Главная
Проза
Поэзия
Драматургия
Публицистика
Критика
Юмор
Грот Эрота (16+)
Проложек
Нечто иное
Русское зарубежье
Патерик
 

При реализации проекта используются средства государственной поддержки (грант)
в соответствии с Распоряжением Президента Российской Федерации
от 29.03.2013 г. №115-рп.

Мария Агапова

г. Шлиссельбург

ПУТЬ ТРОПОБРОДА

Сказочная повесть

(Окончание. Начало в 2013-12-28)

По течению

Вскоре крутые завороты, острые камни и пороги остались позади, река стала спокойнее, так что тропоброд смог любоваться живописными окрестностями. Шерсть его немного обсохла, и Рыжик перестал так ужасно дрожать. Горячее пузо Эрла согревало его. Рыжику уже не было так страшно, и он начал напевать какую-то речную песню, вообразив себя кем-то важным и впередсмотрящим.

Тропоброд слушал его песню, улыбался и смотрел вверх. Уши его полоскались в воде, хвост тоже, но ему было хорошо.

– Посмотри наверх, - сказал Эрл.

– Я не могу! – сказал Рыжик. – Понимаешь, я сейчас…я сейчас очень важный…не знаю подходящего слова. Но я точно должен смотреть только вперед!

– Только вперед… - пробормотал Эрл. – Но ведь если смотреть только вперед, можно пропустить то, что находится сбоку…или вверху. А ведь чаще всего именно вверху есть что-то особенно красивое и важное. Ты только взгляни! Побудь немного снова просто Рыжиком.

– Ладно, так и быть. Но не долго! – смилостивился тот и улегся на животе Эрла лицом кверху.

А посмотреть действительно было на что. Стены ущелья уходили высоко вверх, нависали над ними, сжимали с двух сторон, тянулись друг к другу, словно пытаясь соприкоснуться, но у них ничего не выходило. Между ними все равно оставалась полоса нежного голубого неба с легкими белыми облачками. И этот контраст темного цвета массивных стен и легкого кисейного цвета неба был таким резким, что казалось, соприкоснулись два чуждых мира.

– Похоже на реку, - сказал Рыжик, - посмотри, а облака, это водовороты и пена.

– Да, похоже, – улыбнулся Эрл. – А еще похоже на тропу. Интересно, если есть небесная тропа, значит должен быть небесный тропоброд? И где он? Уже прошел или еще только вышел? Похож ли он на меня. А может на Ирлину. Скорее всего, на нее, потому, что такая красивая тропа может быть только у очень красивого тропоброда…

– Что ты все тропы, тропы… - протянул Рыжик, - неужели это самое интересное на свете?

– Ну… - замялся Эрл, а Рыжик продолжал, лежа на пузе у друга:

– Вот я, вольная пташка, куда хочу туда и плыву! И не ограничиваю свой мир какой-то одной тропой.

– А как ты одновременно пойдешь по двум тропинкам? – спросил Эрл.

– Никак, я выберу какую-то одну, наиболее симпатичную и пойду по ней.

– Да, и это и будет, Твоя тропа...- сказал Эрл

– Но нельзя, же все время думать о своей тропе??? – Рыжик даже подскочил и посмотрел Эрлу в глаза. – Надо иногда думать о чем-нибудь другом.

– О чем? – спросил тропоброд.

– Ну, например, можно думать о…- Рыжик замялся, - о еде! – и он радостно запрыгал.

– Ей, ей, осторожнее, - заметил Эрл. – Ты раздавишь меня.

– Нельзя все время ограничивать себя мыслями о чем-то одном! Тропы, тропы! Вот я думаю о разном! О разной еде, ведь еда гораздо разнообразнее, чем твои тропы. Есть пеньковая труха, лесные ягоды синие, красные, зеленые, почечки на кустиках, корешки под соусом из грибного сока. Всего и не перечислишь! А ты все тропы, тропы! Смотри шире!

Шире смотреть оказалось легко, так как, сделав крутой поворот, ущелье вдруг раздвинулось и выплеснуло их в море!

Море

Море было синим, широким и бесконечным. Но Эрл не успел оценить этого, так как стукнулся макушкой обо что-то твердое. Рыжик подпрыгнул и исчез. Тропоброд перевернулся, чуть не нахлебался воды, но тут же вынырнул.

– Эй, - крикнул Рыжик, - посмотри какое славное дерево!

И, правда, Эрл уткнулся головой в ствол гигантского дерева, которое плавало в воде.

– Забирайся сюда! – крикнул Рыжик и замахал рукой, держась другой за корни дерева, наполовину топорщащиеся из воды, как щупальца большой каракатицы.

С помощью этих корней, Эрл вскарабкался на дерево. Ствол был наполовину погружен в воду, и он был таким толстым, что по нему можно было спокойно разгуливать. Огромные ветви раскинулись в разные стороны и тоже были очень и очень большими. Одна из ветвей доходила до самого берега, хотя расстояние было достаточно большое. Берег был каменистый, высокий, где-то там высоко на берегу росли корявые елочки и трава.

Рыжик запрыгал по веткам и радостно качался на них, пробуя их на упругость.

– Смотри, как я умею! – закричал малыш, и тут же схватившись за одну из ветвей, пробежался по стволу, а потом подпрыгнул и, пролетев над самой водой, улетел на другую огромную ветку.

– Что же это за дерево? – задумчиво произнес Эрл. – Ствол такой большой, ветви такие могучие…. И что же мне делать дальше? Куда идти? Я потерял тропу? Или…

– Ой, ой, помогите! – услышал вдруг он и увидел, что Рыжик, доигравшись, улетел со ствола в воду.

Эрл тут же нырнул в воду и, выловив друга, усадил его на ближайшую ветку. А сам неспешно поплыл между ветвей, наполовину погруженных в воду.

Сочетание морской воды и дерева будоражило Элра. Он вдыхал запах волн, свежего ветра, смешивающийся с еле уловимым, уже почти смытым, древесным ароматом. Поплыв ближе, он уцепился за одну из больших ветвей и покачался. Тело в воде было таким легким, ветвь была такой упругой, толстой, что он почувствовал себя маленьким. Это было приятное ощущение. Он всем телом чувствовал нежность теплой морской волны и не менее нежную кору ствола, которая была нагрета на солнце, и казалось, была все еще живой.

– Я понял! – сказал Эрл, покачиваясь на воде, обхватив ветку, - это все еще моя тропа. Я пойду дальше по стволу.

– По стволу? – переспросил сохнущий на солнышке рыжик. – А разве нам не надо на берег?

– Нет, на берег нам пока не надо, - сказал Эрл и вылез из воды. Он вскарабкался на ствол и разлегся на нем, раскинул лапы и попытался дотянуться кончиками пальцев до соседних веток. Не достал. И восхитился размерами дерева. Оно было очень большое!

Тропоброд лежал на теплом стволе дерева и смотрел в ярко-голубое небо. Ствол мягко покачивался на волнах и этот ритм усыплял…Солнце согревало и было так хорошо, что Эрл заснул, сам того не заметив.

Рыжик примостился рядом и тоже заклевал носом. Не прошло и пяти минут, как он уже крепко спал.

Никто из них даже и не подумал, как это опасно засыпать на дереве, которое качается на волнах…

Начался прилив, дерево закачалось сильнее, и та длинная ветвь, которая еще каким-то чудом держалась за берег, тихонько царапнула берег и отцепилась. Дерево медленно поплыло в открытое море, унося на себе спящих.

К берегу!

Эрлу снился сон. Он был паутинкой. Его только сплел маленький черноглазый паучок и красиво развесил на кустах. Эрл был крепкой, надежной паутинкой, он старался не дрожать на ветру, чтобы не выдать свое местонахождение и чтобы какая-нибудь жирная муха обязательно в него попала. Он любил своего паучка и знал, что должен делать. Больше он ни чем не думал. Просто старался хорошо делать свое дело. Паучок любовался своей паутинкой из своей укромной норки, и Эрлу-паутинке было очень приятно это.

Но вдруг налетел такой сильный ветер, что нити выгнулись и чуть не лопнули. Эрл-паутинка старался держаться как можно крепче, он цеплялся за веточки всеми своими силами, он видел, как паучок встревожено поблескивает черными глазками из своего домика. Видел, как качаются кусты, как трепещут листья, как весь мир закружился вокруг него.… Налетел еще один порыв, сильнее прежнего и нити не выдержали! Одна, другая, они полопались, и Эрл-паутинка взмыл в воздух. Он кинул прощальный взгляд на черноглазого паучка, который протягивал к нему свои лапки, но сделать уже ничего не мог…

Эрл-паутинка полетела по ветру, поднимаясь все выше и выше, кружась все сильнее и сильнее…

И тут Эрл проснулся, оказалось, что его качает и вертит на самом деле, а не только во сне.

Их отнесло далеко в море. Берега не было видно. Небо сделалось серым. А волны стали такими огромными, что качали дерево как веточку.

Рыжик, крепко вцепившись в друга, смотрел перед собой круглыми от страха глазами.

– Что нам делать? – заплакал Рыжик. – Мы погибнем! Море унесет нас так далеко, что мы никогда больше не найдем землю…и пеньки…ааа…- и он горестно завыл.

Тропоброд вытянул шею, всматриваясь в горизонт, вдруг одна из волн так сильно их подняла, что он увидел берег, он был ужасно далеко, но он был. Эрл посадил Рыжика себе на макушку, велел крепко держаться и храбро бросился в воду.

Дерево прощально скрипнуло.

Эрл плыл по морю, и когда волны подкидывали его, он жадно ловил глазами берег. Нельзя было потерять берег из виду, нельзя было заблудиться в море. Ведь не мог же он стать таким же беспечным, как то дерево, которое храбро уплывало все дальше и дальше в бесконечную морскую даль.

– «Дерево может себе это позволить, - думал Эрл, отчаянно работая всеми лапами. – А я нет. У дерева нет тропы, чтобы четко следовать по нему. А у меня есть. Ведь я - тропоброд. Я не могу себе позволить плавать без всякой цели туда-сюда по морским течениям. Хотя…это было бы очень даже интересно! – Решил Эрл и попытался обернуться. Краем глаза он увидел, как могучее дерево уплывало все дальше и дальше, из воды торчали его ветви, и на них уже сидели и распевали песни какие-то морские чудики.

– «Теперь дереву не будет скучно!» – с нежностью подумал Эрл, дерево ему понравилось, хотя и принесло с собой немало хлопот.

Плыть было трудно. Море не хотело отпускать его и всячески мешало продвижении к берегу. Море играло с ним, как с листом, который случайно упал в воду. Море кружило Эрла, то подкидывало высоко вверх, то опускало вниз и накрывало волной. Но Эрл каждый раз, когда оказывался высоко на гребне волны, упорно искал глазами берег и рвался к нему изо всех сил.

– Привет! - вдруг сказал кто-то. Эрл скосил глаза и увидел, что рядом плывет морской чудик. Он был одновременно похож на дельфина, рыбу и на медузу. Тело у него было почти прозрачным, а глаза почти белыми. Он извивался всем гибким телом и плыл легко и непринужденно, играючи подпрыгивая на волнах.

– Привет! – ответил Эрл, уходя под воду, появляясь снова и отфыркиваясь. – Скажи, друг, - попросил Эрл, - на моей голове кто-нибудь сидит?

Морской чудик скосил белесые глаза и растянул толстые прозрачные губы в улыбке, показав острые маленькие зубки:

– Ага, кто-то сидит – он маленький и какой-то сердитый. Он словно морской рак вцепился в твою шерсть, неужели ты не чувствуешь?

