джек. – А за что вы собираетесь казнить Менхуперру и его сообщников?

- Как это – за что? – ответил Схетепибра. – За попытку захвата власти и убийство многих людей.

- Но ведь они его не совершали! – подхватил Джек. – Надо быть справедливым: они могли учинить много беспорядков, но этого всё же не произошло...

Великие фараоны задумались. И Сятя задумалась. И все в зале тоже задумались: ну, за что же казнить-то, в самом деле, если преступления не было?! А Менхуперра и его сподвижники упали на колени и стали просить фараонов, чтобы им не рубили головы и не бросали в тюрьму; и со слезами обещали, что исправятся, что станут добрыми и никогда не будут замышлять ничего плохого.

Фараоны поглядели на мальчиков:

- Что скажут министры королевских игр и советники нашей любимой Сяти? Как нам поступить с арестованными?

- Надо отпустить их, но приставить к ним постоянную стражу, - ответил Джон. – Пусть воины всегда находятся рядом с ними, чтобы не возникла охота вновь замышлять недоброе...

- К тому же они обещали исправиться, - напомнил Джек. – Вот начнут делать добрые дела, тогда зло само по себе покинет их сердца...

- Воистину мудрое решение! – похвалили ребят фараоны; люди в зале одобрительно закивали головами. – Всё, сказанное здесь, да будет услышано во всём Египте!

Стража, зазвенев мечами и копьями, увела бывших заговорщиков по домам. Сятя кинулась обнимать друзей и родителей.

- Ах, какой страшной опасности мы все избежали благодаря Джону и Джеку Стоунам! – говорили советники, улыбаясь ребятам. – Какие, оказывается, у богов милые и проницательные дети!

- Но что же мы будем делать с хеттами? – Рамсес Второй, решив дело заговорщиков, вернулся к предыдущему вопросу. – От захвата власти мы себя обезопасили, значит, можно идти в поход...

- Прошу прощения, сэр! – вдруг произнёс Джек. – Мы только что избавились от кровопролития в Египте – и неужели вы хотите устроить его среди хеттов?!

- Да, сэр, подумайте: ведь у каждого хетта есть папа и мама, братья и сёстры, бабушки и дедушки... Неужели вы хотите одних из них убить, а других – превратить в рабов?! – подхватил мысль брата Джон.

В зале вновь воцарилась тишина; люди молча переглядывались.

- Хорошо, милые, вы сегодня уже неоднократно демонстрировали свою мудрость, - сказала Сятя Великая, ласково глядя на детей. – Как нам тогда поступить с хеттами? Ведь нельзя же не брать с них дань!

- К тому же я очень давно воюю с этим народом, - сказал Рамсес Второй, гордо выпрямляясь на троне. – Мне вообще не впервой сражаться...

- А зачем вообще сражаться? – воскликнул Джек. – Война – это всегда горе, слёзы и смерть. Надо испробовать новый метод... Нам известно, что Рамсес Второй не только великий воин, но и замечательный политик, объединитель народов...

- Да, - поклонился фараонам Джон. – Пусть вместо войны Египет предложит хеттам дружбу! Судите сами, господа, - обратился он сразу ко всем в зале. – Египет заключит с хеттами военный и экономический союз, который продлится века. Люди, вместо того, чтобы воевать и убивать друг друга, вместе станут заниматься науками, искусством, строительством. В самые кратчайшие сроки ваши страны начнут процветать... – мальчик увлёкся и не заметил того, что вновь занялся предсказанием будущего.

- А что? Интересная мысль! – сказал фараон-папа, откидываясь на троне; воинственный блеск его глаз погас. – Давайте попробуем мирные переговоры... И если всё будет так, как предсказывают великие английские гимназисты, то выгода от такого союза очевидна.

Советники и военачальники радостно зашумели – им очень понравилось сказанное братьями.

- Тогда нам следует отправиться к хеттам, - сказала Сятя Великая. – Кто хочет ехать вместе с нами и главными сановниками?

Понятно, что в такой радостный поход хотели отправиться все. Но фараоны выбрали три десятка самых умных придворных, военачальников и... конечно же, тех, кто им посоветовал такое мирное решение вопроса – Джона и Джека. Ясно также, что в путь с родителями и мальчиками увязалась и Сятя.

Встреча великих правителей Древнего Египта и хеттского царства произошла в пустыне, далеко от города Фивы. Сюда съехалось множество людей: царедворцев, военачальников, писцов и жрецов, чтобы установить дружбу между народами. Цари подружились с царями, жрецы – с жрецами, воины – с воинами... И все обещали больше не воевать, а любить друг друга и всегда приходить друг другу на помощь. И пировали много дней по случаю рождения новой дружбы. Сятя и близнецы тоже подружились с хеттскими принцами и принцессами, и много играли с ними.