– Нет, - отозвался Эрл, выплевывая какие-то водоросли. – Я уже ничего не чувствую.

– Хочешь, я его сниму? – любезно предложил прозрачный. – Он выглядит аппетитным.

– Нет, нет, - быстро отозвался Эрл. – Это друг.

– Ах, друг…- разочарованно произнес чудик и перекувырнулся в воде.

Некоторое время они молчали. А потом к ним приплыли еще морские чудики.

– Привет! – хором заголосили они и весело закувыркались в воде. Они играли и резвились в морской стихии, явно наслаждаясь волнами.

Эрл же чувствовал, что сил остается все меньше и меньше. Перевернуться бы на спину, да полежать на волнах, отдохнуть…, но тогда можно потерять из виду берег и заблудится среди бесконечных вод.…Нет, надо плыть!

И потому Эрл упорно греб и греб всеми лапами, стараясь ровно дышать и задерживать дыхание, когда его накрывала очередная волна.

– Эй, ты не правильно плывешь! – заявил вдруг один из морских чудиков, и подплыл ближе. – Ребята, посмотрите, как он плывет!

Эрла окружила стая чудиков, они выпучили белесые глаза и засмеялись, показывая мелкие острые зубки:

– Ха, ха! - заголосили они, - Кто же так плавает!? Вот умора! Так вообще нельзя плавать! Нельзя!

Эрл молчал, он чувствовал, что в уши попала вода, и ему было неприятно. Ему показалось, что вода заливает его мозг.

– Вот как надо плавать! – закричал один из чудиков и стремительно ринулся вперед, тело его слилось с водой и казалось единым целым. За несколько мгновений он уже был далеко. Потом выскочил из воды, и, перекувырнувшись в воздухе, с такой же скоростью поплыл обратно.

– Видел как надо? – радостно булькая, спросил чудик, выныривая прямо перед лицом Эрла.

– Угу – промычал Эрл, так как открыть рот он не мог, туда бы сейчас же налилась вода. Он в это время как раз медленно уходил под воду. Силы его оставили.

Рыжик жалобно пискнул и начал тянуть тропоброда на волосы.

Это и привело Эрла в чувства. Он вдруг понял, что не имеет права сейчас утонуть. Ведь тогда Рыжик утонет тоже. От этой мысли у Эрла даже силы появились. И он вынырнул из пучины и резвее заработал лапами.

– Молодец! – закричали одни морские чудики, а другие разочарованно защелками острыми зубками, они уже думали поживиться, когда толстяк утонет.

Как только Эрл понял это, то сил у него прибавилось еще больше. Он решил ни на что больше не отвлекаться, а только старательно дышать и работать лапами.

И вот очередная волна, подняв его высоко, высоко, вынесла его на берег. Морские чудики заулюлюкали и, обдав Эрла и Рыжика на прощание тучей брызг, скрылись в волнах. Скоро они все забыли. Рыжик спрыгнул с макушки Эрла и радостно запрыгал по берегу. А Эрл, покачиваясь, отошел от воды как можно дальше и повалился спать на горячую сухую землю.

Седой Валун

Проснулся Эрл на следующий день и почувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Рыжик тоже был довольным, он нашел в кустах ягоды и налопался так, что пузо торчало. Эрл тоже наелся ягод, и друзья начали прыгать и кувыркаться в траве.

Они смеялись и хохотали как сумасшедшие, прыгая по теплому песку, когда вдруг неожиданно увидели его. Он сидел у самого края песчаного берега, и ноги его омывало море. Это был точно тропоброд. Даже Рыжик, до этого видевший только одного тропоброда - Эрла, сразу понял это. Хотя со стороны он напоминал скорее большой серый валун, каких было много на берегу.

Тропоброд сидел лицом к морю и глаза его были закрыты. Выцветшая шерсть местами облезла, в спутанных клочках застрял сор, приносимый шальным ветром: сухие водоросли, песок, мелкие ракушки.

Эрл подошел поближе и крикнул:

– Привет! Какая прекрасная и неожиданная встреча! Я так рад встретить сородича!

Но седой тропоброд даже не открыл глаза.

Эрл глянул на присмиревшего Рыжика и еще раз крикнул чуть погромче:

– Привееет! Меня зовут Эрл! Я и не знал, что два тропоброда могут встретиться на своих тропах. Что-то я не припомню, что бы нечто подобное рассказывали нам у Дерева.

– Помолчи! – вдруг сказал Седой хриплым голосом. – Слишком много слов. Сядь!

И он кивнул косматой головой на место рядом с собой.

Эрл послушно опустился на песок рядом и замолчал. Рыжик примостился с другой стороны, с любопытством и страхом поблескивая глазенками-бусинками.

Но скоро ему надоело смотреть: ничего так и не происходило. Тропоброды – старый и молодой – просто сидели и молча таращились на море. Рыжик заскучал, вырыл себе ямку в песке и заснул.

А тропоброды сидели.

Эрл молчал потому, что ему сказали помолчать, а он привык слушаться старших. А о чем молчал Седой тропоброд, было известно только ему.

Солнце клонилось к закату. Море было спокойным и безмятежным. Лишь волны прибоя не переставали нежно накатывать и тихонечко шуршать о песок и мелкие камешки.

Море дышало покоем. Оно не суетилось, не кричало, не играло, не кипело радостью жизни. Море отдыхало, словно устав от бесконечных бурь и волнений.

Эрл смотрел на полосы, мерно пробегающие по поверхности моря, и чувствовал, как в душе становится тихо. Не было ветра, как часто бывает на закате солнца. Шуршал песок у прибоя, и даже пронзительный крик одинокой чайки лишь подчеркивал наступившую тишину.

– Моя тропа пройдена, – вдруг едва слышно произнес Седой тропоброд. И Эрл услышал в его голосе усталость и глубокую печаль. – Моя тропа привела меня сюда и оборвалась.

Эрл с ужасом посмотрел под ноги тропоброда и увидел, что они почти до колена занесены песком.

– Я ждал, - продолжил Седой, - я ждал, что она опять появится, мелькнет среди песка и камней, что она уведет меня за собой своей песней.… Но теперь уже ждать не надо. Мой путь окончен. Я прошел свою тропу до самого конца.

Он помолчал, а потом тихо добавил:

– Я рад, что вы оказались рядом.

– Мы побудем с тобой,– так же тихо пообещал Эрл.

И они долго молча сидели на берегу, глядя на море. Небо подарило Седому тропоброду последний, невыносимо прекрасный закат, солнце опустилось за горизонт, и стало темно.

Зажглись первые звезды.

Эрл взял Рыжика на руки, чтобы тот не замерз на быстро остывающем песке.

Взошла луна.

– А куда ведет твоя тропа? – спросил вдруг Седой тропоброд.

– Моя тропа тут рядом…- замялся Эрл, - честно говоря, с тех пор, как я плыл по течению по реке и потом оказался в море и кое-как выбрался на этот песчаный пляж, я ее не видел. Но она точно здесь! Может там за теми камнями, я еще не уверен,… но мне кажется, что она где-то здесь…

Эрл запутался и замолчал, события на море и чудесное спасение из волн так его впечатлили, что он совсем забыл о том, что должен искать тропу.

– Она точно где-то здесь, - повторил Эрл, взмахнув ушами, - да я просто уверен в этом!

– Понятно, – отозвался Седой. – Ты ее потерял.

– Нет, нет! – попытался возразить Эрл, но ужас тихонечко закрадывался в душу.

Потерять тропу! – что могло быть ужаснее для тропоброда???

Эрлу даже стало жарко.

А луна поднималась все выше.

– Ты плыл по течению и пропустил ее, – Сказал Седой и устало вздохнул. – Вернись вверх по течению, и ты ее отыщешь. Нельзя плыть по течению, как бы просто и приятно это не было! Помни это. А теперь давай помолчим. Я устал.

И они снова погрузились в тишину и неподвижность.

«Вернись вверх по течению, и ты найдешь ее!» - повторял про себя Эрл, и на сердце немного легчало.

– Спасибо! – прошептал Эрл - Но что будет с тобой?

Седой ответил не сразу, и Эрл уже подумал, что тот не услышал его вопрос. Голос Седого был полон тоски:

– Я умру, а тело мое превратится в валун.

– Но это так грустно! – прошептал Эрл.

– Такова жизнь, мой друг, - сказал Старый тропоброд. - Поверь мне, я много повидал на своем пути. Я просто стану серым камнем на берегу, ведь мой путь окончен.

Голос его дрогнул и сорвался:

– А теперь уйди! Я не хочу, чтобы ты это видел! Уйди!

Эрл с Рыжиком на руках встал и отступил в сторонку:

– Прощай!

– Прощай!– ответил Седой и вдруг сердито крикнул: – Иди! И не оглядывайся. Ищи свою тропу, и радуйся жизни, пока ты не превратился в камень!

Он схватил горсть песка и бросил в Эрла, прогоняя его прочь.

Эрл поспешил удалиться. Он грустно уходил по берегу, натыкаясь на невидимые в темноте камни, и из глаз его капали слезы.

Неужели все кончится именно так? Но к чему тогда все? Как можно радоваться жизни, зная, что потом просто превратишься в серый валун на берегу? Как?

Он отошел уже достаточно далеко и обернулся, чтобы в последний раз посмотреть на темную фигуру на фоне моря, на одинокого старого тропоброда, который прошел свой путь до конца.

Но на берегу никого не было. Эрл изумленно застыл на месте. На берегу не было, а по поблескивающему морю, прямо по волнам по серебристой дорожке Луны, поднималась темная фигура!

Тропоброд шел по лунной тропе прямо по воздуху, легкой молодой походкой. Он озирался кругом, словно не веря тому, что видел, вертел головой, видя то, что не видно Эрлу, радостно взмахивал ушами и шел все выше и выше.

Желание

Утром Эрл повернул назад, и пошел вдоль берега, туда, где река из ущелья впадала в море. Он хорошо запомнил слова старого тропоброда: «Вернись вверх по течению, и ты найдешь ее!» и надежда придавала ему сил.

Рыжик сидел на его плече и тихонько напевал какую-то подпеньковую песню. Слова были такие:


Сидим на пеньке и весь мир вдалеке,
А где-то встает луна!
И верится нам, что весь мир на пеньке
Он с нами, он наш тра-та-та.

Козявки, букашки, былинки и травки,
Вокруг их полным полно!
И чудный пенек с нами он запоет,
О том, как прекрасна луна!


Эрл шел по песчаному берегу и старался не наступать на ракушки. Ракушки, которые были еще живые, он поднимал и выкидывал в море. Они радостно взвизгивали, плюхаясь в воду, и Эрл улыбался. День начинался дивно, и настроение у него было самое отличное.

Песчаная полоса все сужалась, сужалась и скоро уперлась в отвесную скалу, которая преграждала путь. Надо было либо заходить в воду и плыть, либо подниматься и идти по высокому берегу. Эрл посмотрел, как волны с силой ударяются о скалу и начал карабкаться вверх.

– Очень правильное решение! – заметил Рыжик и решил помочь другу, он спрыгнул с его плеча и как белка шустро заскакал по корешкам.

– Я покажу тебе хорошую дорогу! – закричал Рыжик, ловко цепляясь за тонкие сухие травинки. – Следуй за мной. И не отставай.