И когда после праздника египтяне собрались в Фивы, а хетты – в свою столицу, то фараон Рамсес Второй распорядился позвать к себе мальчиков. Он указал на них хеттскому царю и царице, их детям и придворным, говоря:

- Посмотрите: вот они, посланцы Осириса, Исиды и Гора, которые надоумили меня не воевать с соседями, а подружиться с ними! Как хорошо, что боги шлют нам своих детей тогда, когда мы нуждаемся в их совете и помощи!

Тогда отовсюду сбежалось множество писцов, как хеттских так и египетских. И все хотели узнать имена мальчиков, чтобы написать их на глиняных табличках – в память о начале дружбы великих народов. Но братья убежали от них и спрятались в шатре фараонов.

- О великий Амон, что случилось? – спросила вслед за ними забравшаяся в шатёр Сятя. – Почему вы здесь прячетесь?

- Потому, что не хотим, чтобы наши имена были написаны на табличках! – со страхом произнёс Джон.

- А что тут плохого? – принцесса-непоседа кружилась перед братьями на носочках. – Ваши имена – имена великих миротворцев – навеки войдут в историю!

- Этого-то мы и опасаемся! – ответил Джек, осторожно выглядывая на улицу. – Понимаешь ли, Сятя, что будет, если наши папа и мама найдут древние таблички с нашими именами?! Ну и влетит же нам за самовольную отлучку в Древний Египет! Нет уж, пусть лучше вся слава от переговоров достанется твоему папе, великому фараону Рамсесу Второму...

Эпилог
Прощание с Сятей

После заключения мира с хеттами Джон и Джек ещё некоторое время прожили во Дворце фараонов, в древнем городе Фивах: по-прежнему встречались с учёными, обучались у Схетепибры приёмам военного искусства и, конечно же, много играли вместе с Сятей и другими принцами. Однако, всё чаще и чаще мальчиков посещала грустная мысль, что пора бы возвращаться; да и соскучились они по маме и папе пуще прежнего. Даже самые весёлые игры уже не вызывали былой улыбки на лицах близнецов: поиграют они, поиграют, а потом вновь начинают скучать. Нянечки изо всех сил пытались развеселить Джона и Джека музыкой и танцами, воины пытались развлекать их своими боевыми приключениями; даже сами фараоны Рамсес Второй и Сятя Великая обеспокоенно наблюдали за детьми, стараясь исполнить каждое их желание. Маленькая принцесса видела это, отчего ей тоже становилось грустно: ведь никто не хочет расставаться с друзьями! Но пришёл день, когда близнецы не могли больше усидеть в Древнем Египте – они пришли к Сяте и стали просить её вернуть их назад... то есть вперёд во времени.

- Нам надо возвращаться домой, - сказал Джон, виновато опуская глаза. – Мы ужасно соскучились по своему времени. Верни нас туда, пожалуйста!

- Да, милая Сятя! – поддержал его Джек. – Мы провели в Древнем Египте очень много месяцев... Перемести нас домой!

- Неужели вам не нравится быть фараонами? – искренне удивлялась девочка, не оставляя попыток уговорить братьев остаться. – Все очень любят вас и всё вам позволяют! Побудьте у нас ещё немного! А главное – я сама так полюбила вас, что вовсе не желаю с вами расставаться!

- Да ведь и мы не хотим! – воскликнул Джек, обнимая девочку изо всех сил. – Неужели ты полагаешь, что нам легко даже думать о прощании?!

- Ты несправедлива к нам, любимая Сятя! – обнял её и Джон. – Нам очень больно покидать твой гостеприимный Дворец! Однако желание увидеть папу и маму настолько сильно, что... – и, видимо, не найдя слов для сравнения, мальчик крепко прижался к подруге.

Впрочем, принцесса и сама превосходно понимала, что такое тоска по дому и родителям. Поэтому, как настоящий друг, решила больше не задерживать мальчиков:

- Ну, раз вы решили покинуть мой Дворец и моё время, я не могу вам приказывать... Давайте прощаться, раз такое ваше решение! – произнесла принцесса и улыбнулась, однако в её больших прекрасных глазках заблестели слёзы.

Братьям тоже было невесело. Они будто бы обдумывали высказанную просьбу, стыдливо переглядываясь и рассматривая выложенный узорами пол в зале.

- Надо попрощаться с фараонами, которые были нам здесь за родителей, - вспомнил воспитанный Джон. – Ведь нельзя уходить, не сказав спасибо хозяевам за их приём и любезность!

- И не только с фараонами, - кивнул Джек. – Также с принцами, учёными, военачальниками и всеми нашими египетскими друзьями! Мы несказанно разбогатели лишь от общения с ними!

- Тогда пойдёмте к папе и маме! – предложила Сятя. – А потом вы попрощаетесь со всеми остальными...

Сказано – сделано: дети побежали в тронный зал, где фараоны совещались со своими советниками и сановниками.

Когда царедворцы ушли выполнять полученные от фараонов поручения, Джон, Джек и Сятя подошли к тронам и сели между них на ступеньки.

- Что случилось, милые? – спросила фараон-мама, ласково глядя на детей.

- Джон и Джек хотят покинуть нас, мамочка! – печально сказала Сятя, глубоко вздыхая. – Поэтому пришли попрощаться с тобой и папой...

- Как, мальчики? – удивлённо воскликнул фараон-папа, едва не роняя свой золотой жезл. – Вам у нас, вероятно, не понравилось или наскучило?

- Никоим образом, ваше величество! – ответил Джек, легонько наклоняя голову. – Честное слово, всё было замечательно: игры, развлечения, путешествия, учёба... И к вам мы привыкли. Просто очень хочется домой...

- Отпустите нас, ваши величества! – взмолился Джон, прижимая руки к груди. – Мы очень соскучились по маме и папе!

Рамсес Второй и Сятя Великая молча переглянулись. Конечно, им всё стало ясно: как бы хорошо не было человеку в гостях, но дома-то всегда не в пример лучше!

- Никто не может помешать вашему желанию, мальчики! – после недолгого молчания ответила фараон-мама. – Вы можете отправляться, когда захотите... Меня лишь одно беспокоит, - продолжала она. – Как объяснить всем нашим подданным ваше внезапное исчезновение? Египетские принцы ещё никогда не исчезали ни с того ни с сего...

- Ну, дорогая моя, положим, это будет объяснить проще простого, - поспешил ей на выручку фараон-папа. – Не стоит волноваться: скажем людям, что посланцы богов Джон и Джек Стоуны вернулись на небо, к звёздам, откуда и пришли к нам ранее... Так будет гораздо проще, чем объяснять непонятные египтянам путешествия во времени.

- О папа, спасибо тебе! – воскликнула Сятя, подбегая к отцу и устраиваясь у него на коленях. – Конечно, никто в Египте не осмеливается взять божественное решение моих друзей под сомнение!

- Спасибо вам, ваше величества! – близнецы радостно поклонились улыбающимся фараонам. – Мы никогда-никогда не забудем ни вас, ни вашей доброты! Главное, чтобы вы распорядились о том, чтобы никто не вздумал писать про нас на глиняных табличках или, тем более, на стенах гробниц и мавзолеев: если так произойдёт, наши учёные не оберутся исторических хлопот и несуразиц...

Рамсес Второй понимающе кивнул.

- Тогда идите попрощаться с друзьями, - сказала Сятя Великая. – И говорите всем, что вскоре вы должны будете отправиться в далёкий путь к небесам: если люди услышат об этом из ваших уст, то гораздо скорее тому поверят...

И счастливые братья вместе с Сятей покинули тронный зал. И пошли навестить на прощание всех, кто был им спутниками и друзьями. Они посетили всех учёных в обсерватории, всех жрецов в храмах и всех военачальников; прошлись по домам всех нянечек и воинов, которые их охраняли. И, конечно же, навестили большинство фиванских детей, с которыми провели столько чудесного времени в играх и развлечениях. Все очень жалели, что такие хорошие мальчики покидают Египет, некоторые даже плакали. А все писцы поклялись Осирисом, Исидой и Гором, что никогда не напишут о пребывании детей в Фивах, так как Джон, Джек и Сятя предупредили, что во имя богов этого делать нельзя.

И вот, наступил день, когда Сятя с братьями уселись в колесницу – и в сопровождении охраны и нянечек направились по берегу Нила в Долину Царей, к гробнице маленькой принцессы, откуда они и появились в Древнем Египте. Конечно, перед этим Джон и Джек сняли с себя все украшения и драгоценности, переодевшись в обычную английскую одежду, чтобы никого не удивлять в своём времени. Оглядев на прощание провожающих их людей на площади перед Дворцом, впереди которых стояли фараоны и государственные сановники, братья помахали им руками – и колесница тронулась в путь.

- Ну вот, скоро доберёмся до моей гробницы, - Сятя сложила ручки на груди. – И это будет нашим последним путешествием...