Но это было сложно. Берег был очень крут и осыпался под тяжестью тропоброда. Тем более, что травинки, за которые так ловко цеплялся Рыжик, Эрлу никак не пригодились. Они вылетали с корнями, как только он к ним прикасался. В общем, Эрл совсем измаялся, и вспотел, когда добрался до самого верха. Рыжик уже сбегал посмотреть море с обрыва и объявил, что вид так себе и не стоит на него тратить время.

Они оказались в тени невысокого леса, деревья которого были так нагреты южным солнцем, что казались просушенными насквозь. В лесу было темно, душно и пахло иголками и можжевельником.

Травы было мало, и Рыжик быстро бежал между корявых стволов, перепрыгивая корни, торчащие из земли.

– Ай, ай! - вдруг запищал Рыжик.

Когда встревоженный Эрл к нему подбежал, раздвигая ветки, Рыжик скакал на одной ножке.

– Заноза! – плакал он.

– Погоди, погоди, дай посмотрю, - сказал Эрл, бережно склоняясь к другу. Рыжик вытянул лапу, но пальцы Эрла были слишком большими, чтобы ухватить занозу и вытащить ее. Рыжик сам тоже не мог извернуться так, чтобы зацепить занозу зубками и вытащить.

– Что же делать? – забеспокоился Эрл и осмотрелся по сторонам.

И тут он увидел невдалеке на дереве домик. Оставив Рыжика на месте, Эрл побежал к дереву, огибая заросли.

Домик был из пушинок, цветов и стебельков. Так как дом был маленький, там скорее всего жил, кто-то маленький. С надеждой о помощи Эрл приблизился к дереву и тихонько позвал:

– Эй, дома есть кто?

В ответ из домика выпорхнуло сразу четыре маленьких существа в разноцветных платьях и в широкополых шляпах. Одна из малышек была в зеленом платье, другая в желтом, третья в белом, а четвертая в коричневом. Малышки о чем-то заспорили и зеленая, отталкивая остальных с криком:

– Я первая! А вы еще не переоделись! – сиганула к Эрлу и затанцевала у него перед носом.

– Привет! – сказал Эрл. – Там, у нас там…мой друг…

– При-и-иве-ет! – запела малышка в зеленом и сделала изящный реверанс. – К нам тут редко кто заходит, - запела она дальше. - Ты пришел и нас нашел, загадывай теперь желание! А я его исполню!

– Желание? – изумился Эрл. – А кто ты?

– Я Исполнительница Летних Желаний. – Видишь, на мне зеленое платье, а эти еще не успели переодеться. – И она, повернувшись в сторону домика, показала язык остальных девчушкам, лица которых мелькали у окошка.

В ответ из домика послышалось гневное щебетание, и даже вылетела маленькая подушка с вышитыми на ней узорами. Зеленушка хохоча отпрыгнула, а подушка попала Эрлу в голову и упала к его ногам. Тропоброд нагнулся за подушкой и, подцепив ее двумя пальцами, отдал хозяйке.

– Ну, так, что? - спросило зеленое существо, зажав подушку подмышкой. – Ты собираешься загадывать желание? У меня, знаешь ли, много дел! Я пишу справочник.

– А что это такое? – спросил Эрл, чтобы потянуть время. Ему надо было все хорошенько обдумать. Ведь не каждый день предлагают исполнить желание. Он, к примеру, мог бы загадать, что бы нашлась его тропа. Ведь, не известно найдет ли он ее или нет. Вдруг не найдет, что тогда? Еще он мог бы загадать, что бы Ирлина…да, да, та самая, красавица Ирлина обратила на него внимание,…и они бы подружились.… Эх,…это было бы так здорово.…А еще он бы мог загадать, чтобы никогда никогда, он больше не свернул со своей тропы и еще – он бы догнал, да! Надо загадать именно это! Самое его заветное желание – чтобы он наконец, встретил Того, кто делает тропы!

– Ну, справочник, это сборник правил для всех нас. Ну, то есть не вас, а нас! – подчеркнула Зеленушка и махнула рукой на домик, откуда стали появляться другие летающие малышки, уже переодетые в зеленые платья и похожие как две капли воды на первую.

– Пожалуй, я тебе даже зачитаю! – сказала первая и достала вдруг из подушки книжку, раскрыла ее и, нацепив на нос очки, стала читать:

– Итак, справочник для танцующих на деревьях. Десять правил! Слушай:

«1. Выбор дерева. Дерево должно быть поющим, нет ничего обиднее для дерева, когда танцуют на нем, а оно того не желает и насуплено молчит.

2. Необходимо правильно выбрать ветки, на которых собираешься танцевать. Ветки должны быть в меру упругими, не толстыми и не хрупкими, чтобы можно было на них весело подпрыгивать.

3. Если используешь сухую ветку, то начинай танцевать у основания, постепенно разминая ножками ветку. Подобный массаж поможет ветке наполнится новыми силами и набраться сока. Этим ты способствуешь процветанию дерева, а значит и леса.

4. Когда танцуешь на дереве, следи, чтобы не попасть ногой в дупло, это не очень вежливо по отношению к тому, кто сидит в дупле.

5. Следи так же за своими крыльями, они не должны задевать соседние ветки – существо с ободранными крыльями считается легкомысленным.

6. Не наступай на птичьи гнезда, а так же не сбивай их руками - потом придется выкармливать всех птенцов, которые там были - это такая морока!

7. Если ты случайно не заметила и наступила на гнездо ос, то преподнеси осам новый дом - свою шляпу. Извинись и быстренько отправляйся танцевать на другое дерево, как можно дальше от этого: когда осы разорвут твою шляпу в клочья, они кинутся в погоню.

8. Не танцуй на дереве, на котором уже танцует кто-то другой - птицы не будут знать, кому подпевать и у них случится нервный срыв.

9. Не танцуй на дереве, если там сидит семья медведей. Они этого не любят.

10. Ну, и, конечно, уважающее себя лесное существо, будет танцевать в наряде, который подходит по стилю и цветовой гамме к дереву и времени года».

И вот десятое правило, мои соседки и нарушили! – сказала Зеленушка и грозно захлопнула книгу. – Поэтому, именно я исполняю твое желание, а не они. А к нам так редко, кто-то приходит! Ну, говори, что надумал? Какое у тебя желание?

Эрл опять подумал про тропу, Ирлину, Того, кто идет впереди и, вздохнув, сказал:

– Там, у меня друг, Рыжик, у него заноза в лапе, вытащите ее, пожалуйста!

– С удовольствием! – защебетали малышки и птичками упорхнули к Рыжику.

А потом, когда они сделали свое дело и довольный Рыжик, снова весело прыгал по тропинке впереди, Эрл шел следом и хмурился. Он был рад за Рыжика, правда, рад! Но…Он ведь мог исполнить самое заветное свое желание – оказаться снова на своей тропе, если бы не этот Рыжик со своей дурацкой занозой, не мог уж внимательно смотреть под лапы…

Эрл шел и хмурился, потом, вдруг остановился как вкопанный и вытаращил глаза от удивления. Рыжик прыгал по тропинке! Тропе! Его тропе! Это, безусловно, была его тропа. Тропоброд ее сразу узнал по нежной теплоте, которую почувствовал. Эрл улыбнулся, и перестал хмуриться.

Имя

Они нашли ее на самой тропе. Она лежала навзничь, глаза были закрыты, но она дышала. Ее серая шкурка и длинный хвост, ножки и острые ушки были в пыли.

– Ей надо помочь, - сказал Эрл и осторожно подложил ей под голову охапку травы. – Рыжик, сбегай за водой. Я слышу, что где-то журчит ручей.

– Ага, - отозвался Рыжик, он сидел возле нее на корточках и боязливо огляделся. – А вдруг где-то ходит тот, кто ее пристукнул?

– С чего ты взял? – спросил тропоброд и внимательно осмотрел находку. – Нет, она просто устала. Смотри, как натружены ее лапы. Она пришла издалека. Но ей нужно воды. Ты идешь или нет?

– Я боюсь, - признался Рыжик. – В ручье может сидеть Водный Ух!

– Ладно! – сказал Эрл, он осторожно поднял серенькое создание. Она была в два раза больше Рыжика, но все же для тропоброда она была совсем легкой и маленькой.

Запах воды усиливался, и Эрл обрадовался, когда тропа привела его к ручью, а там, перебегая вброд, бежала дальше вверх по оврагу. Рыжик держался рядом. Эрл уложил ее на прохладный мох и, набрав воды в лист лопуха, поднес к мордочке. Сначала ни чего не происходило, но вот розовый нос зашевелился, учуяв воду, открылся рот, и она начала лакать. Постепенно она пришла в себя и смогла открыть глаза. Глаза у нее были удивительные. Большие, ярко-зеленые. В них крылось, что-то, что Эрл не знал, как назвать.

– Спасибо, вы спасли меня! – сказала она, и Рыжик, расправив плечи, сказал:

– Это наш долг, помогать тем, кто попал в беду!

Эрл тем временем, устроил для нее сухое мягкое местечко в тени и перенес туда.

– Мне кажется, вам надо отдохнуть. Давно вы идете? И как вас зовут?

– Меня зовут Пекунья. И я иду очень давно. Я вышла весной.

– Ты тоже тропоброд? – вмешался Рыжик, - это мы вечно идем и идем куда-то…

– А разве ты тропоброд? – улыбнулась Пекунья.

– Конечно! – горячо ответил Рыжик, он даже привстал на цыпочки, чтобы казаться выше. - Хотя я родился Рыжиком, подпеньковой мелочью, но я занялся тропобродством по велению души, и вот теперь бреду, куда глаза глядят.

– Куда тропа ведет, - скромно поправил Эрл. – А куда идешь ты?

Они уютно устроились рядом с Пекуньей и приготовились слушать. Но Пекунья вдруг сладко зевнула и, закрыв глаза, пробормотала:

– Я иду за своим сном.

И она крепко заснула.

– Умаялась, - сказал тропоброд и почувствовал вдруг, что тоже не прочь был бы отдохнуть. – Устроим привал.

– Что я слышу? – воскликнул Рыжик, - ты решил отдыхать днем?! Первый раз с тобой такое случается, это неспроста…- и он подозрительно посмотрел на Пекунью.

– Идет за своим сном! – фыркнул Рыжик, - что за бред! Пойду, пенек поищу, раз у нас привал. Есть охота. Тебе принести трухи?

– Нет спасибо, - ответил Эрл. Он задумчиво сорвал лист с ближайшего куста и начал жевать.

На следующий день они все вместе шли по тропе и разговаривали. Пекунья была полна сил и весело шагала впереди. Рыжик подскакивал на плече у Эрла и неодобрительно пофыркивал. А Пекунья рассказывала:

– Я иду за своим сном, ищу город. Этот город мне снился несколько раз. И каждый раз, во сне, это была разная часть города, но когда я в нем оказывалась, я начинала вспоминать, что уже была здесь, что если я пройду ту улицу, то я приду на площадь, на которой я уже была в другом сне. И каждый раз мне казалось, что в этом городе есть, что-то очень важное для меня! Понимаете?

Она резко останавливалась и поворачивалась к Эрлу лицом, а тропоброд еле успевал притормозить, чтобы не сбить ее с ног. Рыжик чуть не падал, цепляясь за шерсть тропоброда и шипел.

– Не очень понимаю, - признавался Эрл. – Я не знаю, что такое город, улица, площадь…

– О! – вдохновленно восклицала Пекунья и начинала рассказывать. – В городе много, много домов, они стоят друг на друге, и всюду окна, двери. Там живет много, много разных существ. Они заходят и выходят из дверей, ходят по улицам, выглядывают из окон. И с каждым можно познакомиться и поговорить.

– Напоминает наш пенёк, - сказал Рыжик. – Особенно весной, когда он переполнен подросшей детворой. Не протолкнуться, галдёж, суета!

– А еще в городе есть фонтаны! На площади! – рассказывала дальше Пекунья, не обращая внимания на слова Рыжика. – В фонтанах искрится вода, а на площади танцуют.

– Фонтаны – это море? – спросил тропоброд.

– Нет! Но это как… как глаз моря! – ответила Пекунья. – Это словно море всегда с тобой и заглядывает в твой город.

– Бред, бред! – причмокивал Рыжик, обсасывая косточку сливы. Недавно они прошли сквозь рощу сливовых деревьев, и Рыжик успел, не спускаясь с тропоброда, сорвать две сливы. – Ну, надо же такое придумать – глаз моря!

– Правда, мне все это только снилось, - грустно признавалось Пекунья, но потом она опять резко останавливалась, оборачивалась и смотрела на Эрла снизу вверх зелеными глазами, в которых сияло, что-то непостижимое для него. – Да, мне это только снилось. Но я его найду! Я найду мой город из сна!

И она шла дальше. Рыжик бурчал и фыркал, а Эрл думал.

Он думал о том, что это так здорово, идти вслед за своим сном. Это ничуть не хуже, чем идти по своей тропе. Это даже какая-то разновидность тропобродства. Снотропоброд. Сноброд. СновЕдение. Это так интересно! Эрл стал вспоминать, а какие же сны снились ему, снился ли ему такой сон, чтобы можно было бы за ним пуститься в далекий путь? И с грустью понял, что нет. Ему даже стало немножко обидно и завидно, что ему ни разу не приснился такой сон.

Тем временем они прошли рощу, и вышли к озеру. Оно было ровным и круглым. Тропа брала влево и бежала аккуратненько вдоль бережка, а затем исчезала в густых камышах.

Пекунья же свернула в другую сторону, в осоку.

– Ей, ей! – закричал Рыжик. – Левее, левее бери!

Пекунья удивленно оглянулась. Увидев, что тропоброд стоит на тропе, грустно усмехнулась и сказала:

– Похоже, нам больше не по пути. Прощайте!

– А ты уверенна, что тебе надо туда? – спросил Эрл. Ему жалко было прощаться с Пекуньей вот так. Но она очень серьезно сказала:

– Да, я чувствую, что мне надо идти направо! Мой город где-то там! Пойдемте со мной!

– Увы, - сказал Эрл, - я следую за своей тропой, а она ведет меня в другую сторону. Видимо, я так и не увижу твой город.

– Славный Эрл! – сказала Пекунья, быстро подскочив к нему, она чмокнула его в большой нос и убежала, скрывшись в густой осоке.

Тропоброд смотрел, как осока качается, а потом тяжело вздохнул. Впервые в жизни он был сердит на свою тропу.

А на той стороне они встретились. Эрл и Рыжик спокойно прошли по тропе и столкнулись с Пекуньей, когда она, перемазанная грязью, мокрая, с илом на ушах, выбиралась из высоких камышей.

– Привет! – радостно замахал ушами Эрл, помогая Пекунье подняться на лапы.

– Вы, давно пришли? – мрачно поинтересовалась Пекунья.

– Давненько уже, - ехидно ответил Рыжик, а Эрл торопливо сказал:

– Нет, нет, только что, и так трудно добирались…эти камыши…

– Знаете что? – перебила вдруг Пекунья. – Пожалуй, дальше я пойду с вами. Если разрешите…

– Конечно! – ответил Эрл и улыбнулся. Город, как дивное видение опять возник перед ним.

Они шли уже несколько дней и за это время успели подружиться. Даже Рыжик стал меньше фыркать.

Пекунья рассказала, что раньше она жила в большом дупле на дереве. Дерево это было огромным, и в нем жило несколько семейств. Они питались желудями, грибами, ягодами. Но большую часть времени проводили в дупле. Даже в гости редко ходили. У Пекуньи были родители, бабушки, дедушки, прабабушки и прадедушки, целая куча братьев и сестер, а так же их детишек. Но никому, кроме нее не снились сны. Одна из прабабушек правда говорила, что очень, очень давно, ей, что-то такое снилось, но она уже не помнит, сон это был или нет. Пекунья же видела сны каждую ночь. И очень любила их рассказывать. Но вот только ее мало кто слушал. Старшие отмахивались и просили помолчать, так как в дупле было и так слишком шумно, а маленькие не понимали и начинали дразнить. Только один братишка Синс слушал ее, затаи дыхание. Он даже хотел пойти с ней, но его не отпустили, так как у него еще не было постоянных зубов, и ему нельзя было спускаться с дерева. Но Пекунья решила, что обязательно должна найти свой город из снов, увидеть его, и принести оттуда подарок Синсу, чтобы он знал, что все, что она ему рассказывала, правда! Ведь он так верил ей. И так ждет! И поэтому, Пекунья шла все дальше и дальше.

Временами она начинала падать духом. Эрл пытался ее подбодрить, но она все чаще грустила. Всех, кого они встречали на пути, они расспрашивали о городе. Но никто не знал, что это такое. Многие даже и слова то такого не знали. Однажды один лесной чудик сказал, что он знает, где город и привел их к кусту с оранжевыми ягодами и сказал: – «Вот он город! Только еще не зрелый».

Рыжик временами не мог удержаться и подразнивал Пекунью, хотя Эрл просил его этого не делать.

– А что я такого делаю? – удивлялся Рыжик. – Вместо того, чтобы зря мечтать лучше бы в дупле своем сидела. Дороги, они не для мечтателей! Тут на чеку надо быть постоянно!

Эрл спорить не хотел, он просто встряхивал ушами, и Рыжик, громко ругаясь, летел в кусты. Пекунья смеялась, помогала Рыжику выбраться из зарослей и просила друзей не ссориться. Вечерами она смотрела на звезды и загадывала желание: увидеть свой город!

Однажды она проснулась очень рано и, растолкав Эрла и Рыжика, сообщила:

– Скорее! Скорее! Пойдемте! Нам нужно найти Поляну с городами!

– Очередной бред! – проворчал сонный Рыжик. – Я никуда не пойду, еще даже роса не спала.

Эрл поднялся и, посадив Рыжика на плечо, сказал:

– Ты можешь еще поспать, а мы пойдем.

– Спасибо! – воскликнула Пекунья и быстро побежала по тропинке.

Эрл шел следом и думал:

– «Наверно, ей опять приснился сон. Это так интересно. Очень здорово получилось, что пути наши пересеклись, и что моя тропа бежит в ту же сторону, куда ей надо. Я тоже хочу увидеть Поляну городов, хотя совершенно не понимаю, что это такое».

Он шел и шел, почти бежал, а туман утренний постепенно рассеивался. И вот, когда туман на лугу истаял, они увидели поляну. А на ней лежали розовые от восходящего солнца полупрозрачные шары. Словно вся роса собралась в огромные капли.

– Это твой город? – изумился Рыжик, моментально просыпаясь.

Пекунья была озадачена. Она осторожно подошла к одному из шаров.

– Нет, такое мне не снилось, - прошептала она.

Эрл, чья тропа тоже пересекала странную поляну, пошел следом и увидел, что тропинка огибает один из шаров так близко, что его можно понюхать. Так он и сделал. Он приблизил морду так, что нос его коснулся мокрой прозрачной стенки. Эрл испугался, что шар сейчас лопнет, как пузырь на воде, и даже зажмурился, а когда открыл глаз, увидел город.

Город был там, в прозрачном пузыре. То, что это был город, Эрл сразу понял. Он смотрел на него немного свысока, видел домики, которые, как и рассказывала Пекунья, стояли друг на друге. Видел многочисленные окна и двери, туда-сюда сновало множество народа. Над городом светило солнце, плыли облака. В середине города была небольшая площадь, и там был фонтан. Его голубой блеск и вправду походил на глаз моря…

– Пекунья! – закричал от восторга Эрл, позабыв, что вся его морда находится в шаре. – Твой город! Он здесь!

Его голос далеко разнесся по городу, отскакивая от стен и черепичных крыш. Горожане в испуге притихли, оглядываясь по сторонам, движение остановилось. Эрл отпрянул.

Он снова стоял на тропике посреди поляны. Перед ним высился шар. Рыжик и Пекунья стояли рядом.

– Что, что там? – Рыжик нетерпеливо дернул Эрла за шерсть.

– Пекунья! Там, там твой город! – заикаясь от волнения, воскликнул тропоброд.

Пекунья замирая от страха, приблизилась к шару и заглянула в него, вытянув шею и встав на цыпочки. Через некоторое время она отпрянула и со вздохом сказала:

– Нет, это не мой город.

– Но, но – начал Эрл, - ведь это город? Там все как ты рассказывала, площадь, улицы, фонтан…

– Да, все это есть, – отозвалась Пекунья. - Но все это есть в любом городе. Но не любой город мой…- печально добавила она и медленно пошла по тропинке.

– Что за бред?! – воскликнул Рыжик и стукнул себя по лбу.- Это просто какие-то капризы!

– Нет, - сказал Эрл серьезно. – Я, кажется, понял.

– Ну, что тут можно понять? Полный бред!

– Это как тропа, - объяснил Эрл. – Троп много, иди не хочу. Но твоя тропа только одна. Потому, что нельзя одновременно идти по нескольким тропам или идти по чужой тропе. Твоя тропа, это твой путь. Понимаешь?

– Я с вами с ума сойду! – заключил Рыжик и махнул лапой.

Друзья подошли к следующему полупрозрачному шару и по очереди заглянули. Даже Рыжик не удержался от любопытства.

В этом шаре город совершенно не походил на первый. Он состоял из высоких белых башен. Они как грибы рядышком вырастали из земли и тянулись высоко к вечернему солнцу. В этом городе был закат, и солнце окрасило белые башни в розовый. На верхушках башен были конусообразные крыши.

– Ну? – Эрл и Рыжик выжидательно уставились на Пекунью. Но Пекунья покачала головой и побежала исследовать следующий шар.

До вечера они заглядывали в шары. Каких только городов не насмотрелись! Некоторые города отличались от других постройками, внешностью жителей. Некоторые были очень похожи, но различались размерами площадей, цветом крыш, размерами фонтанов. Видели город, в котором по дорогам ездили маленькие коробочки с окошками, в другом городе похожие коробочки летали между крыш. В одном городе спешил народ с вещами, и до Эрла донеслись крики: «Скорее, скорее, поезд идет!». А затем раздался грохот, Рыжик и Пекунья испуганно отпрянули, а Эрл нет. Он увидел, как на станцию подъехал стучащий колесами черный поезд, и в него забрались все существа с вещами. Поезд фыркнул, совсем как недовольный Рыжик, и умчался вдаль, грохоча и пофыркивая.

В одном из городов они видели карусель. Пекунья рассказала, что в ее сне тоже была карусель. Но сам город не похож на ее город из сна. Слишком он был веселый. Бегал народ, суетился, смеялся, угощался сладостями, играла музыка, существа танцевали, крутились на каруселях и качелях. Рыжик рванулся было к ним, но Эрл его удержал, а Пекунья сказала:

«Нет, это не мой город, мой город был серьезный и задумчивый…»

Много городов они повидали, но они так и не нашли тот серьезный и задумчивый город Пекуньи.

Тропа Эрла вела их сквозь поляну, и они заглядывали в каждый шар, который находился рядом. А Пекунья еще бегала туда-сюда и осматривала шары, которые лежали подальше. Но их было так много, что она скоро сбилась с лап и к вечеру совсем отчаялась:

– Он рядом, рядом! Я так близко с ним! Но вдруг я его пропустила? Их так много!

– Надо отдохнуть, - сказал Эрл и устроил привал. Рыжик мгновенно уснул, а Пекунья долго не могла уснуть.

– Ты его найдешь! – поддержал Эрл. – Обязательно найдешь! А теперь спи.

На следующий день они вышли на холм, а с него открылся широкий вид на степь. Степь тянулась бесконечно к горизонту, а так же широко лежала вправо и влево. И на всём этом невообразимом пространстве, сверкая на солнце, лежали шары.

– Водный Ух тебя дери! – воскликнул Рыжик.

У Эрла перехватило дыхание, и он со страхом посмотрел на Пекунью. Та стояла ошеломленно замерев.

Тропа Эрла спускалась с холма и терялась где-то на середине пути. Необходимо было идти дальше, но тропобод решил не торопится.

– Надо хорошенько подумать! – сказал он и уселся на землю. Рыжик примостился на его коленях. Пекунья безвольно опустилась рядом, словно у нее подкосились лапы.

Эрл думал долго и тщательно. Рыжик успел два раза поспать, сбегать за ягодами и подкрепится. Пекунья тихонько плакала, вспоминая своего братишку Синса. К вечеру Эрл заговорил. Но то, о чем он заговорил, сбило с толку и Рыжика и Пекунью.

– У тропы есть своя песня, – сказал Ттропоброд. – Старшие тропоброды учат молодых: когда ты потеряешь свою тропу, оставайся на месте и слушай. Ты узнаешь свою тропу по песне, которую она поет. Это важный закон тропобродства. И однажды он нас с Рыжиком уже выручил.

– Да, да, - согласился Рыжик, - Мы тогда всю ночь под дождем сидели, у меня до сих пор хвост от сырости ноет.

Пекунья внимательно слушала, глядя на Эрла так, будто в нем, в тропоброде Эрле, заключалось ее спасение.

– Но к чему ты ведешь? – спросил Рыжик. – Как это нам поможет найти город если их так много!

– Я поняла – прошептала вдруг Пекунья. – Я поняла! – повторила она громче, и вдруг радостно вскочила на лапы. – Я буду петь!

Это было не совсем то, что имел в виду Эрл. «Но почему бы и нет,- подумал он, улыбаясь, - Это ничуть не хуже. Раз тропа поет, призывая тропоброда, почему бы Пекунье не спеть, призывая свой город. Ведь это почти сон. А во сне все возможно».

Звезды смотрели на них, Рыжик спал, а Эрл слушал чистый и красивый голос Пекуньи. И он вдруг понял, что в имени ее ошибка. Что одна буква неправильная. Ее настоящее имя ПеВунья. И видимо, родители сознательно изменили имя, чтобы было спокойнее в переполненном и шумном дупле. Но настоящее имя не давало покоя. Оно мучило и приходило среди ночи в виде снов. Снов о чудесном городе, который надо найти. Найдя его, Певунья отыщет саму себя.

Все было так просто. Поэтому Эрл с улыбкой ждал. Он знал, что город обязательно отзовется. И совсем не удивился, когда в темноте один из шаров наполнился солнечным светом…

Эрл с Рыжиком шли по тропе, они снова были одни. Тропа свернула в сторону и обогнула странную степь с шарами. Как Эрлу не хотелось увидеть город Певуньи, его тропа уводила его дальше по своему собственному плану. Эрл подчинился. Он шел, а в голове все еще звучала прощальная песня Певуньи. Песня была печальной, но глаза не могли скрыть радости, ведь она нашла то, что искала. Певунья махнула им еще раз и шагнула в шар и исчезла, чтобы появится там, в городе из своих снов. И Эрл был за нее счастлив.

Костер на берегу

Тропа снова вывела их к берегу моря и повела по острым камням на узкой полосе, между прибоем и высокими крутыми скалами, которые сплошной, почти вертикальной стеной, тянулись вдоль моря.

– Я устал прыгать по этим валунам! – в конце концов, заявил Рыжик.

– Но идти надо, - ответил Эрл.

– А мы можем тут отдохнуть? – спросил Рыжик.

– Нет,- твердо сказал тропоброд.

– Почему?

– Потому, что еще не время.

– А когда будет время?

– Когда будет место.

– А когда будет место?

– Когда будет время.

Рыжик мрачно посмотрел на спину впереди идущего Эрла и показал ему язык.

– «Что я должен тут найти?- думал тем временем тропоброд, неспешно шагая по камням. – Это странное, унылое место. Мне здесь совсем не нравится. Хотя море да…море оно хорошо. Но море есть море. Оно везде прекрасно. А что можно найти здесь, в этих пустынных скалах? Здесь только перепрелые водоросли, крабы, да всякий сор…»

Но он все шел и шел. Ведь он был тропобродом, а значит, нельзя было останавливаться.

– А на закате время придет? – спросил Рыжик, пытаясь не отставать.

– Возможно…

– Это совсем скоро! – обрадовался малыш и добавил – солнце уже совсем низко.

Но они все шли и шли. Солнце опустилось ниже, закат вспыхнул и погас, и краешек солнца плавно нырнул в море. И сразу стало быстро темнеть.

– Ну? Уже время? – воскликнул Рыжик.

– Не знаю…- задумчиво произнес Эрл, - возможно время вполне подходящее, но мне кажется, что мы еще не нашли место.

– А на что оно похоже? – разозлился Рыжик, он ужасно устал.

– Не знаю…- флегматично отозвался Эрл, - но я его почувствую…

И тут они увидели костер. Он горел чуть дальше по берегу, и в наступившей темноте, был особенно ярок и словно манил к себе.

– Вот оно! – сказал Эрл и радостно встряхнул ушами.

– А может нас не пригласят! – хмыкнул Рыжик, он все еще злился. – С чего ты взял, что тебе все будут рады? Вот я другое дело! Никто не откажется скоротать вечерок с таким обаятельным парнем, как я! Ой! – Это Рыжик перестал смотреть под ноги и провалился в щель между камнями. – В этой темени ничего не видать - взвыл он.

Эрл молча вынул его и посадил на плечо. Неизвестно кто мог сидеть у костра. Вполне могло оказаться, что они как раз поджаривают над огнем вот такую вот подпеньковую мелочь, чтобы поужинать. Рисковать Эрл не любил, особенно друзьями.

По мере того, как они подходили к костру, окружающая темень становилась еще темнее. Теперь уже и Эрл часто запинался о камни и несколько раз больно ударился коленкой. Костер горел все ярче и ярче. Вокруг него качались какие-то тени.

– Надеюсь, они добрые, - прошептал Рыжик и боязливо прижался к уху Эрла. А потом и вовсе зажмурился, потому что огонь слепил глаза. Было так темно, что даже огонь позволял увидеть, что-либо только на узкой полосе вокруг. За этой чертой был мрак, еще более сгустившийся по контрасту с огнем.

– Доброй ночи! – сказал Эрл и приветливо взмахнул ушами.

Костер вспыхнул, в нем что-то затрещало и заглушило ответ.

– Можно мы немного погреемся? – спросил Эрл, пытаясь изо всех сил разглядеть тех, кто сидит с противоположной стороны костра, за кругом света, где не было такого жара. Но вдруг дым взметнулся в его сторону и в глазах защипало. Эрл отвернулся, но успел увидеть, как кто-то кивнул ему головой.

– Спасибо! – сказал Эрл и уселся возле костра, вытянув большие усталые ноги. Пятки приятно пригрело.

Рыжик зашептал в ухо:

– Ты их видел? Сколько их? Очень страшные?

Эрл попытался рассмотреть сидящих напротив, но огонь был так ярок и высок, что сквозь него ничего не было видно. Да и дым все время разъедал глаза.

– Они гостеприимные, - прошептал тропоброд в ответ. - Ты же видишь, они нас не прогнали. Да еще и не навязываются с общением. Деликатные. Это я люблю. Можно подумать о своем. А ты спи и ничего не бойся.

– Не хочу спать! – воскликнул Рыжик и широко зевнул. Через минуту он уже спал, свернувшись клубком на Эрлиных коленях.

– Мой друг – соня, - сказал Эрл тем, кто сидел у костра. – А мы вот бродим…- И, не зная, что еще сказать, тому, кто все время молчит и не отвечает, сам замолчал. А потом добавил: – Вообще-то его зовут Рыжик. А соня - это значит, спать любит. Он вообще спит несколько раз в день, и ему кажется, что каждый раз это новый день… Вот…Получается, что у него дней гораздо больше, в одном дне у него несколько, интересно, правда? – Не дождавшись ответа, тропоброд окончательно смутившись, затих, глядя на огонь.

Он смотрел на буйные языки пламени и думал. Думал обо всем сразу и ни о чем конкретно. Вспоминал Певунью, Ирлину… Костер весело потрескивал, и пламя взвивалось высоко в черное небо, а там рассыпались на тысячи маленьких искорок и, наверное, в вышине они превращались в звезды.

Рядом шелестело море. Оно отличалось от неба только тем, что в нем не было звезд, а была одна сплошная колеблющаяся, мерно дышащая чернота. Звезд было удивительно много. Эрл видел их поверх костра. Они казались ему такими же крохотными костёрчиками, возле которых отдыхают путники. Очень хорошо было вот так сидеть у костра на берегу моря. Очень хорошо.

А потом с той стороны, откуда пришел Эрл и Рыжик, появились какие-то огоньки. Сначала Эрл подумал, что это звездочки скачут, а потом он подумал, что с чего это вдруг звездам скакать как каким-то попрыгушкам. А значит, это были не звезды. Огоньки между тем приближались и приближались. А потом вдруг перестали подскакивать, и чинно проплыли мимо костра и Эрла. А потом начали уменьшаться. Три огонька друг за дружкой.

– Какие-то существа, – догадался Эрл. – Они идут по берегу, по тропе. По моей тропе? – вдруг спохватился он. – Может, я ЕГО обогнал? А теперь он меня? Надо окликнуть. Надо его остановить! Надо бежать!

Эрл вскочил на ноги, свалив Рыжики на землю, и закричал:

– Эй, эй, стой! Подожди меня! Пожалуйста, не уходи!

И бросился от костра.

Но пробежав пару шагов остановился. Берег был пустынен. Никаких огоньков не было видно. За кругом огня было холодно, темно. Море тревожно дышало, стучало сердце, а высоко, высоко над скалами вдруг раздался протяжный гудок, и застучали колеса. Там наверху словно прошел поезд. Эрл задрал голову и попытался увидеть поезд. Но раздался еще гудок, и стало тихо.

Глаза Эрла понемногу привыкли к темноте, и он посмотрел на костер. У костра моргая сонными глазами, нахохлившись, сидел Рыжик. А больше там никого не было. Эрл три раза обошел костер. Никого.

– Мы одни…- прошептал Эрл и вдруг понял: - Мы с самого начала были тут одни. Больше никого нет. Рыжик, ты понимаешь?

– Отлично, - буркнул Рыжик. – Значит, никто не будет храпеть и я, наконец, то отлично высплюсь.

И он снова заснул.

А Эрл не мог успокоиться. Он еще раз несколько раз обежал вокруг костра. Старательно все обнюхал, но не нашел ни одного доказательства, что здесь кто-то был. Пахло лишь морем, солью, перепревшими водорослями, и дымом.

– Я разговаривал сам с собой?

И вдруг опять с вершины скалы донесся протяжный гудок, и поезд опять застучал по рельсам, уезжая куда-то вдаль.

Эрл попытался забраться на каменную стену, но у него ничего не вышло. Высоченные скалы сплошным массивом тянулись высоко и далеко во все стороны. А Эрл прыгал возле них и вдруг почувствовал себя таким маленьким и одиноким.

Там, где-то была жизнь. Там, за этой стеной что-то происходило. Там возможно был город, и в нем жило много разных существ. Они смеялись, разговаривали, шутили, плакали, выясняли отношения, суетились. Там играла музыка, горели разноцветные лампы и крутились карусели. И Эрлу так захотелось к ним, к свету, к музыке и смеху, и каруселям. Но между всем этим и Эрлом была преграда – холодные темные скалы. И он не мог их преодолеть. Он был здесь. На темном и одиноком берегу.

Эрл медленно отошел к самой кромке воды, где было так темно, что не было видно собственных ног, и уставился в бескрайнюю темень, которая плескалась и вздыхала совсем рядом. Посмотрел на звездную россыпь. И что-то сжалось в нем от такой небывалой красоты и тоски. Он стоял долго, затаив дыхание.

А потом подумал, что не так уж все и плохо. У него. Здесь. Сейчас. Да, он одинок, он в темноте, но…но вокруг было так красиво! И Эрл вдруг понял, что вот именно это он искал. Это место. И это время. И именно к этому вела его тропа.

Он вернулся к костру и, не отрываясь, смотрел, как он догорает. А когда от костра остались одни угли, осторожно поднял Рыжика. Ему надо было идти дальше, так как его тропа уже заждалась. На душе у него было спокойно и немного грустно.

Когда Эрл отошел уже достаточно далеко, он обернулся и увидел, как костер вдруг снова вспыхнул, словно кто-то подбросил охапку дров. Эрл внимательно присмотрелся и увидел, как там, у костра сидят какие-то тени. Один большой и мохнатый, другой маленький и взлохмаченный.

Эрл уходил. Но кто-то очень похожий на него, так и остался сидеть там, на темном берегу моря, у яркого костра под звездами.

По кругу

Он вынырнул на поверхность, весь в искрящихся на солнце каплях воды, сжимая в зубах веточку коралла. Печально взглянул и, грузно нырнув, исчез под водой. Берег опустел.

Тропоброд поднял веточку коралла, которую принес морской чудик и снова пошел к домику, который стоял дальше по берегу, скрытый деревьями. Он постучал в дверь и упрямо остался ждать. В домике долго было тихо. Но вот дверь скрипнула, и на пороге появилось нежное тоненькое создание с длинными зелеными волосами и большими желтыми глазами. Красавица взглянула на кораллы в руках тропоброда, фыркнула и громко захлопнула дверь.

– Опять не взяла, - вздохнул Эрл и побрел от домика. Его тропа, по которой он должен был идти в прекрасные дали, уже несколько дней кружила на одном месте – к берегу моря, где он встречал морского чудика, а оттуда к домику желтоглазой красавицы, а от нее, опять к берегу моря к морскому чудику, с печальными глазами и веточкой коралла в зубах. Морской чудик молча умолял Эрла отнести подарок хозяйке домика, и Эрл каждый раз не в силах был отказать.

Тропоброд устало опустился на песок и начал смотреть на заходящее солнце. Он все думал, почему его тропа ведет себя так странно? Почему она водит его по кругу? Ведь он хочет идти дальше.

– «Может, я должен что-то сделать? - думал Эрл. - «Поговорить с ней? Да! Надо поговорить! Хотя как с ними разговаривать с такими вот желтоглазыми? Как-то боязно…».

Он позавидовал своему маленькому другу: Рыжик сначала послушно ходил за тропобродом по кругу, а потом плюнул на все, попросил забрать его, когда все закончится и забрался в ближайший пень, где наелся трухи и теперь сладко спал.

Эрл вздохнул и начал ждать, когда на берегу появится хозяйка домика. Она всегда выходила на закате и взмахнув руками, начинала танцевать. Эрл в танцах ничего не понимал, но все ждал, когда же она закружится так быстро, взмахнет руками так, что оторвется от песка и взлетит в вечереющее небо. Но каждый раз из воды показывалась темная спина и голова с большими выпуклыми глазами и танцовщица, испуганно пискнув, скрывалась в домике.

– Ты бы мог не пугать ее? Хотя бы раз? – говорил трооброд морскому чудику.

Морской чудик переводил печальный взгляд на тропоброда и тяжело вздыхал, подняв волну. Потом он нырял и через некоторое время появлялся с веточкой коралла в зубах, и так тоскливо смотрел на Эрла, что тропоброд не выдерживал, забирал подарок и плелся к домику в зелени, чтобы снова услышать фырканье и увидеть захлопнувщуюся дверь. И так продолжалось уже несколько дней.

Наконец тропоброд не выдержал. Когда хозяйка домика хотела захлопнуть дверь, Эрл ловко поставил лапу и не дал ей закрыться. Он сказал заранее отрепетированную фразу:

– Извините меня, пожалуйста, но прошу, возьмите эти морские цветы!

Танцовщица изумленно на него уставилась желтыми глазами и Эрл, сбившись, промямлил:

– Он же страдает…

– Отпустите мою дверь!

Эрл убрал лапу и снова протянул кораллы. Она взглянула на них и сказала:

– Зачем он все время пугает меня? Я только растанцуюсь, а он…

– Он не пугает, - поспешил уверить Эрл, - он вами восхищается!

В желтых глазках мелькнуло изумление, и Эрл торопливо продолжил:

– Он выныривает из воды специально полюбоваться на ваш танец. А кораллы в зубах, знак преклонения.

И он еще раз протянул веточку.

– Я вообще-то терпеть не могу кораллы! – заявила вдруг танцовщица, взмахнув зелеными волосами, - Я люблю кактусы! – и она скрылась за дверью.

Тропа опять сделала круг и привела Эрла на берег. Чудик уже ждал. Он увидел в руках тропоброда веточку, и взгляд его стал еще тоскливее.

– Она любит кактусы, - пожал плечами Эрл и устало опустился на песок.

Морской чудик глубоко задумался, а потом взгляд его оживился, опушенные усы приподнялись. И вдруг, взмахнув хвостом, он обдал тропоброда брызгами и скрылся в глубине.

На следующий день морской чудик не появился, и на другой день его не было. Прошло еще несколько дней. Пару раз приходил заспанный Рыжик, широко зевал, узнавал новости и плелся обратно в свой пенек. На закатах выходила танцовщица. Сначала она танцевала с прежним азартом и изяществом, но поглядывала в сторону моря, а потом вдруг обрывала танец и уходила в дом.

И вот морской чудик вернулся. Но он плыл как-то странно, медленно, боком, высоко задрав морду, и нес какой-то странный предмет. Эрл долго приглядывался, но не мог понять что это. И только когда волны вынесли чудика к берегу, Эрл понял, что в пасти морской чудик держал кактус. Кровь с морды смешивалась с соленой водой и чудик тяжело дышал.

– Я сейчас! – закричал Эрл и побежал по воде к чудику. Но из домика выскочила танцовщица. Она ласточкой пронеслась над водой, и, опередив Эрла, склонилась над ним. Когда тропоброд по колено в воде подбежал ближе, танцовщица уже осторожно смывала кровь с морды морского чудика и вытаскивала иголки.

Набежавшая волна подхватила кактус и вынесла на песок.

На следующий день тропа Эрла привела его и Рыжика к домику, но лишь затем, чтобы обогнуть его и увести дальше по берегу, в лес, в далекие дали.

Тропоброд уходил с легким сердцем, он знал, что на закате она будет танцевать для морского чудика, ведь на ее окне стоял кактус с розовыми цветочками.

Дом

Однажды Рыжик заговорил о доме.

Они шли по широкому лугу, конца и края которому не было видно. Одна сплошная трава колыхалась со всех сторон. Ни деревца, ни камня, ни холмика. Лишь бежит среди травы узенькая тропка. Эрлу это нравилось. Настроение было отличное, ногам было приятно ступать на мягкую, нагретую землю. Солнце стояло высоко. Жужжали пчелы, и было бы еще лучше, если бы Рыжик немного помолчал. Но Рыжик говорил и говорил, подпрыгивая на шее у Эрла у самого уха:

– Понимаешь дом – это очень славно! Это защита, уют, надежные стены. Там полно всяких приятных вещей, которые так радуют сердце – например, в кладовке всегда можно найти засушенную ягоду или паучка. В дом заберёшься, и тебя никто не тронет. А думаешь почему? Потому, что так положено. В твой дом никто без приглашения не зайдет. И это славно. А еще дома можно делать все, что захочешь, хочешь с лапами на стол – пожалуйста, хочешь на полу валяйся или там чумазый ходи. И никто тебе ничего не скажет, ты же дома у себя. Дома можешь делать все, что хочешь. Там можно отдыхать. Вот ты идешь, все идешь, идешь и идешь, но ты ведь не отдыхаешь!

– Как это? – удивился Эрл.- Ночью я сплю. А иногда сплю днем, когда очень жарко.

– Ну! Разве это отдых? – махнул рукой Рыжик. – Отдых - это когда проснулся, поел и ничего не делаешь, лежишь себе и отдыхаешь.… Нет, дом – это прекрасно. Ну, согласись, согласись со мной!

– Э… - замялся Эрл. Ему не хотелось огорчать друга, к тому же спорить было совершенно не о чем. У Эрла ни разу в жизни не было дома.

– Как?! – изумился Рыжик и чуть не свалился со спины тропоброда, когда это услышал.- У тебя не было дома? А там норы, берлоги, хижины…ну, где вас, маленьких тропобродиков мамы выкармливают?

– Мы, тропоброды, сразу на ножки встаем и через несколько часов уже готовы идти за мамой. Зачем нам берлоги, да норы?

– Вы такие странные… - произнес Рыжик. - Все в мире стремятся найти себе дом.

– Ты тоже? – спросил Эрл.

– Конечно!

– И какой он будет, твой дом?

Рыжик мечтательно прикрыл глазки:

– Он будет очень маленький, чтобы детишки не заблудились. Еще он будет надежно спрятан. А лаз к нему будет защищен ловушками. А вообще это будет крепкий пень. Да, да. Это будет пень. Полный сладкой, нежной трухи. И детям еда и тепло. А еще там обязательно будет кладовка, или две, или даже три кладовки! Да, три в самый раз. И сколько там будет вкусного – ягоды, грибочки, семена, ядра шишек, семечки, паучки, мухи! Да…дом у меня будет именно такой. А у тебя?

– У меня… – задумался Эрл. Он никогда и не думал о доме. Он даже не мог себе представить дом для тропоброда. – Не знаю.… В этом доме надо будет жить, верно?

– Да, конечно! – согласился Рыжик. Он был такой гордый, словно дом в пеньке уже был у него. – В доме надо жить. Это верно.

– И этот дом с собой тоже нельзя взять? Верно?

– Да, если ты не черепаха и не улитка, то да, дом с собой не возьмешь, - важно кивнул Рыжик с видом великого знатока всех домов мира.

– Но тогда, как, же идти по тропе? – спросил Эрл и даже остановился.

Они замолчали, и стало слышно, как громко жужжат пчелы и стрекочут кузнечики.

– Если есть дом, то, как идти по тропе? – повторил свой вопрос Эрл.

– Ну,…я не знаю…- пролепетал Рыжик. - Может быть, уходить на время, а потом возвращаться?

– Ходить по кругу? – Эрл вдруг взял да и стряхнул Рыжика на траву, а потом вытянул лапы и улегся, положив на них лохматую голову. Его большие глаза оказались напротив глаз Рыжика.

– Как же мне быть? – спросил Эрл, и глаза его стали грустными. - Я тоже хочу дом. Хочу забраться туда с лапами, жевать ягоды и никуда не торопиться. Хочу отдохнуть.… Но как, же тогда моя тропа? Она будет ждать меня у порога? И ведь пока я буду отдыхать в доме, тот, кто делает тропы, уйдет так далеко, что я никогда его не догоню! Как мне быть? Мой маленький друг, скажи! Ты ведь такой умный.

– Да, какой я умный! –вдруг махнул рукой Рыжик и лег на землю. Он посмотрел на небо. Там неспешно плыли облака.

Эрл повернулся на спину и тоже посмотрел на небо.

– У облаков есть дома? – спросил он.

– Наверно, есть - ответил Рыжик. – У всех есть дом.

– Какая-нибудь огромная гора с норой. – Решил Эрл. - А в норе ночуют облака.

– Или остров, а на острове большущая хижина…- сказал Рыжик. – И каждое утро мама-облако отправляет семейство погулять, а вечером созывает обратно спать.

– Хе-хе – сказал Эрл и добавил, кивнув в сторону темнеющего горизонта: – А там, похоже, возвращается разгневанный отец: видимо, детишки-облачишки безобразничают.

И, правда, вдруг поднялся сильный ветер. Траву прижало к земле. Сгустились тучи, солнце скрылось, и начался сильный ливень.

– Чудесный дождь, - сказал Эрл, жмурясь от удовольствия, продолжая лежать на земле лицом к небу. Крупные капли шлепались по его лбу, щекам и весело щекотали нос.

– Чудесный? Да он ужасный и очень холодный. Я уже промок насквозь,- кричал Рыжик, прыгая вокруг. – Вставай, нам срочно нужен дом!

Эрл нехотя поднялся.

– Быстрее, быстрее! Я замерз! – кричал Рыжик, потирая озябшие ушки и покрасневший дрожащий носик.

Эрл пошел по тропе, а потом перешел на легкий бег. Рыжик все кричал и кричал о том, как им срочно нужен дом или хотя бы какое-то укрытие от дождя. И он так волновался, что это волнение невольно передалось тропоброду. Эрл вдруг, поймал себя на том, что озирается по сторонам и ищет, ищет, ищет глазами укрытие. И что ему вдруг очень захотелось иметь дом, а дождь стал казаться ему холодным и неприятным.

– «Странно, - подумал Эрл. - Я ведь всегда любил такую погоду».

Тем временем луг быстро заливало водой. Видимо, какая-то река неподалеку вышла из берегов. Пока Эрл бежал, под ногами сначала чавкало, а потом и забулькало. Тропа еще была хорошо видна, но вода прибывала так быстро, что скоро тропа скрылась, но была еще заметна. Где-то там за тучами солнце уже садилось, начались сумерки, а дождь все не прекращался.

Эрл и Рыжик были давно уже насквозь мокрыми, Рыжик дрожал и громко чихал с присвисточкой.

– Дом, дом, дом….-нам нужен дом…- шептал Рыжик, и Эрл вторил ему как заклинание.

И вдруг Эрл увидел на горизонте что-то странное. Посреди залитого луга торчал какой-то столб. А на столбе висела какая-то коробка.

– Что это? – изумился тропоброд и побрел быстрее, бежать по колено в воде было трудно.

Вода заливала глаза, и было трудно рассмотреть странную конструкцию. Эрл радовался тому, что тропа вела его прямо к ней.

И вот они добрались до столба. Странная коробка висела гораздо выше головы, но вот сюрприз: в коробке была дверь! А от нее вниз свешивалась веревочная лестница.

– Чего ты ждешь? – воскликнул Рыжик. – Я замерз!

Эрл схватился за лестницу и дернул. Она оказалась достаточно крепкой. Тогда он поставил одну ногу. Лестница не оборвалась. Затем вторую ногу, - лестница выдержала. И тогда Эрл осторожно подтянулся и откинул дверь.

– Здравствуйте! – на всякий случай сказал Эрл.

Но в домике никого не было. А то, что это был дом, не было никаких сомнений.

Рыжик соскочил с Эрла.

– Забирайся сюда, – сказал Рыжик и запрыгал от счастья. – Мы нашли дом. Ура! Настоящий дом. Эрл, это дом для тебя!

– Для меня? – удивился тропоброд, тяжело закидывая свое большое тело в дверь. – Этот столб выглядит ненадежным. Да и так высоко от земли. Это скорее дом для птиц.

– Чепуха, - сказал Рыжик. Он уже нашел где-то веник, и начал деловито выметать сор. – Этот дом как раз для тебя. Посмотри! Он разве жмет тебе в плечах?

Эрл пошевелил плечами:

– Нет, свободно.

– Он разве мал тебе по росту?

– Нет, я даже не упираюсь головой в потолок. – Эрл вытянул руки и радостно закричал: - Смотри, я даже могу делать зарядку!

– Ну-ка, ляг и вытяни ноги! – велел Рыжик, выбивая пыль из коврика. – Дом жмет тебе в пятках?

– Нет, - сказал Эрл и довольно растянулся на полу.

– В таком случае, дом как раз тебе в пору! Мы остаемся! – заключил Рыжик, и крепко захлопнул дверь.

Житье в доме

Эрл и Рыжик уже несколько дней жили в доме на столбе, торчащем из воды. Луг оказался заливным, и высокая вода все не сходила. Эрлу это даже нравилось. Он широко открывал дверь, спускал ноги и сидел в проеме, любуясь водной гладью, посматривая вниз, где сквозь прозрачную воду была видна колыхающаяся трава. Под водой была видна и его тропа. Эрл каждый раз со вздохом облегчения смотрел на нее. Ему все казалось, что пока он спит в этом домике, тропа его куда-нибудь пропадет. Но она оставалась на месте, и Эрл успокаивался.

Рыжик деловито осваивался. Он навел в доме чистоту и порядок, развесил занавески, расставил припасы по полочкам. Глядя на его суетливость, Эрлу хотелось исчезнуть куда-нибудь, но он не хотел портить другу настроение и оставался.

Эрл рвался продолжить путь, тропа невыносимо звала за собой, но и Дом обладал какой-то непостижимой для Эрла силой. Дом не отпускал. Дом притягивал к себе. Дом посадил Эрла к себе на порог, словно на колени и убаюкивал. Вода ли это качалась, мерцая на солнце, дом ли это покачивался на торчащем из воды столбе, или это покачивался сам Эрл, поддаваясь усыпляющей ласке Домашней колыбели, но ему давно не было так уютно и спокойно.

Было приятно закрыть дверь, когда ноги начинал холодить вечерний ветер, было приятно затопить камин и сидеть, вытянувшись на ковре перед ним и потягивать чай с малиновым вареньем, банку которого нашел Рыжик. Было приятно находить в закромах дома старое твердое печенье и грызть его, размачивая в кастрюле, которая заменяла Эрлу чашку, потому, что другие чашки были для него малы. Было приятно смотреть в большие окна, которые были в доме на все стороны, кроме двери. Да и засыпать не на влажной земле, и камнях, а на мягком ковре было приятно. Эрлу снились спокойные, защищенные сны. И ему было хорошо.

Постепенно у них даже появился сосед. Эрл как-то задремал днем у окна, а когда проснулся, услышал голоса и увидел маленького нахмурыша. Тот сидел у дверей и, сердито хмуря брови, рассказывал, что какие-то птицы поклевали его запас сушёных ягод, который он так долго и тщательно собирал до большой воды.

Рыжик сочувственно качал головой, вздыхал, подливал гостю чаю и совал в лапы твердое печенье.

– Это наш сосед, - представил гостя Рыжик, когда заметил, что Эрл проснулся и приподнялся.

– Ой, - испуганно прошептал гость, поднимая брови. - Какой он большой, я думал это диван!

– Какой же это диван, - засмеялся Рыжик, - таких меховых диванов не бывает. Это Эрл - тропоброд. Конечно, он слишком большой для дома, но проблем не доставляет.

– Бывают диваны и побольше, - возразил гость, - вот у меня дома, диван еще больше!

– Как интересно! - воскликнул Рыжик и затараторил. – Расскажите, расскажите, поподробнее.

Эрл вздохнул, повернулся всем телом, чем вызвал очередной переполох у гостя, и стал смотреть в стенку. Эрл думал, а когда тропоброд думает, то он ничего не слышит и не видит.

Он вдруг явственно вспоминал, что он не просто Эрл, а тропоброд. И мучительно стал томиться по тропе. Он очень соскучился по ней. Так соскучился, аж ноги зачесались! Но тропа была под водой, и надо было ждать.

Заливной луг оказался не таким пустынным, как это представлялось Эрлу. Очень скоро к ним со всех сторон стали приплывать гости. Кто своим ходом, а кто-то на лодках. Гостей на лодках было больше всего. В особенно шумный вечер внизу под домом колыхалось не менее двадцати различных лодок. Они перестукивались бортами и казались не менее говорливыми, чем их хозяева. Гости забирались с ногами на Эрла, выщипывали его шерсть, пили чай, кидались пряниками, которые сами же приносили, и без умолку тараторили.

Были среди них очень занятные существа.

Таким занятным существом был глазастик по прозвищу Рыбка. Он не был настоящей рыбой, и вообще плавать не умел, а прыгать в воду вообще боялся, так как думал, что воздух закончится, и он не успеет вынырнуть. Занятным он был потому, что не возможно было угадать его настроение. Оно у него менялось каждые пару секунд. Эрл порой диву давался, как резко мог меняться такой, вроде бы внешне обычный, малый.

Первый раз он появился у них, причалив на своей небольшой лодочке и, ловко запрыгнув в дом, громко объявил, растягивая толстые губы до ушей:

– Кто так умеет? - И он взял большие уши и вывернул их наизнанку.

– Ой, - захлопали в ладоши гости. - Мы так не умеем!

– А вот так кто-нибудь умеет? - и он схватил три чашки из лапок сестренок, которые приплыли с самого дальнего дерева, и начал жонглировать, окатив всех гостей чаем.

– Наш чай! - запищали сестренки, - мы еще не допили!

– Ерунда, - заулыбался еще шире Рыбка, - я еще и четырьмя могу! - И выхватив чашку у старичка-груздовичка, ловко угрохал все чашки об пол.

А потом сам же наступил на осколки и закричал:

– Кто раскидал здесь битую посуду, я поранил ногу, ой, ой, как больно!

– Мы сейчас вам поможем, присядьте, мы перебинтуем, - заволновались сестренки, но Рыбка оттолкнул их лапки и, вскочив на порог, закричал:

– Так-то вы гостей принимаете! Осколки им под лапы кидаете, ноги моей больше здесь не будет! - и он громко хлопнул дверью.

В следующий раз Рыбка пришел злой, как Лесная старуха и потребовал тишины. В этой тишине он рассказал, что у него болит живот и в подробностях расписал все оттенки боли. Гости слушали, кто с интересом, кто, зевая, а кто-то, особенно впечатлительный, начал ощупывать свой живот и прислушиваться к себе.

В другой раз он приносил всем ягоды и угощал, чуть ли не силком впихивая их в рот каждому, даже тем, кто такие ягоды терпеть не мог.

Эрл с любопытством поглядывал на Рыбку и слушал его рассказы, он смотрел на его пухлые губы и большие глаза и начинал мысленно исчезать из дома. Телом он был здесь, чем пользовались многие маленькие вечно дрожащие гости. Они закапывались в его густую шерсть и грелись. Некоторые сладко засыпали, и Эрл весь вечер сидел скрючившись, боясь потревожить сон малюток. Эрл слушал Рыбку, но мысленно был далеко. Мысленно он шел дальше по тропе. И было мучительно приятно вот так вот мечтать и думать о путешествиях, сидя в теплом доме, с кастрюлькой чая, с малютками, прикорнувшими на лапах.

– Он меня не слушает! - вдруг вспыхивал Рыбка и убегал, хлопая дверью. Все гости, в том числе и Рыжик, неодобрительно посматривали на Эрла и тот начинал чувствовать свою вину. Действительно, почему он задумался о своем, почему не выслушал дорогого гостя?

Были вечера, когда Рыбка приходил веселый и довольный, скорее всего он был сыт, и радовался всему на свете. Тогда он светился как солнышко, и голубые его глаза излучали тепло всем существам на свете. Он шутил, пел песни, танцевал, устраивал конкурсы с веселыми призами, и все гости были рады. Рыжик тогда веселился больше всех и по-хозяйски удовлетворительно подмигивал Эрлу, типа, вот, смотри, как нашим гостям у нас хорошо.

Эрл смотрел и тоже радовался. Он вообще любил, когда вокруг всем было весело и приятно. Но мечтал о тишине и не мог дождаться окончания праздника.

Однажды Рыбка причалил на лодке под самое утро. Эрл как раз сидел в дверном проеме, свесив ступни вниз, и убаюкивался уютом Дома.

– Привет! - сказал Рыбка, - можно я посижу рядом?

– Садись, - ответил Эрл и чуть подвинулся.

Рыбка протиснулся и уселся, кое-как поместившись, между Эрлом и косяком.

– Что ты обо мне думаешь? - спросил друг Рыбка.

– Вообще-то, ничего, - ответил Эрл.

– Вообще, вообще ничего? - спросил Рыбка и уставился на Эрла в упор большими голубыми глазами.- Но ты ведь постоянно о чем-то думаешь?! Неужели не обо мне?

Эрлу было неудобно разочаровывать гостя, но он сказал:

– Я думаю о своей тропе. Она зовет меня.

– Да, я слыхал, что все тропоброды свихнутые на своих тропах,- отмахнулся Рыбка. - Но неужели ты ни разу не подумал, какой веселый и ловкий этот Рыбка?

– Прости, нет, - ответил Эрл и искоса посмотрел на гостя. Тот выглядел озадаченным, похлопывал глазами и шлепал губами, как рыба, вытащенная из воды.

– И тебе ни разу не стало завидно, что ты это ты, а не я? - упавшим голосом спросил Рыбка.

– Нет, - просто ответил Эрл.

Рыбка поник плечами и тихо прошептал:

– Почему же тогда мне так завидно, что ты это ты? Что ты такой большой и спокойный тропоброд, такой умный, рассудительный, такой загадочный, невозмутимый, сильный, так много знающий? А я... я ничего не умею.

Эрл долго молчал, прежде чем ответить, а потом сказал:

– Ты не умеешь плавать.

– А при чем тут это? - закричал Рыбка в гневе и стукнул кулаком по косяку. - При чем тут это? И вообще я умею, только не хочу! Я вообще все умею!

Эрл схватил его за шкирку и спихнул со столба в воду. А потом нырнул следом.

До самого вечера Эрл учил Рыбку плавать, а потом измученного закинул в лодку и накрыл одеялом. На следующий день обучение продолжилось.

Скоро Рыбка стал плавать, как настоящая рыба. Он так хорошо научился нырять, что перестал злиться и опасаться того, что другие будут думать, что он ничего не умеет. Он теперь мог забраться даже на крышу дома и оттуда сигануть с вниз, не боясь, что воздух закончится прежде, чем он вынырнет. И вот тогда Эрл взял его с собой под воду и показал тропу. Они проплыли над тропой, и Эрл ласково погладил ее лапой. Песок взметнулся, и тропа словно ожила, приветливо покачав ему головой. Эрл вернулся в дом и рассказал Рыбке свою историю.

– А ты возьмешь меня с собой? - спросил Рыбка, когда Эрл закончил.

– Нет, - ответил Тпороброд, и добавил: - у каждого из нас свой путь.

– К тому же мы теперь живем в доме! - влез в разговор Рыжик, который уже было забеспокоился, что его большой друг стал каким-то задумчивым. - Ведь, правда, правда, Эрл, мы никуда не тронемся, мы теперь живем в собственном доме? Правда? - и он так умоляюще посмотрел на тропоброда, что тот не выдержал и, тяжело вздохнув, кивнул головой.

Хозяин

Рыжик чувствовал себя настоящим хозяином дома. Вода все еще держалась, но он научился вылавливать из воды какие-то корешки и начал заготавливать их на зиму. Гости, которые полюбили бывать у них в домике, всегда приносили что-нибудь вкусное, и Эрл стал чувствовать себя потяжелевшим. Он много спал, сидел на крыльце и от нечего делать начал учить язык подпеньковой мелочи.

– Рыжик, как по-вашему будет тропа? - спрашивал он у суетившегося по хозяйству Рыжика.

– Уводилка, - отвечал малыш и расставлял на полках камешки и ракушки, которые в большом количестве им надарили гости.

– А как по-вашему будет тропоброд?

– Большой Бродилка, - отвечал Рыжик, стирая пыль.

– Как красиво, - вздыхал Эрл. - Вот по уводилке идет большой Бродилка.

– А старики вас называют Не ведающие покоя, - сказал Рыжик. - И это похоже на правду. Ты какой-то неспокойный.

– Но как можно быть спокойным, когда там где-то есть что-то такое, что... аж шерсть дыбом! И надо скорее туда попасть, чтобы увидеть.

– У меня, наоборот, шерсть дыбом от того, ЧТО там где-то можно увидеть и поэтому лучше туда не ходить.

– Это не обязательно страшное, - возражал тропоброд, - это наоборот, может оказаться самым прекрасным!

– Что может быть прекраснее нашего дома? - спрашивал Рыжик, и на его мордочке сияла такая гордость и умиление, что Эрл не мог спорить, а горячий чай с пряниками лишал его последних сил.

В тот вечер Эрл почувствовал себя особенно разомлевшим. Дом с его гостями, Рыжиком и ковром на полу, показался ему особенно милым. Эрл чувствовал, как дом наполняется теплом и сам же отдает его всем, кто в нем сидит.

Эрл даже решил принять участие в общей игре и так увлекся, что вздрогнул, когда в дом вошел новый гость.

Это был незнакомый гость. Он приплыл без лодки, своим ходом и с шерсти его лилась вода.

Гость деловито подошел к шкафу и достал полотенце.

Рыжик возмущенно вспыхнул, и хотел было отобрать полотенце, но гость сказал тихо.

– А где мой шарф? - И строго обвел взглядом всех присутствующих.

Что-то в его голосе подсказало гостям, что пора расходиться и через пару минут в доме, кроме Рыжика и Эрла, никого не было.

– Значит, значит…- пролепетал Рыжик, бледнея, - вы хозяин?

– Да, я – хозяин, – ответил гость, резким движением скинул все ракушки с каминной полки и поставил туда мокрые сапоги.

– Тесно тут что-то стало? – обернувшись, сказал хозяин. - Эй, ты, здоровяк, не слишком ли ты большой для моего дома? Он и так еле держится. До большой воды только пол крепкий настелил, а уже половицы скрипят. Слышишь?

И хотя большой Эрл сто раз ходил по полу, и он не скрипел, пол заскрипел. Тихо, жалобно…

– Понавесили тут! – и он сдернул голубые нежные занавески, которые так старательно вешал Рыжик. Потом занавесками протер окно: – Не видать ничего. Враги подойдут, не заметишь!

– Какие враги? – испуганно пропищал Рыжик, со слезами глядя на руки хозяина, которые шарили по полкам и шкафам, расшвыривая расставленные по порядку запасы.

– Что значит, какие враги? – пробасил хозяин. – Враги, они всюду есть и так и ищут возможности подкрасться. Но застать меня врасплох им не удастся! У меня все продумано!

Хозяин метнулся к окну, потом к другому, потом к двери, и внимательно осмотрел горизонт со всех сторон.

– Видите, - захихикал он. – Они не подкрадутся! Я сделал дом на высоте столба, это раз! Он защищен сверху, это два, он имеет окна и двери на все стороны – это три. Я их увижу, с какой бы стороны они не подкрадывались. И еще у меня есть секретный шкаф, где я храню запасы на случай осады. Вот он!

Рыжик покраснел, и носик его задрожал. Не отрывая глаз, он следил, как хозяин идет к секретному шкафу, открывает его, и…

– А-а-а-а! - раздался крик ярости – Вы съели все мои запасы печенья!

Эрл не стал дожидаться того, что произойдет дальше, он схватил Рыжика, посадил его на макушку и сказал:

– Прощай, милый Дом! – нежно погладил деревянную дверь и прыгнул в воду. Там где-то глубоко была его тропа, но он ее видел и плыл по ней.

Эрл слышал, как Рыжик рыдал, сидя на его макушке, но ничем утешить друга не мог. Ему тоже было грустно. Грустно, что Дом, в котором они так счастливо жили, оказался не домом, а вышкой для отслеживания врагов. Грустно, что вот так пришлось с ним распрощаться. Эрл привык к этому Дому и полюбил его, как и дом привык к нему. В ушах Эрла все еще был жалобный скрип половиц, когда пришел хозяин. Но поделать было нечего. Эрл уплывал, Дом на столбе все уменьшался и уменьшался, сначала он был как будка, потом как скворечник, а затем стал совсем маленькой жердочкой и, наконец, исчез совсем.

Эрл и Рыжик теперь снова были бездомные. Совсем-совсем бездомные. Негде было больше укрыться от холода и дождя, негде прислонить уставшую морду, негде вытянуть уставшие лапы и обсушить их полотенцем. Не было теперь ни занавесок, ни ковра, ни кастрюльки для чая… Некуда больше приглашать друзей и не будет больше у Эрла таких спокойных и защищенных снов, да и порога, на котором так приятно посидеть утром, вспоминая ночные грезы и жмурясь от мягкого утреннего солнышка, – тоже не было и не будет. И все же, все же…

Эрл вдруг радостно засмеялся и распустил уши по ветру! Ветер был попутный!

 
Голосование по этому произведению окончено
Оставить комментарий

поиск

Агапова Мария

Родилась в 1981 г. в г. Ижевске. С отличием окончила магистратуру (педагогика) на кафедре Детской литературы РГПУ им. Герцена (г.С.-Петербург). Публиковалась в журналах «Автобус», «Первое сентября»; в приложении к журналу «Мир Фантастики». Автор книги «Метрольцы» (2010). В 2010 стала финалистом I Ежегодного литературного конкурса «Новая детская книга» издательства Росмэн (с произведе...

 

Публикации в журнале ПРОЛОГ:

ПУТЬ ТРОПОБРОДА. (Проложек), 136
ПУТЬ ТРОПОБРОДА. (Проложек), 136
МЕТРОЛЬЦЫ. (Проложек), 107
 

Просмотров:

Оценка:


© Москва, Интернет-журнал "ПРОЛОГ" (рег. номер: Эл №77-4925 свидетельство № 022195)
При использовании материалов сервера ссылка на источник обязательна тел. +7 (495) 682-90-85 e-mail: fseip@mail.ru