- Мы никогда-никогда не забудем тебя! – пообещали близнецы любимой подруге. – И ты почаще вспоминай нас, дорогая Сятя!..

Вновь перед глазами братье замелькали знакомые места – извилистая долина реки, пески пустыни Сахары, множество деревень... По пути Сятя рассказывала братьям всякие смешные истории, чтобы они не грустили от предстоящей разлуки, хотя, по правде сказать, ей самой было нелегко расставаться с Джоном и Джеком. Дети из разных времён, отстоящих друг от друга на тысячи лет, настолько подружились, что предпочитали не думать о расставании до самой последней минуты. Наконец, они прибыли в Долину Царей, где сошли с колесницы перед гробницей Сяти.

- Ну, вот мы и прибыли, - вздохнула принцесса, поднимая печальные глаза на Джона и Джека.

- Наше путешествие закончилось, - сказал Джон, едва сдерживаясь, чтобы не заплакать. – Сейчас мы пройдём в гробницу, залезем в саркофаг и – прощай, Древний Египет!..

Джек промолчал. И Сятя повела друзей по коридорам гробницы.

Скоро они пришли в погребальный зал; мальчики галантно посторонились, пропуская вперёд девочку. Сятя глубоко вздохнула:

- Вот и всё!.. Помогите мне сдвинуть крышку, милые друзья!

Джон и Джек пришли Сяте на помощь: объединив усилия, дети отодвинули крышку саркофага, прислонив её к стене. Подсадили девочку, помогая ей забраться внутрь – и забрались туда сами. Сятя стала нажимать на камешки загадочного амулета.

- Ну, что мы можем сказать тебе ещё, любимая Сятя, наш лучший друг! – набравшись духу для последнего «прости», молвил Джон. – Время никогда не течёт по нашей жизни бесследно, многое из его чудес навеки остаётся в наших сердцах...

- Мы никогда-никогда не забудем тебя, милая! – добавил Джек. – Может быть, когда-нибудь мы ещё встретимся...

- Где? В раю, на Полях Иалу? – любопытно спросила принцесса, обнимая братьев по очереди. – А может, раньше?

Близнецы переглянулись:

- Не знаем... Просто жизнь полна чудес, в существовании которых мы теперь убеждены окончательно.

- Знаете, что? – неожиданно заулыбалась Сятя. – Мне пришла в голову хорошая мысль: зачем расставаться навсегда? Давайте сделаем так – я научу вас пользоваться таинственным амулетом и вы, когда захотите, сможете перенестись в Древний Египет. А потом я с вами также смогу побывать в Лондоне, который мне очень понравился... да и в других городах Великобритании.

- Верно! – радостно воскликнул Джон, обнимая принцессу. – Как же мы сразу не сообразили!

- Конечно, милая! – Джек крепко обхватил Сятю с другой стороны, насколько это позволяли стенки саркофага. – Да на таких условиях мы тебе покажем не только Великобританию – ты увидишь весь мир!

- Очень интересно и заманчиво! – мечтательно промурлыкала девочка, протягивая руку к амулету. – Тогда смотрите внимательно: перенесение во времени осуществляется так... – и стала поочерёдно нажимать на тот или иной его камешек.

Братья, затаив дыхание, следили за каждым её движением. Наконец, когда Сяте осталось нажать на последний из них, она произнесла:

- А теперь, мои дорогие, мои любимые Джон и Джек Стоуны, мне придётся вылезти из саркофага... Последний камешек вы должны нажать сами, иначе амулет переместит меня в ваше время вместе с вами. Я же должна остаться здесь...

Близнецы аккуратно помогли принцессе выбраться из гроба наружу; Сятя стала возле расписанной иероглифами стены и помахала им:

- Не забывайте меня! И низко поклонитесь от меня миссис и мистеру Стоунам, которые, несомненно, являются лучшими английскими родителями! До свидания, миленькие братики!

- До свидания, Сятя! – одновременно произнесли мальчики, крепко берясь за руки, и столь же одновременно надавливая пальцами на последний камешек амулета.

После этого блеснула вспышка ярчайшего, ослепительного света; и вновь на смену ему пришла глубокая тьма... Когда близнецы пришли в себя, то оказалось, что они по-прежнему находятся в саркофаге, в разрушенной от времени гробнице Сяти; место у стены, где только что стояла древнеегипетская принцесса, было пустым. Ребята схватили факелы, с которыми они пришли в усыпальницу, и стремглав побежали к выходу по извилистому, с местами обрушенными колоннами и стенами, коридору. И, как выяснилось, они не зря торопились: когда перед их глазами блеснул дневной свет, факелы погасли. Однако, теперь, при виде света, мальчикам не грозила опасность заблудиться.

Дети выбежали из гробницы – перед ними расстилалась бесконечная египетская пустыня; неподалёку от входа в усыпальницу находился палаточный городок учёных, рядом с которым было привязано к колышкам около десятка верблюдов. Здесь, в нашем времени, наверное, не так давно наступил день. Мальчики оглянулись: и куда только подевались оазисы, пальмы, дорожки и колесницы, на которых они сюда приехали? Ничего вокруг не напоминало о том времени, которое, словно прекраснейший сон, лишь мелькнуло перед глазами и исчезло. Как вдруг... Вдруг Джон и Джек увидели папу и маму, которые неторопливо вышли из большой палатки и направились прямо к ним! Радости мальчиков поистине не было предела: они завизжали, ну, совсем как малые дети – и наперегонки понеслись к родителям.

- Как вы тут оказались? – удивлённо переглянулись папа с мамой, обнимая детей. – Ведь вы вроде бы сидели в палатке, когда мы отправились на раскопки... И где Сятя?

Мальчики виновато переглянулись и Джон ответил:

- Сяти больше нет... – и глубоко вздохнул.

- Как это – нет? – спросила миссис Стоун. – Куда же она делась?

- Мы видели её родителей, и они забрали Сятю, - подтвердил Джек. – Мы попрощались – и она ушла вместе с ними.

- Вы разыгрываете нас, мальчики? – спросил и мистер Стоун, присаживаясь перед братьями на корточки. – Ведь Сятя – это древнеегипетская мумия! Какие у неё могут быть родители?

- Вам это известно: Рамсес Второй и Сятя Великая, фараоны Египта, - сказал Джон. – Но, милые папа и мама, лучше нас ни о чём больше не спрашивайте... Мы не можем говорить об этом.

- Да, пожалуйста! – поддакнул брату Джек. – Лучше не спрашивайте... А всем остальным учёным скажите, что Сятя уехала домой, хорошо?

Папа и мама знали, что их мальчики никогда не будут лгать. Они поняли, что за молчанием ребят что-то кроется, причём, наверное, что-то такое, чего взрослые при всём желании не смогут понять. Поэтому они не стали настаивать и прекратили дальнейшие расспросы.

- Хорошо, - улыбнулись мистер и миссис Стоун. – Мы обещаем никому ничего не говорить... А теперь отправляйтесь играть!

- Мы вас очень-очень любим! – сказали Джон и Джек, обнимая родителей.

А после мальчики пошли в палатку, а папа с мамой – на раскопки в гробницу...

Возможно, что после этого прошло очень много лет; Джон и Джек выучились, выросли и стали крупными учёными-египтологами. Возможно, что они ещё не раз переносились в Древний Египет благодаря чудесному таинственному амулету, где встречались с любимой Сятей, как возможно и то, что сама египетская принцесса продолжала посещать наше время и в сопровождении братьев побывала в каждом уголке нашего мира. А может, ничего этого не было: может, Сятя только придумала, что амулетом можно пользоваться неограниченное количество раз, чтобы успокоить расстроенных Джона и Джека перед их последним путешествием... Мы никогда не узнаем того наверняка, поскольку рядом с нами нет Джона и Джека, чтобы подробно расспросить их об этом.

Известно лишь одно: детская дружба – самое светлое, чистое и доброе чувство, которым человек награждается с самого начала жизни, способна преодолеть любые расстояния и пространства. Она ведёт мальчиков и девочек в большую жизнь, оставаясь тем не менее, самым сильным воспоминанием детства; она подобна настоящему волшебству – и чем человек становится старше, тем волшебнее становятся воспоминания...

Поэтому возможно, что когда у Джона и Джека появились дети, то они рассказывали своим малышам о Сяте, тогда как сама Сятя, став великим фараоном, рассказывала своим детям о друзьях своего детства – английских мальчиках, близнецах Джоне и Джеке. Но, как это было на самом деле – и было ли вообще – нам не узнать никогда.

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Исаев Сергей

Родился в Клайпеде (Литва). Проходил специальные курсы английского языка в Литовском Христианском колледже. В 1997 г. ушёл в монастырь, изучал богословие во Франции (Saint-Jodard). Более 7 лет был монахом двух католических Орденов – иоаннитов и францисканцев. В 2002 г. вернулся в мир, работал редактором культурного отдела городской газеты, освещал творчество русских и литовских литер...

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

ФАРАОНИХА ПО ИМЕНИ СЯТЯ. (Русское зарубежье), 137
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru